Ничем нельзя оправдать, когда кто-то решает за других, что для них хорошо или плохо.
Население острова занималось узкоспециализированным производством — культивированием и обработкой вайды, травы, которая требовалась для производства краски индиго. Стоила эта краска дорого, обрабатывать ее было тяжело: совершенно разумно, что созданием красителя занимались женщины, а их мужья — презентацией товара на иностранных конференциях и пробухиванием прибыли.
...когда вслушиваешься очень внимательно, то ничего вокруг не замечаешь, словно, когда одно из чувств работает на пределе, другие перестают выполнять свою задачу.
Как раз очевидное отсутствие эффектности и театральности и отличает красу нашей земли перед всеми другими. Существенна тут безмятежность этой красоты, ее сдержанность. Словно сама земля знает о своей красе, о своем величии и не считает нужным громко заявлять о них. Напротив, виды, которыми может похвастаться Африка или, скажем, Америка, хотя, вне сомнения, впечатляют, однако, уверен, в глазах непредубежденного наблюдателя уступят нашим по причине своей откровенной картинности.
Брак как таковой не имел никакого научного обоснования: два человека, едва знакомые, ничуть друг на друга не похожие, с разными характерами, выросшие в различной культурной среде, и самое главное – разного пола, должны были почему-то жить вместе, спать в одной постели и делить друг с другом свою участь при том, что, скорее всего, участи их были замышлены совершенно различными.
Ему страстно хотелось покинуть этот город, но при том он не сомневался, что улицы, здания и больные люди простираются бесконечно во всех направлениях.
Брак - это единственный вид тюрьмы, из котрой тебя выпустят за плохое поведение.
Жажда власти порождает лишь неутолимую жажду власти
Позже, сидя рядом с Крестовским на заднем сиденье в машине дяди Лёвы, Димка думал о том, что, если мыслить Лялькиными категориями, в дружбе, так же как и в любви, необязательно совпадать гранями. Нужно просто не ранить близких специально. Даже если тебе кажется, что они этого заслуживают. Потому что они ведь не перестанут быть близкими и, раня их, ты будешь ранить самого себя. Как-то так.
...Вот говорят: там неразбериха, поэтому надо оттуда убираться. Но если шарахаться от всякой неразберихи, никогда ничего не добьешься.
— Аминь, — возвещает Бэби. — Жизнь вообще дерьмо.
Но так уж повелось, люди не примечают того, что у них под носом
Он очень долго опускался в кресло - так, что в последний момент, когда он уже почти сидел в нем, кресло словно чуть-чуть подросло ему навстречу.
Он носил свое одиночество, как мантию, кутаясь в него, как в одежду избранника
Любовь много искренней, когда порождается не страстью, а симпатией; и она не оставляет ран.
...бесхарактерность его не была положительным качеством — если, конечно, не считать квелость медузы результатом волевого усилия
Большинство наших слов – информирующие. А есть слова-озаренья, слова-молнии, пронзительно высветляющие тьму, слова-ключи, размыкающие тайные двери к захороненной истине.
Некоторые друзья, решив сделать вам что-то хорошее, для достижения своей цели не остановятся перед тем, что причинят вам кучу неприятностей и хлопот.
"На нас давит жуткий пресс, вызывая комплекс неполноценности. С другой стороны, цивилизация учит, что каждый - бесценное сокровище. И потом эти две подготовки: одна к жизни, другая к смерти. Соответственно мы ценим себя и одновременно стесняемся этого, мы бронзовеем. Нас натаскали в спокойствии, а если кто хочет вдруг определить себе цену, он это делает с прохладцей, будто ногти разглядывает, а не душу, морщится, обнаруживая изъяны, будто увидел грязь или щепку под ногами. Мы потому что призваны покорно смиряться с несправедливостями, строем стоять под палящим солнцем, бежать по рушащимся мосткам, быть часовыми, разведчиками, чернорабочими, быть в поезде, когда он взлетает на воздух, и перед воротами, когда их запирают, сходить на нет, умирать. В результате - мы сами к себе равнодушны и нелюбопытны. Кому это надо - всерьез выслеживать себя, если вот-вот превратишься в гонимого зверя? И даже не в четкого, определенного гонимого зверя, а в рыбку, которую косяк несет на запруду.
Но я должен знать, кто я такой."
Истинная элегантность – это уйти, не дожидаясь, когда тебя об этом попросят
- Дживс. когда вы начинаете рассуждать о вероятности случайностей, у меня в мозгу происходит короткое замыкание и я перестаю что-либо соображать.
Женщине не нужна магия, чтобы быть красивой. Достаточно просто знать, что она желанна и полна жизни.
- Когда кто-то становится преступником и убивает людей, то науке, вероятно, нетрудно доказать, что наклонность к этому была в нем всегда. Но я не сомневаюсь, что есть много честных людей, которые унаследовали от своих родителей и прародителей немало дурного и все же остались порядочными, и вот тут наука оказывается бессильной. По-моему, хорошее воспитание и добрая воля надежнее, чем любая наследственность.
А разве пособники дьявола не могут быть облечены в плоть и кровь?
Не в сифилитическую больницу я сводил бы молодого человека, чтобы отбить у него охоту от женщин, но в душу к себе, посмотреть на тех дьяволов, которые раздирали ее!
Папа говорит, мир изменится, когда поэт начнет рыбачить, а рыбак — писать стихи.