Цитаты
286951
Истории возобновляются, но никогда не заканчиваются.
Дорожная авария в окрестностях Гренобля: юноша, удирая на автомобиле от таможенных контролеров, врезался в парапет и погиб. Подоспевшие полицейские обнаружили в багажнике тело девушки. Без лица. Так начинается новый роман Франка Тилье «Последняя рукопись», напоминающий хитроумно выточенную матрешку, где одна загадка сменяет другую. Главная линия связана с Лин Морган: скромная учительница, ставшая королевой триллера, всегда держала личную жизнь в секрете, но эта прежняя жизнь – спокойная,...
– Такова она, семья. То тебя обнимают, то лупят ремнем – и все с любовью, а кто жалеет розги своей, тот ненавидит сына.
Целая жизнь – длиной в один стэндап.
Довале – комик, чья слава уже давно позади. В своем выступлении он лавирует между безудержным весельем и нервным срывом. Заигрывая с публикой, он создает сценические мемуары. Постепенно из-за фасада шуток проступает трагическое прошлое: ужасы детства, жестокость отца, военная служба. Юмор становится единственным способом, чтобы преодолеть прошлое.
У него был вид газонокосилки, столкнувшейся с профсоюзом травинок.
Дорогие сограждане и все те, кто случайно забрел в Анк-Морпорк! Безусловно, все вы уже слышали, что из моря поднялась исконно анк-морпоркская земля, славный остров по имени Лешп. Однако всем известные внучатые племянники шакала, живущие по другую сторону моря, нагло брешут, будто это их исконная земля, хотя документы, подписанные и заверенные нашими почтенными историками, которым мы, анкморпоркцы, всегда доверяли, – так вот эти документы однозначно подтверждают: Лешп – наш! Не дадим же...
Гадательное ожидание соседа по купе давно потеряло интригу: ни красавиц с драматичной судьбой, бегущих от злого рока, ни гениев не от мира сего, ни кругосветных скитальцев. Как правило, им оказывается ровесник и социальный одноклассник: пристойный костюм, чуть лишнего веса, немного залысин, часы, которые смотрятся дороже, чем стоят. «Здравствуйте! – Добрый вечер!». Иногда доходит даже до нескольких реплик: «А Вы чем занимаетесь? – Я коммерческий директор компании Икс Плюс. – А я директор по продажам корпорации Игрек Минус. – Знакомое что-то, это стройматериалы? – Нет, упаковка». Вот и весь разговор.
Ленинград, август 1984 года. Закат великой советской эпохи. Автор бестселлера "Красные Цепи" предпринимает исследование тайн Мироздания. Великолепный многоплановый роман о человеческом выборе, влияющем на судьбы Земли: то, что начинается как детектив, превращается в научную фантастику, которая достигает степени религиозного мистицизма. Трагическая смерть одного из авторитетных представителей преступного мира поначалу кажется самоубийством, а жуткие обстоятельства его гибели объясняются...
-Если ты хочешь, чтобы твои люди сражались и умирали за тебя, ты должна быть готова сделать для них тоже самое. И если ты хочешь править в этом мире, лучше превратить врагов в друзей.
Два гордых королевства стоят на противоположных берегах моря, и в истории их взаимоотношений – только кровь. Как лучшая подруга и фрейлина принцессы, Бранвен руководствуется двумя принципами: преданностью Родине и ненавистью к врагам, убившим ее родителей. Но когда она неосознанно спасает жизнь своему врагу, он пробуждает ее древнюю исцеляющую магию и вынуждает ее сердце открыться. Бранвен начинает мечтать о мире, но принцессу, которой она служит, не так легко убедить. Борьба за то, что она...
admin
добавил цитату
из книги
«Убийство на улице Морг»
6 лет назад
Голова ребенка всегда полна; чтобы занять его или развлечь, вовсе не требуются события внешнего мира...
