Взрослые иногда такие дураки-хоть не расти.
Ну что сказать… Сейчас меня можно было снимать в фильме ужасов без грима.
Бургер даже здесь вонял "Макдональдсом", как-то особо противно на фоне запаха леса и близкой чистой воды. Словно напердел кто-то совершенно беспощадно в приличном обществе.
Пять детей за одну ночь! Эпидемия, не иначе.
— Хель… — через минуту негромко спросила Ульяна. — Хеля, а что там хоть было-то… внизу?
— Да ничего особенного, всё как у нас. Стены, люстры, двери…
— А демоны?
— А что, демоны разве не люди? Подумаешь, рогатые мужики с хвостами.
— Ну а Князь? Он вообще какой?
Я машинально потерла саднящие, но уже переставшие болеть запястья — заживало на мне всегда быстро.
— Нормальный он… для Князя.
- Да. Ты умножаешь скорбь.
- На что? - деловито уточнил я, записывая важную информацию в тетрадь.
- На тоску.
- И что получается?
- Безисходность, - тоскливо вздохнул мой учитель.
Здоровье – это залог всего, но понимаешь это только тогда, когда этот залог уже утрачен.
– Наверное, медведя нельзя обмануть до тех пор, пока он ведет себя как медведь, – пожала плечами Серафина Пеккала. – А начни он подражать человеку, как тут же станет жертвой обмана.
«У Аргуса сотня, у ревности тысяча глаз...»
Ох, и мерзкая штука - это позитивное мышление, если вдуматься.
- Умный – значит везучий. Глупый – значит невезучий.
Сэр Руджер был еще отнюдь не стар — ему едва миновало тридцать пять лет. Мужчина он был крепкий, к полноте не склонный, ума среднего, роста среднего, лицо кирпичом — одним словом, примерный преторианец. Кстати — форма ему шла.
Кто из нас не читал книг, герои которых, торопясь по своим исключительно героическим делам, загоняли лошадей чуть ли не через каждую сотню страниц? Нет, я не спорю, ситуации бывают разные, и, если в опасности жизнь человека, сделаешь и не такое, но, когда какой-нибудь урод загонял лошадь без веской на то причины, я просто начинал его тихо ненавидеть. Почему? Покажите мне человека, готового убить свою кошку или собаку? И даже не свою, а чью-нибудь еще?
Как известно, загнанная лошадь, если ее не реанимировать в короткий срок, умирает мучительной смертью. А поскольку герой не знает, в какой момент падет лошадь, которую он загоняет, его изуверство непонятно вдвойне. Пешком-то идти придется долго. И когда в какой-нибудь книге мне встречалась фраза: «Я так соскучился, принцесса, что, пока спешил к вам, загнал трех лошадей!» – мне очень хотелось, чтобы в ответ прозвучало что-то вроде: «Палач! Где же ты? Немедленно отруби голову этому тупому мерзавцу!»
– Знаешь, Ланселет, иногда мне кажется: что бы мы ни делали, это не имеет никакого значения. Мы только думаем, будто что-то делаем, а на самом деле это боги играют нами. Мы – всего лишь орудия в их руках.
Но есть и хорошая новость: борьба с плохими привычками длится не вечно. Сильная самодисциплина нужна только для короткого переходного периода, пока у вас не сформировались новые привычки. Независимо от того, насколько трудно вам дается новый образ поведения, дисциплина вам потребуется только на первые три – шесть недель. Потом у вас сформируется импульс движения и вам станет легче выполнить новое для себя действие, чем не выполнить его. Деятельность, которую вы усваивали с использованием железной дисциплины, превратится для вас в удовольствие.
Какой длинной, оказывается, бывает секунда, наполненная изумлением.
Врачи примерно представляют, что значит быть больным, но, пока они сами не заболеют, они не могут понять этого на 100%. Это как влюбиться или родить ребёнка.
- Я не привидение, если ты об этом подумал. – Она помолчала и добавила: - Мне так кажется, по крайней мере.
Я понимаю, что подростки должны жить. Я понимаю, что они должны влюбляться и радоваться жизни. Они могут пробовать курить и тайком пить спиртное. Они могут сквернословить и хамить взрослым. Но они не должны сознательно обрывать свои жизни. Вот что я понимаю.
В отличие от механизированных соединений - 6-го танкого корпуса Поля Армана и 1-го механизированного корпуса Соломатина (окруженного с противоположной стороны выступа, у Белого) - прорвавшиеся в глубину обороны немцев кавалерийские части не были разгромлены. Они составили так называемую группу полковника Курсакова, насчитавшую около 900 сабель. Группа кавалеристов прошла Ржевский выступ насквозь, уничтожая склады, солдат и офицеров противника, на ее счету оказалось даже 8 самолетов. Наконец, спустя почти полтора месяца с момента ввода в прорыв, кавалеристы корпуса В.В. Крюкова вышли к своим на участке 22-й армии Калининского фронта. В таком стиле могла работать только кавалерия. У моторизованных и механизированных частей в изолированном прорыве быстро заканчивалось топливо. Пехота была слишком малоподвижной. Только конники могли даже в крайне неблагоприятной ситуации, словно саламандры, пройти через огонь неудачного наступления.
Христианская миссия на Зоэ принадлежит России, а по Римскому договору от 2072 года другой конфессии сюда хода нет. Не зря амеры так куксились. Козлы они! Надумали захватить этот мир кровью. «Но мы попробуем любовью, – а там увидим, что прочней…» – процитировал он Тютчева.
Всегда дышите носом.
Нет, Блез совсем не болтлив, но редко встречаются мужчины, если они встречаются вообще, у которых женщина не смогла бы что-то выпытать тем или иным способом. И лучше не рисковать.
Гнев делает из достойных мужей упрямцев, а упрямцы выглядят жалко.
Вечная история: два друга (царь и жрец, но могут быть и другие роли) сидят на дереве, хулиганят, ржут, как кони, и из этого их безответственного хохота рождаются новые миры, или меняются старые, ну или хотя бы города растут – самые лучшие, пограничные, все как мы любим.