Машина… была.
Была машина.
Она даже как-то на джип походила. Отдаленно. Такой вот болотно-зеленый, миниатюрный и явно беспородный.
Ради любви нужно жить, творить добро, освещать этот мир светом и теплом.
Нет ничего более странного, чем чистая правда.
Реальность — вещь хрупкая.
Ты его мата не пугайся, крепкий русский мужик без мата, что баба без месячных, понятно тебе?
Один хороший человек когда-то сказал : когда жует ветер перемен, надо ставить паруса, а не воздвигать стены.
... любовь все же сродни лопате: бьёт по голове, отключая мозги...
Кто поворачивается к своим деньгам спиной, поворачивается спиной и к той личности, какой он хотел бы быть.
Большое могущество стоится на большой ответственности, а не наоборот.
Любой хороший правитель по определению, такая дрянь, что рядом не встанешь, работа у него такая. Быть сволочью, когда для своих, когда для чужих, лишь бы страна жила.
— О, нет! я жду многого, но не для себя… От деятельности, от блаженства деятельности я никогда не откажусь, но я отказался от наслаждения. Мои надежды, мои мечты — и собственное мое счастие не имеют ничего общего. Любовь (при этом слове он пожал плечом)… любовь — не для меня; я… ее не стою; женщина, которая любит, вправе требовать всего человека, а я уж весь отдаться не могу. Притом нравиться — это дело юношей: я слишком стар. Куда мне кружить чужие головы? Дай бог свою сносить на плечах!
" Лучше смеяться: и тогда и потом, и в Лейпциге и в Париже. Лучше рассмеяться в лицо несчастью, чем застрять в ловушке споров, которые после гитлеровской расправы над левыми потеряли всякий смысл, но все равно разгорались повсюду: в различных объединениях и в редакциях в изгнании, в бывших казармах, отданных под общежития для беженцев, в очередях в préfecture 48 , в благотворительных столовых, где и социал-демократы, и коммунисты, и растерянные представители еврейской буржуазии сжимали в руках одинаковые щербатые миски "
Друзья любят нас за наши жизненные ценности и личные особенности, а не за наши достижения, должность или собственность.
Судя по тому, что мне пришлось видеть, они не склонны к предательству, зато у них есть другой порок, а именно воровство. Они способны украсть все, что только попадется под руку, и с такой ловкостью, что заткнут за пояс самого отъявленного европейского карманника.
Мы все ученики. Мы все учителя. Повсюду нас ждут ценные уроки, нужно только быть внимательным. Отвергая ценные знания, мы упускаем возможности
Тот, кто чаще смотрит под ноги, дальше уйдет.
Направляюсь пермяком на второй этаж
" Все так делают"- это не оправдание!!
Самая серьезная угроза выживанию человечества исходит от него самого
В противоположность этому сегодня мы должны будем сказать: государство есть то человеческое сообщество, которое внутри определенной области — “область” включается в признак! — претендует (с успехом) на монополию легитимного физического насилия. Ибо для нашей эпохи характерно, что право на физическое насилие приписывается всем другим союзам или отдельным лицам лишь настолько, насколько государство со своей стороны допускает это насилие: единственным источником “права” на насилие считается государство.
Но семья – единственная тихая гавань, в которой мы можем побыть сами собой. Где, как не в семье, мы можем и должны быть искренны?
Останнім часом вони харчуються здебільшого кавою та відчаєм.
...дела-кружева, а плела их слепая баба, где уж нам узор разобрать! (бабушка)
Поначалу Марит нравилось сидеть на совещаниях в красивой переговорной на одиннадцатом этаже. Там на столах стояли термосы с чаем и кофе и пиалы с мятными леденцами. Иногда, если на совещании присутствовал один из директоров, на стол ставили корзину с фруктами или букет цветов. Но потом девушке стало казаться, что одно совещание ничем не отличается от другого и что участие в них — выброшенное время.
Ведь какой человек, влюбившись, не творит глупостей или хотя бы не меняется в своём поведении? Только мизантроп или тот, кто привык подавлять свои эмоции.