— Да, вот это жизнь!.. — сказал он. — А мы-то, дураки, сидим весь век на одном месте и ничего не видим, кроме елок да сосен.
— Что ж, — лукаво прищурившись, сказал Михель-Великан. — И тебе пути не заказаны. Можно и постранствовать, и делом позаняться. Все можно — только бы хватило смелости, твердости, здравого смысла… Только бы не мешало глупое сердце!.. А как оно мешает, черт побери!.. Вспомни-ка, сколько раз тебе в голову приходили какие-нибудь славные затеи, а сердце вдруг дрогнет, заколотится, ты и струсишь ни с того ни с сего. А если кто-нибудь обидит тебя, да еще ни за что ни про что? Кажется, и думать не о чем, а сердце ноет, щемит…
Где бы я ни оказалась, смерть шла за мной по пятам. Но самое страшное: она забирала не меня, а всех, кто был рядом, – всех тех, кому я была небезразлична.
Отсутствие в моем организме зависти объясняется не высокой духовностью госпожи Сергеевой, а пониманием: ей досталось все лучшее, а то, что я не получила, того мне и не надо. Но, порой, все же, когда узнаю, что кто-то спокойно наедается вкусным на ночь, меня берут завидки. У Танюши даже от салата из свежих огурцов без соли, масла, сметаны пара лишних килограммов к бокам прилипнет.
Море - это лучшее, что может случиться с человеком.
– Какого беса, Катерина?! Я не хочу жениться, тем более на тебе!
– А я хочу?! – тоже возмутилась я в голос. – Меня вообще не спрашивали! А все бесы твои! Нашли кого взять в подарок! Вот теперь и расхлебывай! А еще я не девственница, так что тут неувязочка!
– Девственница, – чересчур уверенно ухмыльнулся Константин. – Любое новое тело, созданное с нуля, девственно.
– Протестую! – Я аж кулаком по столику стукнула от подобного магического финта. – Негодую и порицаю! Это что еще за произвол?!
– Бывает, в нашем мире все бывает, хоть мы об этом и не подозреваем.
Никогда не падайте духом. Все на свете вздор, не так ли?
Хочешь жить, умей вертеться. Хочешь хорошо жить, умей вертеться в нужном направлении.
<...> Но я не растерялся и сразу вцепился когтями в его руку, которая совсем не показалась мне доброй. Иначе поступить я не мог – у мальчишки на лице было написано, что, притащив меня домой, он не даст мне ни минуты покоя, а меня такая перспектива не устраивала категорически. Характер у меня, если вы этого еще не поняли, независимый, и жить я собирался по своим законам, а не подстраиваться под каких-то там двуногих. <...>
Важные люди всегда все делают вовремя и никого не заставляют ждать.
такова уж женская доля — за каждую горошинку счастья приходится платить полновесными мерами забот, тревог и сомнений.
Страшно - не любить, ужас - не сметь.
Все тайны мира всегда скрывают мужчины, но раскрывают их женщины.
Но смысл жизни заключается в развитии, а не в достижении совершенства
мужика никакими детьми не удержишь
— Это кто? — спрашивает она ошарашенно.
Прийти слишком поздно – хуже, чем никогда.
... им все равно, жива ты или нет, - шепнул тихонько голос рассудка. - Если ты умрешь, они все с этими же улыбками на лицах отнесут тебя в усыпальницу. И никто не прольет ни слезинки. Никто не вспомнит и даже не заметит. Потому что, хотя их здесь и много, но все они одиноки.
Кич уже два года возил на своей спине Баса, поэтому его грустному виду не стоит удивляться.
Терпеть не могу, когда люди слишком счастливы, да еще во сне и наяву одновременно.
Поднявшиеся среди индийского населения распри и раздоры во всяком случае были "положительным" явлением:
чем больше в народе раздоров и распрей, тем легче управлять им
Неизвестное раздражает, заставляет психовать. Но, едва установлена хотя бы часть того, что предстоит, мысли уже не о том, что ожидает. Мысли уже о том, как справиться с этой напастью...
Там, где мужики прут напролом, уповая на грубую физическую силу, женщина предпочитает использовать коварство.
— Запомни, мародерство — это если ты нашел труп и обобрал его. Если ты завалил человека и забрал его шмотки — это убийство и разбой. А в нашем случае можно говорить о боевых трофеях. Понял?
— ... у госпожи Глафиры Жармейк уже три претендента на её руку и кошелёк. Вы — третий! Аптекарь, с Кислощёкинской улицы, отставной барабанщик, какого-то там полка, с Жаберного переулка, и вы!
— Какая… солидная конкуренция! — бормотнул хозяин.
— Вот! — подхватила госпожа Барбара, — И я про это! Надо соответствовать! Вдова — женщина серьёзная, график её посещения претендентами уже утверждён… ваш день — четверг! Прошу прийти в чистой рубашке, имея при себе медицинскую справку об отсутствии болезней. Особенно, об отсутствии болезней зубов! Вдова очень боится, что это заразно и может перекинуться на её зубы.
Но, зато!.. Это же будет не жизнь, а сплошное наслаждение! Вдова — женщина солидная! И фамильяр у неё не какая-нибудь летучая мышь, а настоящий поросёнок!