Он оставил насильно у меня на пяльцах пятьсот рублей, как он сказал, на конфекты; сказал, что в деревне я растолстею, как лепешка, что буду у него как сыр в масле кататься, что у него теперь ужасно много хлопот, что он целый день по делам протаскался и что теперь между делом забежал ко мне. Тут он ушел. Я долго думала, я много передумала, я мучилась, думая, друг мой, наконец я решилась. Друг мой, я выйду за него, я должна согласиться на его предложение.
Он наклонился и подтянул сползший носок.
— Холодно на улице?
— Не очень. Ты сегодня не выходил?
— Не хочу идти на улицу без нужды. В это время года дома обычно градусов пять-шесть.
Тедди снял мокрую куртку.
— Во-первых, сегодня плюс один, так что не так все страшно. Во-вторых, что ты имеешь в виду, когда говоришь «дома»?
— Белград, конечно.
— Ты здесь живешь уже почти сорок лет.
— Да, но дом-то остается домом.
с.228. Троцкий в изгнании предсказывал, что однажды сталинская бюрократия распродаст социалистическую собственность, ею экспроприированную, и начнет вести бизнес в собственных интересах. Таким образом, Оруэлл не только создал блестящую сатиру на коммунистов, по собственной воле отрекающихся от себя, но и предсказал возможную конечную точку движения этой страны - олигархическое мафиозное капиталистическое государство.
Надо смеяться над тем, что тебя мучит, иначе не сохранишь равновесия, иначе мир сведёт тебя с ума.
Миф первый: «Каждый человек может достичь любой цели, нужно только захотеть».
— Размножаться на территории части без документов запрещено! — почти сразу раздраженно прервал нас орк.
— Извини, Кхавра, — виновато улыбнулась Тилль, чуть отстраняясь. Но, странно, из моих объятий выскальзывать не спешила.
— А с документами можно? — насмешливо уточнил я.
— С документами в установленном порядке можно все, если порядки это подразумевают, — ворчливо отмахнулся орк.
Ты представляешь каково это — помнить всё?
Love happens in all kinds of ways. Fast. Slow. In bits and pieces, or immediate. Filled with lust, one-sided longing, a snap realization never noticed before. Deeply. Thoroughly. Love is a whisper we didn’t hear or a sound that drums in our ears and drowns out everything else.
так захочется окунуться в те счастливые, беззаботные дни нашей молодости. Дни, когда всё ещё впереди, когда всё ещё будет и будет обязательно хорошо!
Человек-существо социальное. Об этом говорил еще Альфред Адлер, один из создателей психоанализа. Именно благодаря своему окружению человек имеет возможность оставаться человеком. Только его окружение создает рамки и границы дозволенного. Если все вокруг слышат голоса, это нормально. Такое можно наблюдать в первобытном обществе, к примеру. Если голоса говорят только в твоей голове, это уже болезнь. Если все вокруг решают проблемы с помощью кулаков и оружия, то рано или поздно ты либо меняешь общество, либо становишься его частью. Оказавшись наедине с собой, человек неизбежно оказывается в вакууме собственных иллюзий. Иногда эти иллюзии перерождаются в галлюцинации и сверхценные идеи. Это лишь симптом болезни, который можно с успехом купировать, если вовремя заметить. Но если этого некому заметить?
...прав только тот человек, который умеет радоваться и вместе с тем не огорчаться, когда проходит причина его радости.
Деловитость наших жизней, наши неумолимые увлечения, дела, надежды, беды и страхи занимают более высокое положение, и на этом повседневном базисе мы не сознаем того, что связаны с чем-то еще.
В детском саду воспитательница сказала:
— Как странно, у Маши платье сухое, а у тебя, Таня, совершенно мокрое, как же это случилось? Ведь вы же шли вместе?
— У Маши был плащ, а я шла в одном платье, – сказала Таня.
— Так вы могли бы укрыться одним плащом, – сказала воспитательница и, взглянув на Машу, покачала головой.
— Видно, ваша дружба до первого дождя!
Обе девочки покраснели: Маша за себя, а Таня за Машу.
Садик Кадфаэля окружала живая изгородь из кустов боярышника, усыпанных белоснежными цветами, и орешника, на которых покачивались серебристые сережки. из травы выглядывали анемоны, поднимали плотные, тугие головки ирисы. Даже розы, судя по набухшим бутонам, вот-вот должны были распуститься, а круглые коробочки пионов, полные пахучих семян, которые брат Кадфаэль использовал при приготовлении целебных снадобий, а повар аббата брат Петр — в качестве пряной приправы, чуть не лопались.
– Я тоже однажды путешествовал за пределы звезд. – И что ты нашёл? – Что это только начало.
Правду говорят, труд действительно облагораживает человека, даже если этот человек - дракон.
«Есть же такие студентки на свете: «Будете у меня диплом писать?» - «А вы женаты?» - «Да» - «Тогда не буду!»
Эмоциональный мозг напоминает огниво для высечения физиологического стресса. Как только на него попадает сноп искр, разгорается стрессовая реакция.
– В гости не зови, мы не придем.
Единственный намёк на справедливость жизни заключён в той слепоте, с которой она раздаёт смертельные удары.
Никогда не знаешь, чем всё обернётся.
– Чего ты сегодня наелся? – Только бензодиазепинов. И модафинила. – Алкоголь? – В дозволенных пределах. Коломба покачала головой: – Иногда я поражаюсь, как ты еще копыта не отбросил. Он ухмыльнулся: – Стараюсь держаться подальше от дурных компаний.
И он только вспоминал впоследствии стройный аккорд, прозвучавший на мгновение в его душе, – аккорд, в котором сплелись в одно целое все впечатления его жизни, ощущение природы и живая любовь.
И что потом? Еще каких-нибудь сказок мне расскажешь?
Уж очень славная это штука - психа изображать. Говори все, что в голову взбредет, неси всякий бред - другие лишь посмеются.