Женщину можно считать одетой только после того, как она нанесёт духи
Да это завсегда так. Ежели баба не нужна, то и дите тоже. Мужик он же самец, он о самке думает. А самка - о детях. Но мужчины от животных тем и отличаются, что терпят.
С каких это пор, - парирует Клаудия, - авторитетное мнение должно основываться на собственном опыте?
- А мне сейчас хорошо, - каким-то слишком уж серьёзным голосом сказал мужчина.
- Ещё бы, - фыркнула она. - Мужикам всегда после еды хорошо.
По мере развития революций умеренные, жирондисты и меньшевики проигрывают радикалам, якобинцам и большевикам. Аналогичные процессы обычно происходят и в войнах по линиям разломов. Умеренные, ставящие перед собой узкие цели, как, например, автономия, а не независимость, не добиваются своих целей посредством переговоров – которые почти всегда на начальной стадии терпят неудачу, – и их дополняют или вытесняют радикалы, стремящиеся к достижению куда более отдаленных целей насильственным путем.
Едешь в метро — слушаешь, как справа упитанная тетка рассказывает телефонной трубке, какая
сука ее невестка и как она заставляетее бедного Владичку стирать носки вручную. Прямо в раковине, настоящим мылом. Слева две девицы обсуждают очередного хахаля. В автобусе ведутся беседы о низких пенсиях, о болезнях детей, о злобных свекровях, об учебе и о ценах в магазине. Потоки ненужной информации льются из радио, из телевизора, из социальных сетей.
Если считаешь, что можешь простить, то с богом. Но не делай этого ради чего-то, или кого-то. Только ради себя.
Абсолютно правдивого свидетеля не существует, есть лишь правдивые или ложные свидетельства. Даже у самого способного человека точность запечатлевающихся в его мозгу образов нарушается по причинам двух видов. Одни связаны с временным состоянием наблюдателя, например, с усталостью или волнением. Другие — со степенью его внимания. За немногими исключениями мы хорошо видим и слышим лишь то, что для нас важно.
Экстерьерное радушие у колумбийцев в крови.Они никогда не обидят словом.Им легче молча зарезать.
С приятным человеком и встретиться приятно!
Это, к сожалению, непреложная истина, что здравый смысл страдает, как только на сцену выходит любовь.
– Господи, Оля, я полжизни мечтал просто коснуться тебя, вдохнуть запах твоих волос.
– Я, конечно, о тебе не мечтала, но сейчас осознаю, что очень зря.
все, что мы видим во сне, наш мозг «монтирует» из событий трех предыдущих дней.
Каждый имеет то, что заслуживает.
Правду говорят,что не ценят люди тог,что имеют
Кроули (Ангел, не то чтобы Падший, а скорее Тихонечко Спустившийся)
Новый год я встречал в тайге. Еще с утра смастерил из стланиковых веточек елку, убрал ее как сумел, затем приготовил праздничный стол и стал ждать полуночи.Хорошо в избушке зимой. Пламя в печке гудит, труба от жара пощелкивает, на бревенчатой стене светлые блики играют. Тепло, уютно. Вот только скучновато в одиночку новогодний праздник справлять.Не успел я так подумать, как лежащая под столом банка из-под колбасного фарша шевельнулась и покатилась ко мне. Я даже глаза протер: может, чудится? Ан, нет. Банка на мгновение остановилась и покатилась снова. Теперь уже в обратную сторону. Я тихонько к ней подкрался и быстро прикрыл ладонью. Заглядываю в банку, а на дне ее сидит зверюшка с ноготок величиной. Толстенькая, пушистая, длинный нос хоботком из шерсти торчит.Землеройка! Так вот кто пожаловал ко мне в гости и, наверное, разогнал полевок. До этого встречать ее мне как-то не доводилось. Знаю, что это самый маленький и злобный хищник, что за сутки землеройка съедает пищи больше, чем весит сама. И вот это удивительное существо у меня в гостях!Пристроил я банку на стол, положил в нее кусочек мяса, крошку масла, налил в полиэтиленовую пробку молока.
— Ну, — говорю, — будешь есть или очень уж я тебя напугал?Ничуть не напугал. Только убрал руку, землеройка сейчас же направилась к еде, неторопливо обследовала все и принялась за угощение.Вот так вдвоем мы Новый год и встретили. Я сидел у приемника и слушал праздничный концерт, рядом гуляла маленькая, круглая, как шарик, зверюшка и с аппетитом пила молоко со сливочным маслом вприкуску.
Знаешь, что я поняла за свою жизнь? — продолжила она сжимая мои холодные пальцы в своих тёплых руках. — Мы часто думаем, что разбиты. Что нас нельзя починить. Что от нас остались только осколки. Но, родная моя, иногда самое страшное не то, что мы сломаны. Самое страшное — это решить, что мы больше не заслуживаем быть целыми.
будь проще, и люди к тебе потянутся.
Чтобы изменять мир, необходим алгоритм. Чтобы алгоритм работал, нужна магнитная волна и наши пинки по реальности.
Дети могут даже чайник без огня довести до кипения.
Родителей любят независимо от того, хорошие они или плохие. Дети могут даже не подозревать, что любят маму с папой, могут даже ненавидеть их, но к ненависти будет всегда подмешана хоть капля любви.
«Война сделала для меня только одно — научила смотреть на жизнь как на комедию. Смеяться над ней — только это и остается»
С поэзией все было по-другому. Она не только не уступала - она лидировала. Она создавала свой паутинный мир, прилепляя к реальности только концы ниточек - все остальное реяло в воздухе и рвалось от прикосновения. Она уже работала на той высоте, где слова сцеплялись в образы помимо смысла, повинуясь законам звучания, отдаленным ассоциациям и чему-то еще, чего он и разобрать не мог. В арсенале художника для этого существуют, наверное. абстрактные фигуры. Но их не существовало конкретно в его, Алексея, арсенале
теперь я понимал, что общая беда связывает людей не менее крепко, чем моменты счастья.