Цитаты

... я-то хотела задать очень даже конкретный практический вопрос, но духовники явно истолковали его как риторический. Проигнорировали, то есть.

Замуж с осложнениями. Трилогия

Юлия Жукова (kikimorra)

Жить в чужой стране и вообще-то непросто, а если это не страна, а целая планета и до родного дома десятки миллионов световых лет… И у тебя там никого нет, кроме любимого мужа, который, впрочем, страдает почти всеми местными заморочками, — тут уж приходится быть начеку и в полной боевой готовности круглосуточно.

Трудоголизм ничуть не лучше несчастной любви, — раздается совсем рядом, — А лечится еще сложнее.

Мажор в наследство

Анна Яфор

Как быть, если любимый оказался вовсе не принцем на белом коне, а избалованным и наглым типом, думающим только о себе? Правильно: бежать от него как можно дальше. И желательно побыстрее. Именно это я бы и сделала… если бы не завещание его отца.

“Я удалился от шума городов и людской толпы, провожу дни среди мудрых книг, этих широких окон, открывающихся в жизнь и освещенных светлой душой тех, которые их написали.”

Остров доктора Моро

Герберт Уэллс

От одного взгляда на его пациентов кровь стынет в жилах. Операции, которые он проводит, страшнее пыток. Из-под его скальпеля выходят звери, которые способны мыслить, обладают даром речи и горят желанием расквитаться со своим создателем. Но Доктора Моро охраняет кровавый Закон, который держит в страхе весь Остров. Кто же возьмет верх – жестокий экспериментатор или его жертвы? Написанная на заре жанра фантастики, эта захватывающая драма до сих пор остается непревзойденным образцом фантастического...

знаниями, как и всем хорошим, нужно делиться.

Грозовой Сумрак

Елена Самойлова

Это легенда, рассказанная ненастной осенней ночью у жарко горящего очага. Сказка для тех, кто уже вырос, но еще продолжает верить в малый народец, живущий под сводами Холма в подземной стране. О том, что не так уж и велика разница между волшебным существом, живой стихией и человеком, когда их ведет одна Дорога, и о том, как все-таки мало люди знают о «добрых феях»…

Рано или поздно все мы взрослеем: прежние увлечения кажутся странными, суждения — до смешного наивными, люди открываются с неожиданной и неприглядной стороны. С глаз будто слетает пелена — в один момент все, чего ты не хотел или не мог осознавать, предстает вдруг во всей пугающей очевидности.

Солнечные пятна

Тори Ру

Двое на островке жизни среди выжженной пустыни — в одежде, задыхаясь от смеха, поднимая каскады брызг, мы плещемся в теплой воде, почти до самого заката сидим под деревьями, болтаем о всяких пустяках, порой неловко замолкаем и быстро отводим взгляд. Могла ли я в здравом уме предположить, что кем-то хорошим, тем, кого я давно ждала, станет для меня парень лучшей подруги, далекий и недосягаемый житель другого мира?..

Она не дура, объяснял отец Джимми, просто не хочет тратить энергию нейронов на длинные фразы.

Система - это, в сущности, и есть самое главное.

Сперва воображали себе Бога суровым Отцом, потом Пастырем-Селекционером, затем Художником, влюбленным в Творение; а людям оставалось играть соответственно роли послушных детишек, кротких овечек и, наконец, бешено аплодирующих Господних клакеров. Но ребячеством было бы думать, будто Творец творил для того, чтобы творение с утра до вечера заискивало перед ним, чтобы его авансом обожали за то, что будет Там, коли не по сердцу то, что делается Здесь, — словно он виртуоз, который взамен за истовое бисирование молитв готовит вечное бисирование жития после земного спектакля, словно свой лучший номер он приберег на потом, когда опустится гробовой занавес. Эта театральная версия теодицеи для нас — далекое прошлое.— Вера абсолютно необходима и вместе с тем совершенно невозможна. Невозможна в том смысле, что нельзя утвердиться в ней навечно, ибо нет такого догмата, в котором мысль может укорениться с уверенностью, что это уже навсегда. Двадцать пять столетий мы защищали Писание — при помощи тактики гибкого отступления, все более окольной интерпретации его буквы, но в конце концов проиграли. Нет у нас больше бухгалтерского видения Трансценденции, Бог — уже не Тиран, не Пастырь, не Художник, не Полицейский и не Главный Счетовод Бытия. Вера в Бога должна отречься от всякой корысти хотя бы потому, что никакого воздаяния за нее не будет. Окажись он в силах совершить нечто противоречащее чувствам и логике, это было бы мрачным сюрпризом. Ведь именно он — ибо кто же ещё? — дал нам формы логического мышления, кроме которых в сфере познания нет у нас ничего; так можем ли мы полагать, будто обращение в веру требует отречения от логики разума? К чему же было сперва наделять разумом, а после глумиться над ним, подбрасывая ему противоречия, которые впоследствии он сам обнаружит?
Чтобы выглядеть потаинственнее да позагадочнее? Чтобы сначала позволить нам сделать вывод, что Там ничего нет, а затем вдруг вытащить рай, как шулер — карту из рукава? Мы так не думаем и потому за свою веру не требуем от Бога никаких льгот, не предъявляем ему никаких претензий — мы похоронили теологию, основанную на принципе торговой сделки и обмена услугами: я призвал тебя к жизни, а ты будешь служить мне и восхвалять меня.

