- Теперь ты можешь освободить меня от строевой службы и отправить домой. Не будут же они посылать сумасшедших на верную смерь?
- А кто же тогда пойдет на верную смерть?
Командование не скупилось в эти дни на награды: ордена и внеочередные повышения в званиях сыпались как из рога изобилия на сражающихся, измученных, обречённых на смерть людей. Но во имя чего?
Смысл любого бизнеса в конечном счете в том, чтобы доставить продукт своему потребителю. В футболе этот продукт производится на поле.
За черной полосой непременно следует белая — ведь жизнь, как ни говори, все-таки справедливая штука. И на каждую пролитую слезу непременно приходится один грамм счастья.
– Я думаю, что все мы взрослые люди и сами решаем, как нам жить.
И хотя Роран ненавидел войну, он не мог отрицать, что сражение с врагом обладает поистине притягательной силой.
"Вашей порядочности нечего делать с вашей красотой, ибо скорее красота затянет порядочность в омут, чем порядочность исправит красоту"
Красивые слова работают только на дурах. Умным подавай душу.
У нас,как у представителей приматов,наиболее развитые,по сравнению с другими видами,лицевые мускулы. Более того,у нас из всех живущих на земле существ самая сложная и выразительная мимика.
Жизнь — штука сложная, а человек — ещё сложнее.
- Ты твердишь одно и то же, - отвечала она, - женщина, говоришь ты, радей о доме своем. А когда воины погибнут славной смертью - сгори вместе с домом, погибшим он больше не нужен. Но я не служанка, я - царевна из рода Эорла. Я езжу верхом и владею клинком не хуже любого воина. И я не боюсь ни боли, ни смерти.
- А чего ты боишься, царевна? - спросил он.
- Боюсь золоченой клетки, - сказала она. - Боюсь привыкнуть к домашнему заточенью, состариться и расстаться с мечтами о великих подвигах.
Здесь могла быть цитата..... Но не будет
Не все нужно прощать, и не всем нужно прощение.
Если что-нибудь существует на самом деле, то оно есть всегда.
Ежели людей по работе ценить... тогда лошадь лучше всякого человека...
«Он открывает нам наши грехи не для того, чтобы покарать и заставить умереть от стыда, а для того, чтобы, увиденные нами, они стали бы нам противны, и мы бы обратились к Нему же за избавлением. Он хочет убрать все, что мешает человеку быть с Ним».
Тогда эти светлые головы улыбаются натянутыми улыбками и говорят ее родителям: «Умна не по годам». Как будто это дефект, как будто их оскорбляет сам факт, что она не такая придурочная, как полагается в семь лет.
И с запозданием испугалась, что едва не умерла посреди полного здоровья. Телесно. Психики это не касалось. Она у меня, судя по всему, уже давно нуждается в хорошем некроманте.
– И почему мужчины приносят столько страданий? – спросила Таш у водителя.
Он улыбнулся:
– А я всегда так думал про женщин.
Ты хоть представляешь, каково отдать любимую женщину другому? Ты понятия не имеешь об этом навязчивом кошмаре, о постоянной боли, что рвет на части.
Есть такая фраза, Риа, которую мужчина говорит равнодушной к нему женщине - моей любви хватит на нас обоих. Так вот, малышка, моей магии хватит на нас двоих, слышишь?
- Разберем на примерах, - взял я манеру нашего препода, пытавшегося вбить основы религиоведения в пустые головы студентов. - Есть общество, где соблюдаются определенные правила, ну не убивать, не воровать и так далее. Туда попадает некто, кому абсолютно на нас...начхать на все запреты этого общества. Он начинает брать все, что ему понравится, убивать всех сопротивляющихся ему, в общем, вести себя крайне неприлично. Результат?
- Его убьет стража! - нашла выход Алона.
- Правильно! Тем самым нарушив для сохранения общества его же законы, ограничивающие остальных. Понятно?
- Нет.
- Ладно, второй пример: путешествует себе одна маленькая девочка, никого не трогает, а некие злые дяди пытаются ей причинить вред, подло убивая ее защитников, нападая не по правилам - десять на одного. Защитники героически и по правилам сопротивляются и закономерно умирают. Ведь правила запрещают им бить в спину, добивать безоружных, которые тут же берут оружие, лишь только они вернутся, в общем, они сражаются честно, но так же честно и умирают. Польза? Никакой!
– Хорошо! Теперь ты не хочешь завалить меня работой, чтобы я перестала думать о твоих губах? Он фыркнул и направился к своему столу. – Завалить тебя – то, чего я всегда буду хотеть.
Лучше пройти один рaз сaмыми дикими, но прекрaсными тропaми с тем, кто тебе дорог, чем сто рaз шaгaть по зaaсфaльтировaнной, вылизaнной дорожке под руку с посторонним.
А уж про то, как мужья к любовницам уходят, я даже и рассказывать не буду. Все как один собираются от старых и постылых жен уходить, этим девочкам рассказывают, что вот прямо завтра, вот как только сын школу окончит... Не слышал, чтобы хоть кто-то ушёл, и сам такого не видел. Они ждут, а мы им врём... И трусим. Ну а как по-другому-то? Да, жена уже не та милая и добрая девушка, что когда-то была, и характер у неё фантастически испортился, и видеть её периодически уже никаких сил нет, и весит вдвое больше прежнего, и покрикивает она на тебя постоянно. А у этой и грудь торчком, и в рот она тебе смотрит, и опять же с ней ты снова мужик, но... Снова проходить этот путь? Ипотека, токсикоз, молоко на руку, девятый зуб с температурой под сорок... Нет, нет, нет, я ещё раз этого не хочу! Без меня.