-Сижу одиноко я в клетке с едой, вокруг столько женщин , а мне- ни одной !
-Что ни говори , мужик мужиком , хоть и птичка!- усмехнулась я .
— Ты веришь тому, что тебе сказали, дикарка, — в его голосе скользнули серые нити усталости.
— Я верю в то, что истинно!
— Истина легко меняется в зависимости от того, кто ее излагает, — не глядя на меня произнес он. — И от того, кто слушает.
Чем человек старей, тем он хитрей.
в этом мире быть милой долго не удается
- Я сам ещё в детстве понял: суета, обычно именуемая повседневной работой, не дает человеку регулярно встречаться с самим собой. А без этих встреч считай, что и жизни у тебя не случилось. Некому её было жить! Зато самого себя очень легко заманить на свидание интересной игрой.
- В моем случае работа это и есть интересная игра. Но иногда её становится слишком много. Или внезапно усложняются правила. Или ставки делаются чересчур велики, а это изрядно портит удовольствие.
Человек чем-то похож на этот поезд. Он точно так же обречен вечно тащить за собой из прошлого цепь темных, страшных, неизвестно от кого доставшихся в наследство вагонов.
- Вчера бесы были большие, но по пять! А сегодня маленькие, но по три! – выругалась бабка
Вам никогда не казалось это нелогичным? — она оторвалась от изучения ноги и посмотрела ему в глаза. — То, что Легион борется с темными магами и их порождениями, но при этом словно специально связывает себе руки? Как будто дает фору противникам, всячески избегая темной стороны силы. Было бы куда разумнее использовать эту силу во благо.— Но чем бы мы тогда отличались от темных? — возразил Мор.— Намерениями, — не колеблясь, ответила Вилар.
Одеваюсь я непривычно для этих мест, но это даже удобно – люди обращают внимание на мою одежду и разные безделушки, на ту же трубку, на мое малопривлекательное лицо и слишком высокий для женщины рост, ну а я в это время могу наблюдать за ними. Что поделать, профессия судебного мага – а я, ко всему прочему, потомственный судебный маг – располагает к тому, чтобы поддерживать определенный образ. Будь я светловолосой румяной хохотушкой, мне было бы сложнее делать карьеру…
Наши страдания и страсти-часть нас самих,и забрать их у нас - значит лишить нашу личность чего-то основополагающего.
Ужин прошел в тихой и угрожающей всеобщему спокойствию обстановке.
— Ох, проказница, подбиваешь старика на авантюры! — Магистр, а четыре любовницы знают, что вы старик?
"Тот, кому суждено быть повешенным, должен молиться на свою веревку и причащаться кусочком мыла, потому что если он вздумает утопиться, он будет тонуть так, что не приведи Господи."
Там, где рабочая сила ничего не стоит, прогресс не востребован.
Почему это, черт возьми, все жаждут успеха? Я хотел бы встретить кого-нибудь, кто мечтал бы о провале. Провал - единственная прекрасная вещь.
Забавные факты. В XIX веке женщин могли отправить в дурдом по следующим причинам:
Истерия
Самовлюбленность
Аморальное поведение
Нимфомания
Ревность
Дурная компания
Мастурбация
Чтение книг (!)
Удар копытом в голову
Если опустить удар копытом в голову, все мои знакомые давно загремели бы в дурдом. И именно этого хотели мужчины. Именно так они сдерживали женщин. Не нравится то, что они говорят? Объявите их безумными и отправьте в дурдом. Отказываются удовлетворять мужа? В психушку. Очень хотят трахать мужа? В психушку. Блин, это ужас.
И не думай, дневник, будто что-то сильно поменялось. Сенатор собирался меня сдать после смерти Кэт. Как будто плохо, что я по ней горюю. Как будто страдание – это душевная болезнь.
Размер страны ощущаешь, когда неделю проведешь в поезде. Люди в плацкарте менялись несколько раз, а она все ехала.
Родительство - это такой урок, как научиться быть совершенно другим человеком.
- Откройте ваш секрет молодости, Ирэн. - Люди, которые не живут, прекрасно сохраняются.
"Унижение, - сказал он, - общий смех в деревне, на фермах - иногда лучшее оружие, чем убийство незначительных людей."
не все ладно в общественном устройстве, которое заставляет отказаться от тщательно продуманных планов и закрывает перед человеком единственную возможность проявить себя существом высшего порядка и внести свою лепту в дело общего прогресса своего поколения
Из мрака мы явились, и во мрак мы уйдем.
Нас определяет не то, кем мы родились, ведь никто не выбирал свою судьбу. Но за нами возможность решать, кем в конечном счете мы можем стать.
Ничто живое не способно так бурно расти и так безвременно увянуть, как человек.
Ведь хорошую книгу мы ценим не за то, что в ней нет изъянов, а за те красоты, что находим в ней; так и в человеке самое важное не то, чтобы за ним числилось поменьше недостатков, а то, чтобы у него было побольше истинных добродетелей.