Ни желтая таблетка солнца, ни море витаминов, ни компромиссы времени, ни примочки старых друзей, ни микстура новых знакомств уже не лечат, мне постоянно нужна инъекция тебя.
Ящик Пандоры - Вербер Бернард "— Это все? — Это правда. Правда всегда коротка."
— Мы же твои лучшие подруги, — напоминает Алексис. По ее голосу непонятно, обижена она или просто хочет напомнить мне об этом факте. — С какой стати тебе нервничать в нашем присутствии? Отличный вопрос. Я и сама его себе без конца задаю.
– Я не исправлю твоих ошибок за тебя, мое Злое Сердце. Как бы ни хотела.
– Дорогой Париде, чтобы стать соблазнителем, ты должен понять, что соблазнить можно не всякую женщину. Дело стоит иметь только с теми, у кого есть слабое место. – А у каких женщин есть слабое место? – спрашивает, дрожа от волнения, Париде. – У всех, – широко улыбаясь, отвечает Томас.
Ложь, даже невысказанная, - всё равно грех. И даже не в том смысле, что за неё придётся расплачиваться на том свете. Ложь подобна проникающей в кровь капле яда, она отравляет изнутри и уже в этой жизни требует возмездия.
Держать надобно себя в чистоте моральной и матерьяльной. Не будет добра, коли от своего положения выгоду искать. Семя лишнее не сей, денег не бери. Что бы кто бы ни сулил – не верь и не бери.
-О чем ты думаешь? О том, что я влюблена в тебя. О том, что ты у меня единственный. О том, что от этого мне страшно.
Встреча, которая вам кажется бессмысленной, может быть той, что изменит вашу жизнь. Вы никогда не знаете, когда и как к вам придет успех, если ему суждено случиться.
Стоит снять с себя одну вину, как я тут же беру на плечи другую.
Маленькие городки замечательны, пока их достоинства не оборачиваются недостатками.
Когда видящий видит человеческую форму, он видит один-единственный шар энергии. Твое представление относительно множества шаров продиктовано привычкой воспринимать людей как толпу. Но в энергетической вселенной толп не существует. Там есть только отдельные индивидуумы, одинокие, окруженные безграничностью.
- Никогда не доверяй меч человеку, который не умеет танцевать. - Почему? - Смертельное оружие нельзя давать в руки тому, кто в принципе и не жил.
Наша мнимая всесильность опьяняла нас, усыпляя инстинкт самосохранения, и мы никогда не допускали даже мысли о том, что с нами может что-то случиться. До той самой ночи.
Кровное родство, увы, не показатель крепких семейных уз.
Ей нравилось думать, что она гораздо умнее, чем считают многие. Это потому, что она не притворялась, что ее интересует любая тема, и не старалась заниматься тем, к чему у нее не было интереса.
Лишись она добра, у нее осталось бы одно добротолюбие, а много ли толку в добротолюбии без добра? Почти так же мало, как и в добре без добротолюбия.
Я часто думаю о том, сколько душевных ран получила за свою короткую жизнь. К сожалению, за все эти раны я должна была благодарить мужчин, и в результате я не могла пробудить в себе хоть каплю уважения ни к кому из представителей этого пола.
Можно думать, что знаешь, как поведешь себя в ужасной ситуации, но это совсем другое. Ты не можешь вообразить эту ужасную ситуацию. Возможно, именно поэтому в моменты полного ужаса мы настолько отключаемся от реальности.
- Так иногда случается при больших потрясениях, - объяснила она. - Человек попадает в новые обстоятельства, такие трудные, что все прежнее словно скрывается во мраке.
Под моей рукой оказалась только сумочка, не раздумывая запустила ею в него.
- Тише, тише, так можно и убить!
- Именно, это я и планировала!
Он резко подался вперёд и дёрнул меня на себя так, что мы спикировали точно в центр кровати.
- Глупенькая моя, я же тебе ещё пригожусь!
— Гастелло, если ты играешь в зубную фею, то учти, я могу принять и кредиткой, — пробормотала куколка,
Бог жесток, Арчи. Он должен оберегать хороших людей на свете, но не оберегает. Заставляет их страдать так же, как и скверных людей. Убивает Давида Раскина, сжигает магазин твоего отца, позволяет невинным людям умирать в концентрационных лагерях, а все говорят, что он – Бог добрый и милосердный. Какая чушь.
Все любят побеждать, но многие ли любят трудиться? Марк Спитц
Волк не жалеет ягненка,