Вы хорошо помните статьи законов человеческих, но забываете статьи законов божьих.
Если уж убеждение сформировалось, то для того, чтобы его разрушить, потребуются более убедительные доказательства, чем для того, чтобы оно появилось.
Это главный парадокс «Эхо». Западня сознания.
Так происходит один, другой, третий год... И в конце концов ты успокаиваешься, принимая новую жизнь как данность. А дни продолжают идти. Твои кости становятся крепче, замах точнее, удары разрушительнее, но с каждым новым улучшением Коракс отламывает взамен кусок твоей собственной жизни. И наступает момент, когда ты понимаешь — тебя больше нет.
Ребята, видя выражение её лица, приближаться не рисковали, ибо, как пишут на аквариумах с электрическими угрями, не влезай — убьет.
Два конрадовских изгоя добывают слоновую кость посредством работорговли. «Кто узнает об этом, если мы будем держать язык за зубами? Ведь здесь никого нет». И как раз в этом коренится проблема, говорит рассказчик. Когда вокруг никого нет и ты «оставлен наедине со своей собственной слабостью», можно дойти до чего угодно.
— Да, иные из нас богаты и живут в довольстве, но ни один не свободен. Мы по рукам и ногам скованы Протоколом; мы все - заложники застывшего, бессодержательного мира, где люди неграмотны, где научные достижения веков доступны лишь привилегированному классу, где художники и поэты обречены лишь бесконечно повторять и переделывать былые шедевры. Ничего не меняется. Ни роста, ни развития. Время остановлено. Прогресс под запретом.
Могущество приобретают, преодолевая препятствия. Нельзя стать действительно значимым, сидя на попе ровно.
Бывает, впутаешься во что-нибудь по пустяковым причинам, а потом не можешь выпутаться, даже если причины у тебя самые веские.
Злословием нельзя бороться, а самое разумное – бежать от него.
Хочешь, открою тебе правду, Валерия? Слово «любовь» специально придумали, чтобы совращать наивных созданий, похожих на тебя. Разве ты ещё не поняла? Я всегда мастерски умел манипулировать этим словом. С тобой точно сработало...
...Человек так устроен – боль оставляет в нашей памяти гораздо более глубокие метки, чем мгновения радости. Врут те, кто утверждает, что плохое быстро забывается. Покажите мне хоть одного человека, которого изменило счастье, и покажу вам сотни, кого изменила боль.
если женщина годами молчит, это не значит, что она мудрая. Иногда это просто бомба с таймером.
Театр, как известно, начинается с вешалки, а военный корабль - с трапа.
Признаваться вслух, что она боится осуждения, страшно. А понимать, что вместо мечты существует только обязательство следовать по проторенной дорожке, – стыдно.
В её сердце пылал неутолимый огонь — желание самой прикоснуться к тайнам невероятного живого мира. Но более всего её манили неизведанные организмы далёких планет, манили своей загадочностью, словно шёпот далёких звёзд. Поэтому, когда прозвенел последний школьный звонок, девушка, не колеблясь, выбрала тернистый путь космобиолога
...Если сердце мужчины лежит через его желудок, то к Серову явно нужно заходить с черного входа...
Почему всегда все так?.. Почему никогда не бывает проблем, которые можно решать постепенно, как написано во всех умных книгах – по мере их поступления?! Почему они всегда «поступают» исключительно оптом и никогда в розницу?!
Разве можно в одиночестве сделать доброе дело? Нельзя.
У каждого есть недостатки, но это не дает нам права поступать недостойно.
Главное – нельзя бояться, что ничего не выйдет.
Умение ладить с людьми,
- как это жизненно важно!
/ Али Апшерони /
... свободная женщина Васечкина вполне могла пригласить свободного мужчину Андрея на дружеский ужин, но свободный мужчина уже не мог себе позволить себе остаться: оба понимали, что каждая секунда промедления превращает бывшего принца в жабу, а такой союз унизителен для любой принцессы, даже если она немножечко Фиона.
- Истину собирают по крупицам, и только ложь льется потоком.
Слушай, Риате, — раздраженно начал магистр, — между прочим, я по вызову безошибочно определяю, когда есть угроза жизни и когда меня тупо собираются использовать. Что, Риате, опять приблудным домовым обзавелась?
— Нннет, — прошептала я, почему-то обратно прячась за спину Юрао.
— А ну вылазь! — рявкнули на меня, стирая пену. — И давай четко, ясно и по существу поведай кого я опять, по-твоему, спасать должен!
Дальше минута молчания, и ко мне повернулся Юрао, чтобы с таким же возмущенным лицом, как и Эллохар, возмутиться:
— Что? Кого спасать?! Пожирающую жизнь из лордов?!
Эллохар в лице переменился и заинтересованно так:
— Кого?
Сколько раз приходилось сталкиваться с тётками при власти, это же всадники апокалипсиса в юбках – самоуверенные, заносчивые, наглые, частенько безмозглые особи женского пола, занявшие кабинеты по протекции своих пузатых патронов.