Звёздные дневники Ийона Тихого

Станислав Лем

«Настоящее издание сочинений Ийона Тихого, не будучи ни полным, ни критически выверенным, является все же шагом вперед по сравнению с предыдущими. Его удалось дополнить текстами двух не известных ранее путешествий — восьмого и двадцать восьмого… Вместе с тем в настоящий том не вошло путешествие двадцать шестое, которое в конце концов оказалось апокрифом… Постскриптум. В настоящее издание не вошли также путешествия двенадцатое и двадцать четвертое Ийона Тихого, поскольку во время перерыва...

Мы почитаем всех нулями, А единицами — себя.

Евгений Онегин (илл. Тимошенко)

Александр Пушкин

В книгу вошел роман в стихах А. С. Пушкина (1799–1837) «Евгений Онегин», обязательный для чтения и изучения в средней общеобразовательной школе. Роман в стихах «Евгений Онегин» стал центральным событием в литературной жизни пушкинской поры. И с тех пор шедевр А. С. Пушкина не утратил своей популярности, по-прежнему любим и почитаем миллионами читателей.

Так что я обошла это каменное недоразумение, заглянула внутрь сада и... завизжала от ужаса.
- Это вы от радости кричите? - осторожно спросил дракон из-за каменной стены.
Надо же, какой оптимист!

Дракон, который всё испортил

Мстислава Чёрная, Матильда Старр

Вышло так, что небо решило послать мне дракона… Тот еще подарочек! И, по ходу дела, не стало заморачиваться с упаковкой и всеми этими глупостями. Одним прекрасным утром дракон просто рухнул в мой сад… Главное правило клуба «Драконьи Занозы» — никто не должен знать про клуб «Драконьи Занозы». Волшебное место объединило нас, а карты таро предсказали будущее. Каждой — по дракону! А что со всеми этими предсказаниями делать, никто не сообщил.

Ни за что на свете ты не захочешь, чтобы усилилась боль. От боли хочешь только одного - чтобы она кончилась. Нет ничего хуже в жизни, чем физическая боль. Перед лицом боли нет героев.

1984. Скотный двор

Джордж Оруэлл

«1984» Своеобразный антипод великой антиутопии XX века – «О дивный новый мир» Олдоса Хаксли. Что, в сущности, страшнее: доведенное до абсурда «общество потребления» или доведенное до абсолюта «общество идеи»? По Оруэллу, нет и не может быть ничего ужаснее тотальной несвободы… «Скотный двор» Притча, полная юмора и сарказма. Может ли скромная ферма стать символом тоталитарного общества? Конечно, да. Но… каким увидят это общество его «граждане» – животные, обреченные на бойню?

Новозеландцы едят людей только в жареном или копченом виде. Они люди благовоспитанные и большие гурманы.

Дети капитана Гранта

Жюль Верн

Благородный лорд Гленарван и его жена Элен, рассеянный географ Паганель, отважный моряк Джон Манглс, майор Мак-Наббс, дети капитана Гранта – Мэри и Роберт – путешествуют на корабле вокруг света, пересекают Патагонию, Австралию, Новую Зеландию, спасаются от наводнения, сталкиваются с каторжниками, попадают в плен к людоедам, но все-таки находят потерпевшего кораблекрушение Гарри Гранта.

