Человеку достаточно и того,что он искупает свои собственные прегрешения и ошибки.Никто не должен отвечать за чужие проступки.
Он погибает от несвободы. Несвободы от лающих.
Я знал, что рожден для успеха. Только моя внешность не отвечала всему остальному. Я выглядел неприметным, заурядным, как говорят про таких – ничего особенного…
Древний австралопитек может проявиться в ком угодно.
«...между смелостью и идиотизмом очень тонкая грань.»
— Вы бесценный человек, сатро. — Вполне оцененный. Пять королей. Хоши коротко рассмеялся: — Я был худшего мнения о некромантах. — Думали, я людьми питаюсь? Вы невкусные.
«Значит, возвращаться в пресветлый лес они не намерены, – вздохнула королева с сожалением. – Обидно, столько чудес ещё не успели повидать, и вряд ли еще когда-то им выпадет такой случай. А у них вовсе не так уж много праздников и радостей в жизни. Это только несведущим и наивным селянам, а особенно селянкам, кажется, что жизнь принцев состоит из балов, приемов, флирта и прогулок. А на самом деле это сплошные ограничения, дружба только с многократно проверенными людьми, неустанный контроль и бесконечные проверки всех и всего, ежедневные тренировки, нескончаемые дела и заботы, обязанности и нудные правила этикета».
Запомни, Роберт: сравнение — самая рискованная из известных мне риторических фигур. Бойся сравнений и прибегай к ним лишь в самых крайних случаях.
Приходилось признать, что костюм от Армани ему очень шел. Хотя, Армани идет всем, на то он и Армани. Стильно, дорого и деловито.
Человек вербуемый в одной стране для нужд другой страны, освобождается от национальной привязанности, политического эгоизма и преданно, как никто другой, служит собственным интересам, самому себе.
Когда нет настоящей жизни, то живут миражами. Все-таки лучше, чем ничего.
Муж стоял бледный, а у Бога Смерти дергалась щека. Я вопросительно уставилась на мужчин.
— Это правда? — Теперь у Лэфа задергался глаз.
— Что правда?
— Про роды. Что кости, и кровь… — Бога мелко затрясло.
— Ну да. Я правда сама не рожала, но надеюсь, мне хоть здесь повезет родить….
Но меня перебил безумный вопль:
— Не-е-е-т!!!! — Ам вцепился в свои волосы и посмотрел на меня сумасшедшим взглядом. — Ты никогда! Никогда не будешь рожать!!! Тебе не должно быть больно... Никогда!
— Ам, для меня жить без ребенка больнее, чем один раз родить. Тем более что роды редко длятся дольше суток и терпеть придется не долго.
— Сутки?! — Взвыл супруг. — Нет! Никогда!!!
Знаете, чем отличается пессимист - это хорошо информированный оптимист. Если человек получает очень иного информации, то он становится пессимистом, потому что слишком много знает.
– Бэмби, у тебя есть мечта? – Том Хиддлстон. Без сомнений.
— Он приедет, — тихо сказала Линка.
И телефон все же забрала.
— Некромант?
— Красноцветов… это... это же как пощечина! Он теперь не успокоится, пока… пока не докажет всем, что я принадлежу ему. Он… он костьми ляжет, но…
— Ляжет, — успокоила её Ксюха. — Вот подыщем местечко поспокойнее, и пускай ложится… а что? Папенька говорит, леса у нас хорошие, там найдется, где нехорошему человеку костьми лечь.
Надежда—хорошее чувство, но такое обманчивое.
Регулярно его увольняю, но пока без толку, возвращается, зараза, прямо бумеранг какой то…
если судьба ставит много препятствий на твоем пути, то пора задуматься, а туда ли ты идешь. С другой стороны, боги награждают тех, кто настойчиво добивается цели, не сворачивая с пути. И только мудрый человек знает, когда остановиться, а когда идти напролом.
— Ётунхейм, — сказал медведь, — означает «Дом великанов». Это по ту сторону великой реки. Они обычно на этот берег не суются. Но им и раньше случалось переправляться. Как-то один из них пожелал себе Солнце, Луну и Леди Фрейю. Перед этим им понадобился мой молот Мьёллнир и рука Леди Фрейи. А однажды они захотели все богатства Асгарда и Леди Фрейю…— Похоже, Леди Фрейя у них в моде, — заметил Одд.
— Так, девочки! — скомандовала ба. — Скорее в карету! Нужно узнать, что случилось, первыми. Иначе потом будем слушать только чужие домыслы.
Лучше быть подозрительным идиотом, чем восторженным трупом.
Дерьмо - понятие субъективное, как на чей вкус.
- Сидеть! – произнесла я, но подорожник отказался.
- Си-деть! – четко и медленно повторила я. Подорожник почесался корешком и стал рассматривать обои.
- Не работает, - вздохнула я, видя, что ректор застыл в дверях.
- Как не работает? – спросил ректор, глядя на подорожник. Его тень нависла над нами. – СИДЕТЬ!!!
От такой команды я непроизвольно села рядом с подорожником.
- Не знаю, как вы, но я обосрался, - послышался писк гремлина, который сидел возле шкафа, глядя большими желтыми глазами на ректора.
- Не знаю, но у меня он слушается, - пожал плечами Гелиад, стряхивая пыль со своих крыльев.
То, что у Гелиада слушаются все, стало понятно еще две минуты назад.
Он всегда подрезал ногти, когда бывал на людях: ведь невозможно догадаться о мыслях человека, который подрезает ногти.
"Будь медлен на обиду - к отмщенью скор! (Надпись дагестанского кинжала)"