Физическая и психологическая близость не одно и то же. Тот факт, что люди обменялись биологическими жидкостями, еще не означает, что нужно открывать друг другу душу.
Благодарность столь редкое явление в этом мире, что с лихвой все окупает.
– Знаешь, что самое гадкое? – угрюмо спросила она. – Пока мы оставались никем на Земле, то и не нужны были никому. А теперь…
– Ты же взрослая девочка, – хмыкнула уже остывшая к тому времени Лика. – Так поступают везде, и на Земле тоже.
– А кем вы работаете? – благодушно спросил он и с шумом отхлебнул еще кофе. Шумно хлебал он не без умысла.
– Никем. Преподавателем в институте.
– Преподавателем… чего?
Почему-то он был уверен, что английского, или немецкого, или французского – кажется, никаких других языков, кроме вышеупомянутых, попавших как кур в ощип в систему отечественного высшего образования, в институтах не учат.
– Я читаю матан.
Федор Тучков вытаращил глаза:
– Что вы… делаете?!
– Я читаю лекции по математическому анализу, – медленно, как будто по складам, произнесла она, – есть такой раздел математики, не слышали?
– То есть вы математик?
– Ну, в общем, да.
– То есть вы во всем этом разбираетесь?!
– В чем именно?
– В функциях, пределах, факториалах, А штрих, Б штрих, первая производная, вторая производная, икс стремится к бесконечности, значит, игрек стремится к нулю?..
Марина засмеялась. В голосе Федора Тучкова был ужас.
Просто удивительно, какие мелочи могут подарить надежду, когда вы в ней так отчаянно нуждаетесь.
— Да ничего! Люблю я его, не понимаешь, что ли? Мы 5 лет душа в душу, а тут, выясняется, что у него другая есть. Знаешь как больно?!
— Мужику со шваброй в жопе наверняка больнее было, — меланхолично выдает она.
Когда то, что ты хочешь донести до людей, находит отклик, понимание, интерес, ты чувствуешь, что занимаешься своим делом не зря, что оно нужное.
- Почему ты сразу не сказала, что в отношениях? - А должна была? - Ты флиртовала со мной. - Ты видел и слышал то, что сам хотел.
нет у меня больше вопросов “почему?”, “как Саша мог?” и “ за что?”. Мужики играют в кукол, которые отвлекают их от жизни, ведь в ней им приходится быть взрослыми и решать проблемы. Если женам дают деньги, то на семью, детей, дом и ведение быта, а тут кого-то радуешь.
Деньги достаются медленно, а уходят быстро.
Жестокость в конце концов объяснима. Противостоять же безумию не может ничто.
Теть Марин, а жрать дают? - жалобно спросил он.
- Дают, Вадик, через час, всем корм дают. И скотине, и людям, - голосом тети Сони с Привоза, ответила мама.
Есть натуры, будто заранее предназначенные для тихого подвига любви, соединенной с печалью и заботой, — натуры, для которых эти заботы о чужом горе составляют как бы атмосферу, органическую потребность. Природа заранее наделила их спокойствием, без которого немыслим будничный подвиг жизни, она предусмотрительно смягчила в них личные порывы, запросы личной жизни, подчинив эти порывы и эти запросы господствующей черте характера. Такие натуры кажутся нередко слишком холодными, слишком рассудительными, лишенными чувства. Они глухи на страстные призывы грешной жизни и идут по грустному пути долга так же спокойно, как и по пути самого яркого личного счастья. Они кажутся холодными, как снежные вершины, и так же, как они, величавы. Житейская пошлость стелется у их ног; даже клевета и сплетни скатываются по их белоснежной одежде, точно грязные брызги с крыльев лебедя…
- Не нужно всю жизнь полагаться на то, что статус первой магини и надежды расы защитит вас от заслуженного наказания, - тихо пророкотал бархатным угрожающим голосом Рейс. - Вашему детству явно не хватило воздушных подзатыльников, мисс, потому-то это детство все никак не может с вами расстаться. Ваш батюшка слишком мало наказывал вас!
- У моего батюшки всю жизнь полна голова забот вашими стараниями!
- Ну, для порки хватило бы и свободных рук...
Возраст от сорока до шестидесяти — золотой век. Много сил, много планов, уже есть мозги и нет иллюзий.
Чтоб тебе каждую ночь не спалось до пяти утра, а вставать нужно было в полшестого!
Поиски поклонника не увенчались успехом – пажи никого не видели, а на стражников и вовсе надежды нет. Максимум, на что они способны – играть в карты, при этом виртуозно пряча их при появлении старшей фрейлины.
Расчёсывание — это как убивание. Каждый раз, когда гребень тащился по Катиным волосам, ей казалось, что кожа на голове сейчас повыдернется пучками. От расчёсывания и тугой косы болела башка. Катя иногда думала рассказать об этом, но мама повторяла, что длинные волосы — очень женственное украшение.
Почему-то каждый верит, что плохое может случиться с кем угодно, но только не с ним. Смерть, болезнь, несчастный случай… измена. Хотя статистика разводов такова, что брак вполне можно приравнять к прогулке по минному полю без миноискателя. До финиша доходят редкие счастливчики.
Я все думаю… зачем вообще пытаться быть правильным, если от этого никакого толка? Почему я не могу взять все, что хочу? Какая разница, ведь все равно будет хреново.
Мне же захотелось побиться головой об стенку, но я лишь прикусила язык и мысленно достала из ножен лучшее оружие любой женщины — спокойствие и рассудительность.
Время лечит: оно врачует раны и тушит боль, но память... Она остается.
— Вы немало повидали на своем веку, — мрачно изрек мистер Кин. — Гораздо больше многих. — Да, только жизнь прошла мимо меня, — с горечью отозвался мистер Саттертуэйт. — Но это обострило ваше зрение. Вы многое видите там, где другие слепы.
... не стоит искать справедливости там, где замешаны деньги.
Когда есть деньги, всегда найдётся, куда их потратить