Казалось бы, что может пойти не так, если ты лезешь в дупло? Ответ: всё!
Если мох может расти без корней и материнская любовь возникает сама собой, словно из ниоткуда, то я ошиблась, считая себя недостойной растить свою дочь. Ничьи, нежеланные, нелюбимые могут научиться дарить любовь так же щедро, как все остальные.
- И ты не боишься? - Боюсь. Но всё равно бегу к ним на выручку. Страх не должен мешать тебе действовать.
Но ничто не вечно. Однажды войны заканчиваются. Однажды смолкают какофонии орудий и крики пропаганды. Однажды наступает грань, за которой контекст перестаёт иметь значение и тает, словно дым. Остаёшься только ты — и груз совершённого, и осознание сделанного, и тяжесть увиденного. И это всё сожрёт тебя, уничтожит, выжжет, превратит в монстра или пустую оболочку… Если только любовь не останется тоже.
Чужие дневники всегда вызывают интерес.
Буллфер прав! Опять он прав.
Она не успеет насладиться местью. Сейчас он умрет, и она ничего не сможет сделать — ни заставить его пожалеть о своих наглых словах, ни убедиться в том, что у нее великолепно получается править, ни помучиться из-за собственного бессилия. Это несправедливо! Нечестно!
— Буллфер! Буллфер, не смей умирать, — она тряхнула его за плечи, с размаху ударила по рыжей физиономии, — Не умирай!
Он приоткрыл глаза, в которых стремительно гасло демоническое пламя, и прошептал:
— Это лучшее, что ты могла сделать… Спасибо, Хул.
И тогда она поняла, что снова обманута. Буллфер опять одурачил ее. У него не было сил бороться дальше. Никто не поддерживал его. Он остался один. Теперь — по-настоящему один. Она почти уничтожила его. И он опять сумел вывернуться, обмануть. Она лишила его свободы, а он снова нашел ее.
— ...Зачем вообще женятся — не понятно.
— Разве люди женятся, чтобы детей рожать?
— А что нет?
— Нет. Люди женятся, потому что любят друг друга и хотят быть вместе. А еще чтобы заявить права на свою половинку.
«Дисциплина» не может отождествляться ни с институтом, ни с аппаратом; она – тип власти, модальность ее отправления, содержащая целую совокупность инструментов, методов, уровней приложения и мишеней; она есть «физика» или «анатомия» власти, некая технология.
Суть в том, что мы не можем знать все заранее и часто узнаем о тех или иных вещах, только когда в них возникает необходимость. Вот почему я рекомендую вам пробовать новые подходы и быть готовыми к разочарованиям, но при этом всегда поддерживать связь с наставником, который подскажет, как вести себя в незнакомых ситуациях. Многие люди не решаются приступить к осуществлению своих проектов только потому, что у них нет всех ответов. У вас никогда не будет всех ответов, но браться за дело все равно нужно. Как говорит один из моих друзей, «многие люди не решаются тронуться с места, пока на всех светофорах не загорится зеленый свет. Вот почему они никуда не могут попасть».
Осенние листья умирают каждый год. Их не вернуть и не приклеить обратно к веткам. Но весна обязательно наступит снова. Для тех, кто не сдался и пережил зиму.
Преступление, считал он, это и есть нехватка терпения.
– ТРИСТА наложниц?! – в бешенстве спросила я.
– Рия, я занят!
– Неудивительно! С таким количеством любовниц как ты еще ходить можешь? – ядовито спросила я.
– Ты не жеребец, а кобель похотливый! – заявила я.
Раздались смешки.
— Вы нашли мою жену? — Да, Захар Александрович. Полный отчёт о её жизни за это время. Я беру папку, разворачиваю её. Страницы скрипят, мелькают фотографии, сухие факты, и вдруг… Дочери. Их двое. Я застываю, пытаясь переварить полученную информацию. — Кто такая Катя? — Младшая дочь. Судя по всему — ваша, босс. Год и семь месяцев. Сердце разгоняется до предела. Не могу в это поверить. Сказала, что ни за что не будет рожать от зека, избавится от ребёнка при первой возможности, но сохранила его…
Всякая школа — это немного бойня.
У Ильи и Марины глаза стали светиться при виде друг друга, они уже знали свои потаённые превращения.
- Тс… - тревожно осмотрелась я. Дракон тоже насторожился. – Вы это слышите?
- Что? – шепотом спросил дракон, склоняясь ко мне. Он тоже прислушивался.
- Если прислушаться, то слышно, как растет ваша наглость, - усмехнулась я, направляясь дальше, как ни в чем не бывало.
Лучшее оружие в споре — знание.
«Я была так одинока, что скатилась до просьбы о дружбе».
Любовь не то чувство, которое заслуживает презрения. На свете есть люди, которых мы любим просто так. И нам хорошо от одной мысли, что они существуют. Не важно, где.
Важно, что они есть.
Чувство вины при потере близкого — это нормальная реакция человека, — спокойно разъяснял Леон. — Она появляется от беспомощности. От невозможности повернуть время вспять. Что-то изменить, досказать, доделать или переделать. И мало кому удаётся сразу понять, что эта вина иррациональна.
...у меня были сильные подозрения, что молитва просто помогает пробудить собственную силу человека. Она выплескивается – и человек начинает влиять на события. Но потом за это придется расплатиться.
Жить ради любви – нет, но жить с любовью.
Может, не важно, во что ты веришь, а важно, для чего тебе твоя вера? И кто ты в своей вере?
Иуда в любом мире найдет себе осинку.
Жизнь устроена немного не так, как в сериалах, Женька. Там так положено для развития сюжета – герои долго страдают, а потом обретают заслуженное счастье. У людей по-разному бывает. Бывают страдания, а счастья в награду так и нет. Бывает наоборот – счастье, но человек не понимает, что это счастье, и всё равно страдает. Но в сериале награда сама собой на голову падает – раз ты хороший человек, вот тебе награда. А в жизни за неё бороться надо.