— Давай попробуем разобраться, — предложила Джо. — Что мы имеем?
Так в школьные годы она раскрывала перед Кенни Фаулером учебник по химии или физике и тем же терпеливым тоном пыталась донести до него смысл заковыристых формул. Правда, терпения ей хватало ненадолго, и тогда Джо принималась пинаться, обзывала его тупой псиной и лупила учебником по голове. Но это тоже помогало.
Когда мужчина и женщина хотят чего-то быстро добиться, они оба планируют одно и то же: «Заплачу!» Просто ударение в этом слове ставят по-разному...
“Пожалуйста, запомните, секрет выживания — принять перемены и смириться с новыми обстоятельствами.”
- Сам делал? - Что делал? - Зелье. - Какое зелье? - Приворотное зелье, которое Вы, лорд Эриан, незаметно подлили в мой бокал. - Прощу прощения, но я не понимаю, о чем Вы говорите. - А корня дриара здесь многовато… - Как многовато?! Не может быть!
...когда грешник стареет, он идет в церковь.
– Адвокат-психопат – а что тут такого удивительного?
Вполне разумно предположить, что тревога переходит и в литературу, но эта теория не учитывает, что наши тревоги не новы.
Прощайте врагов ваших – это лучший способ вывести их из себя.
Оскар Уайльд
...Человеческая память – странная штука. Она похожа на огромный сундук с тяжелой пыльной крышкой, в котором сложены аккуратно самые диковинные предметы. Те, которыми пользуешься чаще, – на самом верху. Теплые, приятные воспоминания, словно отполированные частыми прикосновениями деревянные фигурки; воспоминания полезные, от постоянного употребления острые, лишившиеся лишних подробностей; наконец, страшные воспоминания, которые гонишь от себя, но они как моль – обязательно вылетят из той самой меховой накидки, которую бережешь к особому случаю.
То же, чем пользуешься редко, покоится на самом дне. Пожелтевшие от времени кружева – фрагменты детства. Рассохшиеся почти что в труху воспоминания-карты тех мест, которые довелось посетить… Кажется, что знания уже потеряны, но вернись на шаг назад, развороши сундук, докопайся до дна, поднови их свежей краской новых впечатлений от полузабытых пейзажей из отрочества – и вот они, на твоей ладони, опять чистые и сияющие...
- ...Скажите – вы уже вернули себе свое место в обществе?
Она широко раскинула руки.
– Я больше не пристенный цветочек.
– Жаль, – заметил он.
– Никто не хочет подпирать стенку, – сказала она.
– Я всегда считал, что пристенные цветочки – лучшие в оранжерее, – отозвался он. – Но скажите мне, моя орхидея в горшке, каких мотыльков вы успели к себе привлечь?
Она наморщила нос.
– Вы путаете метафоры.
– Осторожно, тут проглядывает ваше пристенное прошлое. Ни одна душка и лапочка светского общества и помыслить не может, чтобы критиковать грамматику мужчины.
Приятно было, когда занятие или учение с частью, штабом или группой офицеров приносило ощутимую пользу его участникам. Я считал это самой большой наградой за труд. Если на занятии никто не получил ничего нового и не почерпнул знаний из личного багажа старшего начальника, то такое занятие, на мой взгляд, является прямым укором совести командира и подчеркивает его неполноценность.
— Твои Боги мертвы, - снисходительно говорит жрица.
— Можно уничтожить храм, можно уничтожить идолов, но нельзя сжечь веру, - сквозь зубы отвечаю я.
-Да! - с готовностью подхватил он. -Я жалкое и никчемное существо, и мне нет смысла топтать земные дороги!
-Вот бы все никчемные существа так считали. - Альк выразительно поглядел на Жара.
Иногда судьба ставит нас в такие ситуации, где поступить правильно — значит ошибиться.
И. Ялом
...если часто вычитать одно из другого - останется пустота.
Отнять жизнь - тяжкое преступление, но отнять вторую в расплату за первую - тяжкое вдвойне.
Ошибки можно простить, но не всегда получается их забыть.
Чувствам не прикажешь... но поведению прикажешь еще как.
Умная мысль всегда почему-то похожа на приступ идиотизма.
Мой панический страх, видимо уже достиг определенной грани, когда ты начинаешь привыкать к нему и четко осознавать, что должна предпринять попытку защититься. Шоковое состояние начало проходить и у меня в голове, будто вспышкой пронеслась мысль о том, что же я делаю? Сейчас я нахожусь один на один с проблемой, что предопределит мою судьбу и восприятие окружающего мира в дальнейшем.
мальчик, который задирает девочку, самый преданный влюблённый кавалер.
Вопрос: А почему есть шесть миллиардов людей, которые думают, что они и этот мир существуют?
Карл: Наоборот, пока ты думаешь, что ты есть, есть шесть миллиардов людей.
Вопрос: Зачем всё это?!
Карл: «Я» создало для себя научный эксперимент: сознание в поиске самого себя. И тебя оно засунуло в пробирку.
Вопрос: Весёленькое дело!
Карл: Да, потому что теперь оно как раз ищет горелку Бунзена.
Так что главный этап пройден, остался просто — самый сложный.
Каждый вечер мама с Катей выкраивали отрывки времени, чтобы разговаривать и рассказывать друг другу, как прошёл их день. Каждый вечер Катя не могла дождаться их общего настоящего вечера.
Я ему высказала в сердцах, что он живет так, словно собирается жить в абстрактном будущем, а сейчас только готовится к жизни, и не понимает, что здесь нет репетиций, это не сценарий фильма, тут все набело, без черновиков; и нельзя, неверно прятаться от жизни, избегать потрясений и сильных чувств…