Ско… оезд… лер… омель... ается.. еов.. ти… ретьей…омы...
Интересно, на каком это языке было сказано? Не на русском, точно. Я как то слышал, что на том языке, на котором на вокзалах объявляют поезда, медики пишут свои рецепты.
И все хорошее между людьми начинается с понимания, как другому трудно пришлось.
Не менее удивительно, что и от их учителей требуют, чтобы дети с врожденными серьезнейшими заболеваниями показывали результаты на уровне остальных. Как этого добиться? Неизвестно. Но надо! Надо, Федя, надо! Иначе школа опустится в рейтинге!
Что русскому хорошо, то немцу плохо!
...ты имеешь шанс из идеала превратиться в живую женщину, и тогда уж у него крышу снесет, не починишь.
Разговор с подростком как ходьба по пескам. Никогда не знаешь, откуда пустынник выскочит или когда под ногами раскроется яма. Ловушка, замаскированная песком и колючками.
Счастье - зыбкое, сложное чувство, его невозможно зафиксировать, растянуть или закрепить. Счастье сиюминутно. Оно состоит из мгновений.
Когд человек один, он волен направиться куда душе угодно, но умножь количество людей, поместив человека в стаю, и с каждым добавленным индивидом душа человеческая будет умаляться, терять толику самоценности, самого важного, что и делает человека личностью
Поцелуй со вкусом хинкали… Кто бы что ни говорил — это охренеть как романтично!
По большей части мы пребываем в ладу с самими собой, и наши взгляды на мир нас тоже вполне устраивают. Если бы это было не так, мы бы постоянно искали
причины для изменения своей жизни. Внести сумятицу в эту зону комфорта — значит расшатать сами основы, позволяющие нам чувствовать себя в
безопасности в мире. Поэтому, для того чтобы изменить нечто столь сильное, как сущностные убеждения, определяющие нашу жизнь, нам
необходим некий пусковой механизм, причем не менее сильный, чем они сами. Чтобы выбить нас из состояния самодовольства и удовлетворенности
прежним взглядом на мир и заставить изменить один образ мышления на другой, новый, подчас совершенно революционный, нам требуется
причина.
Только теперь мы видим по-настоящему, как все это смешно. Годами нас заставляли стрелять, колоть и убивать, а тут вдруг возникает важный вопрос: из какого класса мы пошли на войну – из шестого или седьмого. Одни из нас умели решать уравнения с двумя неизвестными, другие – всего с одним. А теперь это должно решить нашу судьбу.
- Когда-нибудь он тебя убьет, - вздохнула Мирна.
- Кто ж его посадит, он же памятник, - хмыкнула я, процитировав древний фильм.
- Уважаемая Арина Анатольевна, ваш родитель позволил мне украсть немного вашего времени для приватной беседы. Прошу вас, не отказывайте мне в такой маленькой просьбе...
- Что вы, сударь, как можно, - ответила я в том же тоне, и поднимаясь с места, положила руку на подставленный им локоть. А потом добавила, но уже тише: - Знаете. Мне так искренне хочется вас куда-нибудь послать... вот только, всё никак не могу выбрать подходяще направление...
...Тот, кто сеет ложь, в конце соберёт богатый урожай и сможет отдохнуть от трудов - другие будут сеять и жать за него.
Не отказывай себе в удовольствии делать добро
Всю ночь Во сне думать о том Как достать луну
Ложь может стать защитой, спасением, но чаще всего она заставляет страдать.
Папа, а если мы убьём всех плохих людей, останутся только хорошие? Нет, сынок, останутся только убийцы.
Врага тоже можно уважать. Особенно если он достаточно силён.
— Ума палата дороже злата, — сказала Полумна чуть нараспев.
Для ведения разумной дискуссии достаточно по одному человеку с каждой стороны, но для давления с позиции «идеологически-философских» концепций необходима толпа приверженцев этих концепций. Те, кто проигрывает оппоненту в логике, всегда стараются брать массой.
Нет, я вовсе не озабоченный сексуальный маньяк и женским вниманием не обделен. С моим положением, внешностью и деньгами проблем с бабами не возникает. Как раз наоборот, иногда желающих добраться до комиссарского тела (и кошелька) бывает с избытком. Приходится уходить тайными тропами. Шутка.
А дальше я уже начинаю заниматься любимым занятием всех женщин — додумывать все, чего не знаю.
-Значит , вы утверждаете, что всякий раз, когда начинаете пить ваше любимое красное ломбергское вино, из бутылки появляется джинн?
Парни захохотали. Нет, они все еще пытались вести себя тихо, все-таки перед " пострадавшим " неудобно, тем более что не последний человек в городе . В результате их стараний смеха действительно слышно не было, вместо него имелось хрюканье , бульканье и хлюпанье.
Кино я действительно любила. Экран, чья-то судьба, прочувствованная на себе, вихрь чужих эмоций, пропущенные через каждую клетку. Полтора часа, позволяющих постоять в чужих калошах, поверить, что жизнь не всегда скучна, а иногда великолепна. Любовь, чей-то взгляд, тоска, волнение, улыбка, радость, новые места, события, лица. И серость бытия исчезает, растворяется, не допущенная внутрь бетонными стенами кинотеатра.