Мало кто готов смириться с мыслью, что все его подвиги останутся без аплодисментов в финале…

Болтливый мертвец

Макс Фрай

После череды уже ставших привычными чудес и приключений столкнуться с угрозой конца Мира и найти врагов вместо лучших друзей, выяснить, что лучшие твои воспоминания всего лишь блеф, тут уж любой в сердцах выдаст: «Гори оно все синим пламенем!».

Толпа должна быть удовлетворена. Толпу следует бояться и боготворить. Толпе следует приносить жертвы, наконец.

Долгая прогулка

Стивен Кинг

Недалекое будущее. Америка превратилась в полицейское государство. Сотня мальчиков отобраны для участия в ежегодном соревновании, победитель которого получит все, что захочет, и все его желания будут исполняться до конца его жизни. Правила просты — удержать скорость не ниже четырех миль в час и идти, не останавливаясь. Три предупреждения — и ты выбываешь. Из жизни.

- Ну, а женщин, дедушка, женщин вы встречали любящих?
- О, конечно, Верочка. Я даже больше скажу: я уверен, что почти каждая женщина способна в любви на самый высокий героизм. Пойми, она целует, обнимает, отдается - и она уже мать. Для нее, если она любит, любовь заключает весь смысл жизни - всю вселенную! Но вовсе не она виновата в том, что любовь у людей приняла такие пошлые формы и снизошла просто до какого-то житейского удобства, до маленького развлечения. Виноваты мужчины, в двадцать лет пресыщенные, с цыплячьими телами и заячьими душами, неспособные к сильным желаниям, к героическим поступкам, к нежности и обожанию перед любовью. Говорят, что раньше все это бывало. А если и не бывало, то разве не мечтали и не тосковали об этом лучшие умы и души человечества - поэты, романисты, музыканты, художники? Я на днях читал историю Машеньки Леско и кавалера де Грие... Веришь ли, слезами обливался... Ну скажи же, моя милая, по совести, разве каждая женщина в глубине своего сердца не мечтает о такой любви - единой, всепрощающей, на все готовой, скромной и самоотверженной?
- О, конечно, конечно, дедушка...
- А раз ее нет, женщины мстят. Пройдет еще лет тридцать... я не увижу, но ты, может быть, увидишь, Верочка. Помяни мое слово, что лет через тридцать женщины займут в мире неслыханную власть. Они будут одеваться, как индийские идолы. Они будут попирать нас, мужчин, как презренных, низкопоклонных рабов. Их сумасбродные прихоти и капризы станут для нас мучительными законами. И все оттого, что мы целыми поколениями не умели преклоняться и благоговеть перед любовью. Это будет месть.

Гранатовый браслет

Александр Куприн

Рассказ «Гранатовый браслет» — трогательная история любви, в основу которой был положен реальный случай. По справедливому замечанию К. Паустовского, «„Гранатовый браслет“ — один из самых благоуханных, томительных и самых печальных рассказов о любви». Впервые рассказ опубликован в альманахе «Земля», 1911, кн. 6, с посвящением литератору В. С. Клёстову и с воспроизведенной в эпиграфе первой нотной строкой из Largo Appassionato второй сонаты Бетховена (соч. 2).

– И когда это ты стала такая мудрая? – хмыкнула я, падая в кресло.
– Это просто, если не касается меня напрямую. Когда дело доходит до моих проблем, мне кажется, что я совершенно глупа и наивна, – рассмеялась Сьюзан.

Агентство "Иллюзия". Возлюбленная для бастарда

Елена Гуйда

Я – Адалинда Уинли, маг-иллюзионист, и я создам для вас любую иллюзию. Вам нужно произвести впечатление на важного для вас человека? Завоевать доверие делового партнёра? Успокоить маму, мечтающую женить вас поскорее? Мы беремся за любые заказы! И хорошо шло дело, пока в дверь нашего агентства не постучался Бенджамин Стейн. Незаконнорожденный брат короля, теневой правитель, мрачный, язвительный и крайне неприятный тип. Ему нужна иллюзия любви. А возлюбленной он желает видеть почему-то именно...

Преодолевая ужас, от которого сводило живот, я раскинула руки и запела, стараясь перекричать ветер:
Наверх вы, товарищи, все по местам!
Последний парад наступает!
Врагу не сдаётся наш гордый «Варяг»…


На слове «Варяг» я оттолкнулась от скалы и полетела вниз, на камни. Марина Дяченко, Сергей Дяченко,
"Ключ от Королевства" (Глава 27 Расплата).

Пистолеты не убивают людей. Люди убивают людей.

