– Точно, – кивнула Вера. – Если честно, я в шоке. Ну совсем не ожидала такого! Мы с Геной на одну девочку рассчитывали, а потом – бабах – двое.
Все дело в том, что он был посвящен в великую тайну жизни: женщины не ищут красивых мужчин. Женщины ищут мужчин, обладающих красивыми женщинами.
...за слово «архитекторша» Галина Павловна убивала глазами, а кого не убивала, того оставляла калекой на всю жизнь, потому что нет такого слова в русском языке.
— А вы знаете, что такое правда? — сказал Карабекьян. — Это всякая дурь, в которую верит ваш сосед. Если я хочу с ним подружиться, я его спрашиваю, во что он верит. Он мне рассказывает, а я говорю: «Верно, верно, ваша правда!»
Сколько одиночества в этой электричке. Нас точно в Новосибирск везут? Ощущение, что на убой. Контролерша даже спросила: «Вы до самого конца?» К чему бы это. Подозрительно. И все вокруг такие, будто ощутили всю тщетность бытия. И смирились.
Время быстро уносит благодарность — быстрее даже, чем красоту.
— Не благодарите, госпожа. Я служанка. Я обязана исполнять ваши пожелания. — Поклонилась вампирша.
— И все же, спасибо. Если кто-то кому-то служит, то это не значит, что за работу нельзя благодарить.
– Ну как тебя на свободу отпускать? Без тебя ж тюрьма плакать будет!
– Мне сказать тебе нечего. Я обманщиков и мужчин общественного пользования рядом не держу.
Грех допустим лишь в известных пределах; когда кто-то преступает эту черту, нужно принимать меры.
Порядок – это полжизни… не известно только, из чего состоит ее вторая половина.
- При всём уважении, сэр Максимилиан, моя леди заинтересована в серьёзных и умных мужчинах, а не базарных бабах.
Бог всюду, так зачем же его искать в пустыне?
Когда говорят "до последнего", то неизменно подразумевают другого, только не себя.
Тут уж она совсем расхотела за него замуж, а он задора своего не терял и думал привлечь ее склонность маленькими сюрпризами: то в чашку ей нагадит, то в суп навоза накладет.
Чтобы стать святым, надо жить. Боритесь.
...люди, какими бы близкими ни были их отношения, в сущности, всегда чужие друг другу: если человеку плохо, боль остается только его болью, никто другой не может взять на себя хотя бы малую её толику; если человек страдает, другие этих страданий не чувствуют, даже если их соединяет с ним настоящая любовь. И это порождает в жизни одиночество
Но после окончания войны, когда не было обнаружено ни бомбардировщиков, ни ракет, «Белая Алиса» продолжила функционировать как станция климатических исследований. Наша задача состояла в том, чтобы вести работу в этом направлении, которое приобрело огромное значение как в военном, так и в метеорологическом плане. Китай и Россия, а также наши арктические союзники отчаянно нуждались в северном плацдарме. Под замерзшей поверхностью залегали несметные богатства: полезные ископаемые и нефть, – а масштабное таяние ледников подготовило почву для перспективы судоходного маршрута.
Когда смотришь на цветок, хрупкий и беспомощный, растущий в пустыне среди сотен тысяч камней, спрашиваешь себя: почему жизнь так упорно пробивается сквозь все препятствия? Не сорвать ли этот стебелек и не прочистить ли им свою трубку? Нет, не срывайте его: это растеньице тоже думает смутную думу об ограниченности и безграничности жизни и живёт, одушевленное любовью к добру, среди сотен тысяч камней, как вы и я.
Не надо на меня преданно и заинтересованно смотреть, господа. Я не готова заниматься размножением… сейчас!
Мы уже награждены! Мы нашли для себя жизнь, которая удовлетворяет нас, мы живем всеми силами души - чего еще можно желать?
— Тогда, Гарик, давай установим правило номер один. В доме не курить.
— А где же мне курить? — возмутился он.
— На улице. Благо август на дворе и ночи пока еще теплые.
“Голод и слабость лишают человека мужества.”
Я часто размышляла над своим браком. Браком по расчету с нелюбимым человеком. Что он для меня? Тюрьма? Клетка? Или все-таки свобода от любых обязательств и повинностей? Никаких чувств, никаких переживаний, душевной боли.
– Когда теряешь близкого, слышишь только себя, свою боль, и эта боль буквально разрывает тебя на части. Безжалостно разрывает. Не обижайся, Лен. Но я лишний раз убеждаюсь, что мы все жуткие эгоисты. Мы плачем не по ушедшим от нас родным, а по себе самим. Мы горюем потому, что будем лишены всего того, что давал нам этот человек…