Люди выходили группами, поодиночке, молодые, пожилые, мужчины, женщины, белые, черные, азиаты, с чемоданами, с большими сумками на плече, некоторые налегке. И у всех на лицах было одно и то же выражение. Я его всегда замечал у людей, садящихся в самолет. Выражение растерянности и одновременно сосредоточенности. Оно появляется, едва ты заходишь в аэропорт, и исчезает лишь тогда, когда, прилетев в место назначения, усаживаешься в такси. Эта сосредоточенная рассеянность рождается странным чувством, думал я, которым аэропорт постепенно тебя заражает, прямо со стойки регистрации, где ты сдаешь багаж и получаешь заветный посадочный талон. Будто ты кому-то перепоручил свою жизнь, будто что-то для тебя уже закончилось, а новое еще не началось и неизвестно, начнется ли.
В новом романе Андрея Аствацатурова всё тот же герой. Городской невротик, преподаватель литературы, не слишком удачливый в любви, уже знакомый нам по книгам “Люди в голом”, “Скунскамера” и “Осень в карманах”, приезжает в Лондон, где его втягивают в комичную детективную интригу. “Мир абсурден, странен, иррационален, анекдотичен, как и существа, его населяющие. Все мы – немного пеликаны, красивые в полете наших фантазий, и смешные на земле” (Андрей Аствацатуров). Книга содержит нецензурную...
Чудеса похожи на тефтели: не существует единого мнения относительно того, из чего они сделаны, откуда взялись и как.
Вот мы и встретились вновь, дорогой читатель! И если ты надеешься, что на этот раз у Вайолет, Клауса и Солнышка Бодлер все наладится, то ошибаешься. В жизни несчастных детей по-прежнему нет ни одного проблеска. Сейчас сироты Бодлер вынуждены скрываться от всех, кто читает газеты, в которых их провозгласили самыми настоящими убийцами. Впереди детей ждет пребывание в Кошмарной клинике, путешествие по опасной горной цепи и очередные нападки Графа Олафа и его свиты. Однако Бодлеры не сдаются: они во...
У женщин много разных чувств, но выход у них один. Когда мы злимся – мы плачем. Когда радуемся – плачем. Когда грустим – тоже плачем. Когда нам страшно – вы угадали, опять плачем.
Странная дружба возникла между угловатой тринадцатилетней Джози и нелюдимым восемнадцатилетним Сэмюэлем. Она учит его литературе и музыке. Он ее защищает. Каждый чувствует, что нашел родственную душу. Но оба взрослеют, и неизбежно их дороги расходятся. Позади остаются первая любовь, горечь потерь, мечты, которым так и не суждено сбыться. Сэмюэль и Джози снова встречаются спустя почти десять лет. Их встреча дарит чувство легкости и надежды. Она напоминает о беззаботности, с которой дети бегают...
Когда грустно, котики лучше шоколада, от них не полнеют.
Я – Филиппа Джун, гениальный артефактор. И очень скромная девушка, да. У меня есть любимое дело, дом с мастерской и большие перспективы в защитной магии. Увы, все это не уберегло от внимания ночного короля столицы. Теперь по моему следу идут бандиты, а бывший поклонник поклялся, что буду принадлежать только ему.
На что надеяться? На случайное везение и таланты в артефакторике? Или, быть может, спасением станет проклятый воин из ордена Кромешной Тьмы, который упрямо скрывает свое лицо?
Невозможно различить планету за блеском звезды...
В парке в пригороде Рима исчез ребенок. Недалеко от места, где мальчика видели в последний раз, найдено тело его матери. Следователи подозревают главу семейства. Прибывшая на место преступления Коломба Каселли категорически не согласна с официальной версией. Однако ей приходится расследовать дело частным образом, ведь после трагических событий, связанных с гибелью людей в парижском ресторане, она готова подать в отставку. И все же руководитель отдела знакомит Коломбу с Данте Торре, экспертом по...
SL
добавила цитату
из книги
«Весна веры»
5 лет назад
Беда у нас, женщин. Отвыкли мы доверять мужчинам, разучились. Сами да сами норовим все порешать, а может, и зря. С этим же также... даже если ты умнее, сильнее... ну помоги и подставь руки. А решать и идти дай самому. Или так до конца дней мужчина останется мальчиком под маминой юбкой. Самой же и надоест такое...