Иоганн Кабал, детектив

Джонатан Л. Говард

Иоганн Кабал, ученый, скептик и некромант, снова в бегах, правда на этот раз его преследуют правительственные агенты. Под чужим именем он проникает на борт «Принцессы Гортензии», пассажирского дирижабля, направляющегося в другую страну. Кабал мечтает о спокойном путешествии без всяких происшествий, но вынужденная праздность и рутина дурно сказываются на его планах. Когда на борту погибает один из пассажиров и обстоятельства его смерти наводят на мысли об убийстве, Кабал решает заняться...

Ладно, что нас не убивает — делает сильнее, так?
Только как же тяжело быть сильной! Как же меня это достало!

Развод. Я календарь переверну

Элен Блио

И снова третье сентября… Кабинет. Стол. Женские ноги, грудь, стоны, крики, рычание Макара, пошлости, которыми он сопровождает свои действия. В ресторане гробовая тишина. Гости в шоке, мой муж тоже. Смотрит на экран раскрыв рот, как будто никогда не видел себя со стороны. Не так красиво, как хотелось бы, да? Что ж. Развод — это еще более некрасиво. Но выхода у тебя нет, любимый. Ведь у меня будет служебный роман с твоим адвокатом. Я календарь переверну.

Любящие, подобно мученикам, чувствуют себя братьями по страданиям! В мире лишь родственные страдания поистине поймут друг друга.

Блеск и нищета куртизанок

Оноре де Бальзак

Над романом «Блеск и нищета куртизанок» Бальзак работал более десяти лет, с 1836 по 1847 год. Роман занимает значительное место в многотомном цикле произведений, объединенных писателем под общим названием «Человеческая комедия». Этим романом Бальзак заканчивает своеобразную трилогию («Отец Горио», «Утраченные иллюзии», «Блеск и нищета куртизанок»). Через все три произведения проходят основные персонажи «Человеческой комедии». В романе завершается история героя «Утраченных иллюзий» поэта Люсьена...

У меня было все, чего только душа могла пожелать. Кроме свободы выбора и возможности распоряжаться собой.
А это — самое главное. Это — то, ради чего вообще стоит жить.

Поймать балерину

Мария Зайцева

- Я знаю, что тебе надо. Свобода, безумие, убийства, - я посмотрела на Даниэля, лежащего на спине, - зачем я тебе? Отпусти. Мне страшно здесь. Одной. - Ты не одна. Голос его звучал в темноте нашей спальни глухо. - Одна. - Этот дом – самое безопасное место в городе. Тебе нечего бояться здесь, бабочка, - он наблюдал за моими пальцами, гладящими уже живот, напряженный и твердый. - Кроме тебя, - шепотом завершила я его фразу, и так горько стало, что захотелось плакать. Попытка не удалась. -...

– Позволь представить тебе мою дочь, Центурион. Это Хельга.
– Алиса, это пудинг, – широко улыбнулась она, осторожно протягивая руку к его пышной гриве. – Па, ты всегда с лошадью разговариваешь?
– Это мой боевой конь. Он тебя слышит и понимает.
– А, то есть не глухой и дрессированный, да?
Центурион сделал шаг вперёд, прижав Хельгу плечом к двери конюшни:
– Блондинка нарывается на неприятности? Те немногие, что считали меня глупой и бессловесной скотиной, ныне ходят с отпечатком конского копыта на лбу. Тебе как проштамповать – подковой вниз или вверх?
Испуганная Хельга пискнула: «Я больше не буду…» – и попыталась оттолкнуть могучего коня. Не буду врать, что у неё не получилось. Громадного Центуриона, весом за полтонны мышц и костей, снесло назад в стойло, как пёрышко!
– Ты в порядке? – осторожно прокашлялся я, вставая между ними.
– Нет, – дружно ответили Хельга и Центурион.
Вообще-то мой вопрос в большей мере относился к коню, хотя моя дочка быстренько изобразила из себя невинную жертву обстоятельств.
– М-милая девочка… – пробурчал Центурион, тряся головой и вытряхивая из ушей солому. – Хорошо конюх сена принёс, а то бы так треснулся…
– Говорящая лошадь?! А-а-а-а!!! Он говорит! Говорит! Папа, ты слышал, лошадь разговаривает!!!
– Лучше б я помолчал. – Мой жеребец осторожно вышел из стойла, тихо спросив у меня: – Дочка, значит? А можно деликатно поинтересоваться, кто у нас мама?
Я тихо прошептал ответ ему на ухо, чёлка надо лбом Центуриона встала дыбом…
– Так, я всё понял… Как её там? Хельга? Хельга, пожалуйста, прими мои глубочайшие извинения. Был неправ, вспылил, не учёл, ибо туп-с от рождения! Что с нас, лошадей, возьмёшь, правда? Желаю всего наилучшего, имею честь откланяться. Надеюсь, очень надеюсь, что ты быстро забудешь моё имя…
– Ты куда? – не поняла Хельга.
– В эмиграцию! – громко ответил Центурион уже из стойла, лихорадочно шаря копытами по углам. – Возьму пару сувениров на память, съем овса на дорожку и бодрой рысью покину историческую родину. Не вспоминайте обо мне, пожалуйста.
Я молча погладил огорчённую дочь по голове, улыбнулся и чуть-чуть подтолкнул её вперёд. Она сдвинула брови, оглянулась на меня, глубоко вздохнула и сама подошла к спрятавшемуся в стойле коню.
– Я тебя не сильно ушибла?
– Не-не-не-не-не… Не волнуйся. Мне было даже приятно. Плечо не выбила, и уже огромное спасибо! Хочешь, ещё в реверансе поклонюсь, я ж дрессированный?..
– Да ладно тебе дуться. – Хельга протянула руку, и конь с превеликой осторожностью коснулся её плюшевым храпом. – Извини, я не хотела. Просто… в первый раз вижу говорящую лошадь, вот и… Я думала, животные не разговаривают.
– Ну при твоих физических данных легко отбить желание говорить у кого угодно. Ты полегче с кулаками, подруга, и мы подружимся.

