Не хочешь выглядеть посмешищем — никогда не ври.
Правильно говорят, что все женщины немножко ведьмы!
И почему перед некоторыми искушениями так сложно устоять? Да что там, перед мужиком и то проще устоять, чем перед таким шашлыком!
«Впервые в жизни – ну, может, не совсем впервые – я чувствую, что меня поимели»
- Вы, должно быть, не обратили внимания на это, мистер Кейд, но она очень привлекательная женщина. - Еще бы мне не обратить.
Если делать уступки своему страху, сожрёт с потрохами и не подавится, это мы уже проходили. Лучше жить так, словно его нет.
Мертвым быть не так уж плохо.
Судьба — проститутка, ее благосклонностью можно пользоваться лишь ограниченное время.
Все знают, что это Невозможно. Но вот приходит невежда, которому это неизвестно - он-то и делает открытие.
В мире часто случается, что боятся как раз того, чего нет.
– Очаровательна. Просыпается раньше всех, смеется и поет весь день напролет, услаждает взгляд и занимает ум, поспевает вместе с королем на раннюю мессу, скачет бок о бок с ним весь день напролет, гуляет с ним по саду, смотрит, как он играет в теннис, сидит рядом, пока ему читают письма, играет в слова, читает философские труды и рассуждает, как настоящий богослов, без устали танцует, устраивает приемы и балы-маскарады, ложится позже всех.
– Это правда?
– Идеальная любовница. Никогда не останавливается. Думаю, она и умрет на бегу.
были моложе меня, это точно, но их так и хотелось назвать "отцы"
Математика существует, чтобы отражать реальный мир, или же сам реальный мир является отражением математики?
В наше трусливое время мы отрицаем величие общечеловеческого, утверждаем и прославляем местные предрассудки и мало в чем можем согласиться. В наше упадочное время человека не волнует ничто, кроме тщеславия и личной выгоды – пустые, претенциозные люди, которым все дозволено, лишь бы служило их жалким целям...
Женщина выглядит настолько, насколько ее хотят.
Ящик Пандоры - Вербер Бернард "— Почему не мясо? — Хочу воспользоваться своим новым статусом безработного, чтобы перейти на вегетарианскую диету, – уклончиво отвечает он."
Небо любит лишь храбрых и дерзких. Но для слишком храбрых, слишком дерзких оно готовит особенные муки. Одиночество. Предательства. Смерти от рук друзей. Слезы, которые не льются - въедаются, впиваются, вмерзают в глаза. И иллюзии, самые сладостные, ядовитые, хрупкие. Иллюзии, что оно - небо - за нас.
Смерть. Только смерть непредсказуема, даже если ее заранее предвещают доктора, палачи или киллеры. Смерть – это всегда нечто новое. Ничего не меняя, она меняет состав живущих в мире.
Какое же это везение - просто жить.
Заморочить, обмануть может любого, ежели не готов. А вот утянуть с собой не всякого удается. Кого долг держит крепко, кого любовь, кого дети. А вот страхом хорошо питается, тянет к себе с силой страшной. Но и то страх-то разный бывает. Коли за себя – пропадешь, не выпутаешься.
-Всё время мира в нашем распоряжении
В этот момент одногруппник до невозможности походил на Толфана. Вроде и происхождением не блещет, и богатством не избалован, и Дар похуже, чем у толстяка, а какая-то неуловимая общность душ всё равно ощущалась. Причём что это так сразу и не скажешь: может какая-то пронырливость и понимание изнанки жизни, может нескрываемое себялюбие. Ясно другое, чем Серж от Толфана точно отличался, так это отсутствием трусости.
Как выразились сами создатели: "Этот сериал охватывает весь период жизни, когда друзья являются семьей".
Когда кто-то умирает, первое, что понимаешь: смерть быстра, мгновенна. Она абсолютный чемпион по скорости, и в этом виде спорта ей конкурентов нет.
Нельзя позволять прошлому управлять нашим будущим.