Никогда не знаешь, какие отношения связывают людей. И невозможно предположить, какой именно поступок, сказанные или не произнесенные слова повлекут за собой последствия.
Что чувствуют дети? Грудные младенцы объявляют о своих желаниях плачем. А те, кто постарше? О чем они думают в шесть, семь лет? Что для них предательство? Чего они боятся? Мы, взрослые, умиляемся, разглядывая мишек и зайцев из пластилина. Смеемся и плачем, когда смотрим, как дети танцуют на утреннике. Но знаем ли мы, что творится по ту сторону забора детского сада? И главное, догадываемся ли, в какой момент наши дети учатся не жить, а выживать?
Завтрак. Мы сами выбираем его. Обед или ужин во многом выбирают нас: обстоятельства места и времени, сотрапезники, юбилеи, праздники, алкоголь.
Всё-таки навязать человеку органически чуждый ему завтрак сложнее, чем ужин. В завтраке скрывается личный код индивидуума, его первое высказывание на тему начавшегося дня, первый акт потребления мира внешнего, первое активное вмешательство в окружающую реальность.
В сборник “Нормальная история” вошли статьи и эссе Владимира Сорокина, написанные и выходившие в 2010-е. В нехудожественной прозе автор не изменяет любимым темам: еда и питье как проявления национального характера, Москва и Берлин, взаимопроникновение жизни и литературы. Из небольших заметок вырисовывается сотканный из деталей cтиля и быта точный портрет двухтысячных, неумолимо становящихся прошедшей эпохой. Особого внимания достойны тексты о художественной среде восьмидесятых, сформировавшей...
Главное - путешествие, а не пункт назначения.
Она – начинающий фотограф. Ее работа – снимать знаменитостей. И чем курьезнее будет кадр, тем больший гонорар она получит.
Он – известный рок-музыкант, красавчик и сердцеед. Любимчик новостных лент.
Они столкнулись случайно. Он испортил ей снимок, а она не признала в нем звезду. Между ними пробежала искра. С каждой новой встречей пламя разгоралось все сильнее. Но кто из них играет? Может, они просто используют друг друга для карьерного роста? Или это настоящая любовь?
Я давно уже заметил – кто прямо ходит по земле, тот прямо ходит и в жизни. А кто любит петлять – петляет везде.
Межзвездными рейсами перебрасываются отряды добровольцев на далекую планету – почти полную копию Земли. Молодежь XXIII века хочет избавить дикарей той планеты от кошмаров земной истории.
Но не все получается как планировалось. Трагедии возникают и на другой планете, где одно из диких племен начинает истребительную войну против землян. Применить же современное оружие против людей каменного века земляне не решаются.
Им приходится идти другим путем...
...водительское удостоверение у брата, конечно, было, но ездил он как бегемот на велосипеде. Особенно радовали его копыта сорок седьмого размера в зимних ботинках, спокойно покоящиеся на педалях «ВАЗ 2106». Под одним ботинком скрывались все три педали, ручка открывания капота и блок предохранителей. Вторую, если можно так назвать, ногу он застенчиво пытался спрятать где-то под сиденьем, отчего окончательно стал похож на раненого в лапку кузнечика-мутанта. У меня было такое чувство, что такие ноги ему были даны за какое-то страшное прегрешение перед природой.
«Важна! Если у вас хрупкая психика, тонкая душевная организация или же вы чопорная английская старушка-аристократка, то бегите отсюда!» Но лучше все же наоборот — скорее бегите сюда! Сергей Кобах — один из самых известных и любимых авторов интернет-портала Ргоza.ru, его аудитория приближается к тридцати тысячам читателей и продолжает расти. Если вам грустно и судьба упорно преподносит только печальные сюрпризы — прочтите эту совершенно несерьезную и добрую книгу. Она прогонит хандру и надолго,...
Их подвозили в тачках, на грубо сколоченных носилках, складывали в коридорах казармы СС, срывали с них завшивевшие лохмотья, сжигали рвань, после чего доставляли в душевые СС.