Замок Белого Волка

Андрей Белянин

Мне надоело выбрасывать дохлую нечисть со своего балкона! Я отец-одиночка, скромно торгую антиквариатом, воспитываю взрослую дочь. Её зовут Хельга, у неё голубые глаза и русые волосы. Она хорошо учится и может на спор перекусить стальную проволоку или завязать узлом гриф от штанги. Её боевой клич: «Гореть тебе в аду, дьявольское отродье!» Ещё у нас живёт её дядя, бывший северный бог, ныне сумасшедший со справкой. Он реальный псих, ходит голым, дерётся с инеистыми великанами, матерится, как...

Что же касается броненосца, то это животное обладает одним ценным свойством: оно носит на себе противень, на котором его можно изжарить. Поэтому его без дальнейших церемоний положили на раскаленные уголья в собственном панцире.

Ах, если бы каждый был честен с собой и признавал, что хочет причинить ответную боль своим обидчикам… если бы заявлял об этом откровенно, не кутаясь в благочестивое прощение, навязанное извне… если бы уважал свои эмоции и чувства настолько, чтобы не бояться и не стыдиться их…
То излечился бы в разы быстрее.

Отныне

De Ojos Verdes

Я — всего лишь капля в море тех, кого когда-то предали и оставили. Я — всего лишь женщина, чей муж её не хотел. И… я — та, кто переиграет роли. *** #измена #развод #бывшие #поиск себя #месть и катарсис #очень откровенно #любовница бывшего мужа #больно #эмоционально *** Наличие обсценной лексики и интимных сцен. Однотомник. ХЭ

Принятию решения о возможности обучения детей трудпоселенцев в высших и средних специальных учебных заведениях наравне со свободными гражданами способствовали весьма лестные оценки в отношении учащейся трудпоселенческой молодежи, звучавшие в докладных записках местного партийно-советского руководства и органов НКВД. Так, в августе 1935 года Северный крайком партии в своем письме в ЦК ВКП(б) так характеризовал выпускников неполных средних школ в трудпоселках: «Среди учащихся есть очень одаренные, талантливые ребята, у которых большое стремление продолжить образование. По своему мировоззрению это вполне советски настроенная молодежь, что является одним из ярких доказательств претворения в жизнь идеи о переделке сознания людей».

Сталин и народ. Почему не было восстания

Виктор Земсков

Одна из главных тем в советской истории – отношение народа к И. В. Сталину. Почему народ поддерживал его, несмотря на жесткую политику в отношении крестьянства, на репрессии, на тяжелые потери в Великой Отечественной войне? Историки либерального толка объясняют это «рабской психологией» русского народа, его привычкой обожествлять верховного правителя. Автор данной книги имеет другое мнение на этот счет.Виктор Николаевич Земсков, российский историк, доктор исторических наук, еще в конце 1980-х...