Мир - это зеркало, и он возвращает каждому его собственное изображение. Нахмурьтесь - и он, в свою очередь, кисло взглянет на вас; засмейтесь ему и вместе с ним - и он станет вашим веселым, милым товарищем.
Если веришь в идею - ее надо осуществлять.
Конфликт — вот с чего начинается история. Спор, мое слово против твоего, мое свидетельство против твоего. Если бы существовала такая вещь, как истина, полемика бы утратила свои блеск. Меня, по крайней мере, она бы перестала интересовать
Конечно, осознание себя как личности есть жизненно необходимое для женщины качество, которое привлекает к ней мужчину, заставляет его влюбиться в неё. Но у других, у тех, кто заинтересован только в том, чтобы купить её тело, это качество не вызывает ничего, кроме ненависти и мстительности. Им нужна красивая внешность, не испорченная каким-то там самопознанием, им нужен котенок, но не кошка.
- Те, кто пренебрег уроками истории, обречены на то, чтобы ее повторять.
“основой счастливой жизни служит семья.”
Дерьмо, наверное, быть старым. Я никогда не состарюсь. Только не я.
Отношение к женщине – лакмусовая бумажка всякой этики
- Сударыня моя, шагайте смело,ступайте твердо, не робейте, споткнетесь - подхватим.
Наблюдать за тем,как постепенно тускнеет твой мир,очень тяжело,когда ты молод.Некоторым требуется много времени,чтобы понять,что на самом деле тускнеет лишь внешняя сторона,а истинная сущность остается без изменений.
Америка - страна больших возможностей для женщин. Они уже владеют примерно восьмьюдесятью пятью процентами национального богатства. Скоро оно все будет принадлежать им. Выгодным процессом стал развод - его просто начать и легко забыть, и честолюбивые дамы могут повторять его, сколько им вздумается, и доводить суммы своих выигрышей до астрономических чисел. Смерть мужа также приносит удовлетворительную компенсацию, и некоторые женщины предпочитают полагаться на этот способ. Они знают, что период ожидания не слишком затянется, ибо чрезмерная работа и сверхнапряжение скоро обязательно доконают беднягу, и он умрет за своим письменным столом с пузырьком фенамина в одной руке и упаковкой транквилизатора в другой.
Доктору никогда не приходило в голову то, что непреодолимым препятствием между ним и серьезной литературой служили трагические развязки произведений. Когда-то в молодые годы он предпочитал книги с плохим концом, но уже забыл об этом.
У нас в обществе интересные места в основном либо незаконны, либо очень дороги.
Я человек явно слабый. Я пытался обратиться к Библии, к философам, к поэтам, но, на мой взгляд, они почему-то упустили самую суть. Они толкуют о чем-то совершенно другом. Поэтому я давным-давно перестал читать. Небольшое облегчение я нашел в выпивке, азартных играх и сексе, и в этом смысле я почти ничем не отличался от любого человека в округе, в городе, в стране; единственная разница состояла в том, что я не мечтал «преуспеть», не хотел обзавестись семьей, домом, престижной работой и так далее. Вот таким я был: ни интеллектуал, ни художник; не имел я и спасительных корней простого человека. Я болтался посередине, точно заработал некий промежуточный ярлык, а это, сдается мне, и есть начало душевной болезни.
Да, в цеху было довольно шумно. Но ничего похожего на оглушительный, рвущий уши грохот, который заранее представил себе Фигаро − куда там! − столичные студенты, из тех, что одевались в рваные косоворотки и называли себя "нигилистами", нажравшись дешевым самогоном, бывало, громче орали под окнами (студиозусы с факультета метафизики, вроде самого Фигаро, чаще распевали "Молодого некроманта" или "Куклу Колдуна" − жутко пошлую песенку о суккубе, вселившейся в деревянную лошадку, а будущие медики − "Мое сердце остановилось". И у всех у них, вспомнилось следователю, были балалайки с выжженными волками, черепами и кучей порванных струн на грифе).
– Так ты не хочешь быть каменотесом?
– Я вообще-то собирался стать деревенским дурачком, если отец позволит.
– У него талант от бога, – подтвердил Джошуа.
Странное дело: чем милее девушка, чем больше тебя с ней связывает, тем меньше шансов уложить ее в постель.
[Organizm(-:] А вдруг мы просто умерли?
[Nutscracker] Без паники. Мертвые не сидят у мониторов.
[Organizm(-:] Это, кстати, не факт. Может, это единственное, чем они в состоянии заниматься.
[Romeo-y-Cohiba] Если это тот свет, я разочарован.
всегда говорите своим дорогим людям такие простые слова благодарности, чтобы они знали, как много для тебя значат, и как ты ценишь все то, что они для тебя делают.
Иногда ведь можно просто не успеть…
Чудо заключается не в технике, а в искусстве фокусника.
— Боль, друзья мои, — прислужница дьявола. Это его прикосновение и ласка. Его зловредные объятия! Кто из вас не слыхал, как вопиет в агонии человек, проклиная Бога… Или как женщина в родовых муках своими стонами и криками разрывает еще не родившемуся младенцу ушные перепонки… Любящий родитель превращается в чудовище. Боль мешает вашему чаду молиться, доброму человеку быть добрым. Истинный ад на земле! Она швыряет нас в пламя огненное, но мы-то живы… А доктора! Всякий знает, на что они способны! Всякий знает, как их ухищрения удваивают наши страдания… А потом они грабят нас, когда мы лишены сил сопротивляться, когда рассудок наш слишком слаб, чтоб мы догадались спустить их с лестницы. И смерть кажется нам желанным освобождением. Вспомните, прошу вас, вспомните сейчас о самом сильном пережитом вами страдании, о том дне или той ночи, когда вы корчились в муках от зубной или кишечной боли, когда у вас разрывалась на части голова или ныла нога… Ожог, падение с лошади или одна из тысяч смертоносных болезней, которые гложут нас изнутри. Припомните, как любой из вас готов был поменяться местами с самым убогим созданием во всем королевстве, лишь бы получить хотя бы минутное, нет, полуминутное облегчение.
Современное общество выдумало мобильный, чтобы он надёжно заслонял нас от себя самих и от окружающих.
Странный мир, где люди убеждают друг друга, что они живы, что это пончик, а это кирпич, а это мышь. Объясняют, радость это или печаль.
– Не похоже на тя, брателла, а что будет в следующий раз, когда нам потеряться надо будет?
– Мне не надо. – У Дастина в голосе какая-то по этому поводу меланхолия.
– А мне, может, надо, – объявляет Лукас.
– Можно изобрести еще какое-то где-нибудь.
На правом плече у него висел волшебный фонарь, на левом — два ящика. В одном из них, как я хорошо знала, хранилась саламандра, в другом — мандрагора. Отец всегда смеялся над этими чудищами. Старик искусно соорудил их из высушенных останков обезьян, попугаев, белок, рыб и ежей; выглядели они весьма устрашающе.