Многие не понимали, что с ними собирались сделать; они тупо сидели и лежали в коридорах. Некоторые ожили только тогда, когда пар прорвался сквозь открытые двери. Они закряхтели и в страхе стали отползать назад.
— Мыться! Мыться! — кричали их товарищи. — Вам надо помыться.
Но все было тщетно. Вцепившись друг в друга, скелеты со стоном потянулись, как раки, к выходу. Для них мытье и пар были синонимом газовых крематорских камер. Им показали мыло и полотенце. Никакой реакции. Они и это уже проходили: так заманивали узников в газовые камеры. Только после того, как мимо них провели первую группу помытых узников и те кивками и словами подтвердили, что это горячая вода и купание, а не газ, они успокоились.
Пар клубами валил с облицованных кафелем стен. Теплая вода была, как теплые руки. Погрузившись в эту воду, узники, тонкими руками и распухшими суставами приподымались и плескались в ней. Всякое затвердевшее на теле дерьмо стало отмокать. Скользившая по иссушенной коже мыльная пена растворяла грязь.
Тепло проникало глубже, чем до костей. Теплая вода! Они забыли, что это такое. Они лежали в воде, осязая ее, и для многих она впервые стала символом свободы и избавления.
Бухер сидел рядом с Лебенталем и Бергером. Тепло пропитывало их. Это было какое-то животное ощущение счастья. Счастье возрождения; это была жизнь, которая возникла из пепла и которая теперь возвращалась в замерзшую кровь и в доведенные до изнеможения клетки. В этом было что-то растениеподобное; водяное солнце, которое ласкало и будило считавшиеся мертвыми зародыши. Вместе с грязными корками кожи растворялись грязные корки души. Они ощущали защищенность. Защищенность в элементарном: в тепле. Как пещерный человек перед первым огнем.
Им раздали полотенца. Они насухо вытирались, с удивлением рассматривая свою кожу. Она все еще была бледной и пятнистой от голода, им же она казалась нежно-белой.
Им принесли со склада чистые вещи. Они ощупывали и разглядывали их, прежде чем надеть. Потом их отвели в другое помещение. Мытье оживило, но вместе с тем очень утомило. Хоть и вялые, они были готовы поверить в другие чудеса.
Помещение, уставленное кроватями, их мало удивило. Окинув взглядом кроватные ряды, они хотели проследовать дальше.
— Вот, — сказал сопровождавший их американец. Они уставились на него.
— Это для нас?
— Да. Чтобы спать.
— Для какого количества?
Лебенталь показал на ближайшую кровать, потом на себя и Бухера и спросил:
— Для двоих? — Потом показал на Бергера и поднял три пальца. — Или для троих?
Американец ухмыльнулся. Он подошел к Лебенталю и тихонько подтолкнул его к первой кровати, потом Бухера — ко второй, а Бергера и Зульцбахера — к стоявшим рядом.
— Вот так, — проговорил он. — Каждому по кровати! С одеялом!
— Я сдаюсь, — объявил Лебенталь. — Подушки тоже есть.
![Ремарк Эрих Мария - Искра жизни [перевод Р. Эйвадиса]](https://topliba.com/covers/546435_100x150.jpg?t=1789136960 "Ремарк Эрих Мария - Искра жизни [перевод Р. Эйвадиса]")
Весной 1945 года дни немецкой армии были сочтены. Тем не менее в концентрационном лагере Меллерн всё идёт своим чередом и ничто не предвещает скорого окончания войны. Однако это обманчивое спокойствие было разрушено гулом разорвавшейся неподалёку бомбы.
– Однако вы умеете хранить секреты! – заметил профессор Уэнстед.
– Не столько секреты, сколько догадки, возникающие у меня по ходу расследования. Пока нет достоверных данных, незачем делиться предположениями даже с самым близким человеком.
Немезида
Мисс Марпл получила известие с того света — письмо от старого друга, мистера Рэфьела, известного читателям по роману «Карибская тайна». В своем завещании богач просит мисс Марпл раскрыть жестокое преступление. Хотя преступление и было совершено много лет назад, знаменитая леди-сыщик смело берется за дело...
