Пассажиры, как правило, не представляют, сколько сил пилоты вкладывают в рейс.
Настоящий мудрец не тот, кто требует, чтобы что-то доказали перед тем, как он в это поверит, а тот, кто готов верить во что угодно, пока это не окажется неправдой.
Как же тут, при абсолютной бессмысленности всей системы в целом, избежать самой страшной коррупции чиновников?
Иди против ветра и пусть тебе плюют в спину.
— Храбрый, дерзкий и малость тупой, — сказала Мейвен. — Просто вылитый бог войны.
Прошептав давным-давно: хочу умереть, я только теперь осознала, что мое желание сбудется – и довольно скоро. Неважно, что я передумала.
Никому из нас не достаётся столько добра в этом мире, сколько мы заслуживаем.
Как говорится, жила-была девочка — сама виновата
Чистота — это дьявольский перевертыш невинности. Невинность предполагает любовь к жизни, радостное приятие как небесных, так и земных даров, неведенье сатанинского противоположения чистота порок. Подлинную, наивную добродетель Сатана подменяет карикатурой на нее, похожей лишь внешне, — чистотой. Суть же ее полностью противоположна, ибо в ней соединились страх перед жизнью, человеконенавистничество и болезненное стремление к небытию. Добыть химически чистое вещество можно лишь с помощью головоломных реакций, настолько данное состояние антиприродно. Человек, одержимый демоном чистоты, сеет вокруг себя смерть и разрушение. Борьба за чистоту религии, чистка государственных органов, требование расовой чистоты — все это различные вариации на одну грозную тему, неизменно влекущие бесчисленные преступления, излюбленное орудие которых — огонь, символ и чистоты, и ада.
Это в сказках и фильмах, к тебе на помощь прискакивает принц на белом коне и спасает. В реальном мире, дела обстоят куда печальней. В реальности ты валяешься на холодной земле и стонешь от боли в руке.
Жизнь без любви - как дерево без плодов
– Вы рыбак?
– Да, сэр, – сказал Гарри.
– Как же вы ловите рыбу одной рукой? – спросил широколицый.
– Очень просто: вдвое быстрее, – ответил ему Гарри.
– Скорбь измеряется не вином
«Мироздание соизволило мне улыбнуться, что было давольно-таки подозрительно. Мой жизненный опыт подсказывал,что за каждой такой улыбкой следует хороший пинок,и, вместо того чтобы радоваться жизни, я мысленно нащупывала пути к отступлению.»
Сначала природа отобрала у мужика мозги, а потом он решил отомстить ей и отобрать себе невесту.
Я всегда верю в то, во что мне выгодно верить, и в этом состоит моя философия.
— Ты плохо знаешь мою бабушку. Если желаемое не идёт к ней в руки…
— То что?
— То она сама придёт к тебе.
Моё лицо вытянулось само собой.
— Ты решил пугать меня бабушкой?
— А что ею пугать? Она сама с этим прекрасно справится.
<...> глядя на нее, всякий удивился бы тому, какой возвышенной может стать женщина в своем смирении и преданности.
... я-то хотела задать очень даже конкретный практический вопрос, но духовники явно истолковали его как риторический. Проигнорировали, то есть.
Матери достаточно страдают, принося сыновей в этот мир. И это просто вопрос вежливости со стороны сыновей и мужей — сделать все возможное, чтобы эти усилия не оказались напрасными.
У меня есть невеста. Во всем мире не отыскать девушки, прекраснее ее... Ее волосы мягки и душисты. Ее очи — бездонные озера, забравшие душу мою. Рот ее — россыпь жемчуга на лепестках розы. Стан ее тонок, а бедра круты...
Она совершенно точно знала, что самое лучшее – и прекрасное! – место на Земле – это Москва с ее пробками, толчеей, нелепой архитектурой, непригодностью для жизни, с ее вечным шумом, вонью, давкой, как будто немыслимо огромная воронка засосала в себя людей, воздух, дома! И эта воронка, знала Лиля, единственное место, где возможна жизнь. Во всех остальных местах можно отдыхать, еще где-то, наверное, работать, но жить только в Москве.
Диккенс писал, что главное правило человеческой природы – чувство самосохранения. Когда я прощу его за то, что он придумал такого нелепого персонажа, как Оливер Твист, скажу ему спасибо за полезный совет.
Стражи Триалина отказались от трех меченых Изнанкой соотечественниц и предпочли оставить у себя волшебные часы. Это было правильно, но… до чего же обидно! Муж предал, брат не спас, остальные… а какое им дело до нас? Для них мы теперь марионетки демонов, и именно этим они оправдывают свой выбор. Зачем менять ценные артефакты, доставшиеся ордену от Сияющего, на людей, способных провести в Алин-тирао врагов? Незачем!
Больно…
Так больно, что опускаются руки, и нет даже злости – одна пустота внутри, холод и безысходность. А еще тоска и отчаяние. Все можно понять, со всем согласиться, но кто бы подсказал, как это ВСЕ принять и смириться?
Лиарена отлично понимала, насколько малодушно это стремление, однако так же хорошо знала, что никогда не отречётся от принятого решения.
Она ведь сама сделала этот выбор, значит, должна изо всех сил стиснуть зубы и терпеть, стараясь не обращать внимания на отношение и слова окружающих.