Дядя Чень поднял с земли листок бумаги, банкноту «призрачных денег», и со смехом протянул Кайцзуну.
- Судя по тому, сколько на ней нулей, в аду нынче адская инфляция.
Мими тонет в мусоре. Она работает на Кремниевом острове, где электроника – от сотовых телефонов и ноутбуков до роботов и бионических конечностей – отправляется на переработку. Отходы скапливаются и загрязняют каждый свободный дюйм земли. На этом острове у берегов Китая плоды капитализма и культуры потребления находят свой конец. Тысячи рабочих-мигрантов, таких как Мими, заманиваются на Кремниевый остров обещаниями стабильной работы и лучшей жизни. Назревает конфликт между безжалостными местными...
Обрести счастье и потерять его - это одно, и совсем другое, когда тебе под нос суют чужое счастье, ненужное, как лишний кусок пирога.
У Николая Ланцова всегда был этот дар: верить в невозможное и делать невозможное реальностью. Никогда не жаловаться и не сдаваться. Никто не знает, как он смог выстоять в кровавой гражданской войне, разразившейся на родине юного короля. Теперь, когда враги собираются у границ ослабленной внутренними распрями Равки, перед неунывающим молодым человеком стоят новые задачи: пополнить казну, найти союзников и возродить некогда великую армию гришей – людей с магическими способностями. Николай готов...
Слушать сказания о приключениях, даже мечтать о приключениях — это одно, и совсем другое — когда они происходят с тобой.
Выход этого романа поставил Роберта Джордана на одну ступень с такими «творцами миров», как Джон Р.Р. Толкиен, Фрэнк Херберт и Роджер Желязны. Роман «Око Мира», создавший Вселенную «Колеса Времени», стал, пожалуй, самым популярным среди любителей фантастики многих стран. Масштабность замысла, поразительно детальная проработка антуража, психологическая достоверность персонажей и стремительный, непредсказуемый сюжет — вот лишь небольшая часть длинного списка достоинств этого произведения.
– Одиночество – худший повод для того, чтобы прибегать к магии. А если его смешать с гордыней и невежеством, получится ужасный результат.
Все знают, чем закончилась сказка: русалочка, принц, поцелуй любви. Но не всем известно, что произошло до этих счастливых событий. На свете жили две девушки. Первая обладала магической силой, а вторая была уже мертва. С тех пор как ее лучшая подруга, Анна, утонула, Эвелин стала изгоем в маленьком рыбацком городке. Ее винили в смерти девушки. Но однажды Эвелин заметила в море русалку, как две капли воды похожую на Анну. Неужели той удалось спастись? Однако у русалки есть темный секрет:...
Она была сама себе и театр, и зритель.
Жила-была злая ведьма, начавшая шутку, над которой должен засмеяться весь мир. Но кто на самом деле засмеется в конце? Мертвая девушка, попавшая в услужение к этой колдунье? Сумасшедший хакер, застрявший между жизнью и смертью? Неудачливый учитель, случайно влезший в потусторонний бизнес? Или же безжалостная молодая ведьма, охотящаяся на своих соратниц? Теперь все они связаны. У каждого свои порочные интересы. И от этой шутки содрогнется весь мир.
Девушек стоит распределить по ролям. Где-то я читала про четыре типа поведения женщин в отношениях. Девочка, любовница, королева и хозяйка. К этому добавим подтипы рабыни и госпожи. Даже домохозяйка может быть робкой и милой хозяюшкой или бой-бабой со скалкой наперевес, которой пофиг, на каком глазу у него тюбетейка.
В королевской семье и радость, и горе. Родились двойняшки – неслыханное дело! Одна из них, похоже, больна. Что ж, ей прямая дорога в пансион при монастыре, а там, глядишь, и постриг примет…
А моя проблема в том, что я – в теле той самой, больной сестры. И я категорически не собираюсь проводить остаток жизни в молитве и покаянии! Скорее наоборот…