Чтобы воля стала действующим началом, тело должно быть совершенным.
– Что ж, – сказал Эл, – теперь мы знаем правду.
– Разве это правда?
– Конечно, – сказал Эл. – Вне всяких сомнений.
– И мы узнаём ее таким идиотским способом – со стенки в мужском сортире… – Горькое чувство обиды пересилило у Джо все остальное
Старость всех нас превращает в карикатуру на самих себя. Неудивительно, что мы ее боимся.
Душа переворачивалась и начинала истошно голосить: бери, пока дают. Эльрик склонен был списывать вопли души на бесчисленные поколения предков-пиратов. Однако списывай не списывай, а действительно, пока дают, надо брать.
«А если не дают — отбирать», — услужливо напомнила о себе древняя мудрость Ям Собаки.
Люди говорили: «Дают — бери, бьют — беги». Но кто бы, интересно, осмелился побить шефанго?
В провинции не приходится выбирать и сравнивать: привычка к лицам наделяет их условной красотой.
— Похоже, вы любите музеи, — заметил Ролф.
— У них есть преимущество: люди там могут на вполне законных основаниях слоняться без дела.
После ее отца осталось довольно много пластинок. Она переслушала их все, потом выбрала одну, с музыкой Баха, и крутила ее постоянно, как зачарованная. Скажите, разве такая музыка должна нравиться детям?! Сначала я подумала, что это просто случайность, но когда я спросила, какие чувства вызывает в ней музыка Баха, она ответила, что ей представляется, будто некий гигант строит огромное здание, кладя кирпичик за кирпичиком, и когда пьеса заканчивается, здание стоит во всей красе…
Даже там, где любовь облекается в идеализированные формы, вся эротическая культура остается исключительно сферой эгоизма мужчин. Что это за постоянно повторяющиеся обидные высказывания по поводу брака и женских слабостей — непостоянства и легкомысленности, как не защитный покров мужского себялюбия? На все эти упреки я отвечу только одно, говорит Кристина Пизанская: не женщинами писаны были все эти книги.
"прежде чем сделать следующий шаг, не поленись и посмотри вниз, вдруг там под ногою пропасть".
Для того, чтобы появились новые результаты, надо по-новому мыслить. Но существующие результаты не дают нам возможности перейти на другой уровень убеждений. Как же разорвать замкнутый круг? Действовать по формуле ДХЧН!
ДХЧН расшифровывается так: "Делать хоть что-нибудь". Не задавайтесь вопросом: "Что делать?". Просто делайте хоть что-нибудь. Это реально прорывает! Причем прорывает именно мысли. Когда вы делаете хотя бы что-нибудь, у вас начинают появляться какие-то новые результаты.
Они могут быть правильными, они могут быть неправильными. Эти результаты могут вести вас туда, куда вы хотите, или сбивать с намеченного пути. Но они начинают раскачивать ваш финальный результат. Вам открываются новые границы, которые вдохновляют вас на движение дальше. Поэтому когда в голове застой, ДХЧН! (Стр. 40-41)
Ночь. Кладбище. Лопата. Комьями земля.
Не зря сердечко ныло, ох не зря!
А обещал: «Тебе луну я с неба подарю»,
А сам — зараза! -
За кол сразу…
Вот так встречаться с некромантом упырю.
Записки на полях тетради для лабораторных работ по некромагии
Людям нужна бюрократия, чтобы они хорошенько подумали, прежде чем сделать глупость.
Она открыла крышку и продемонстрировала им содержимое. Внутри находилось примерно полсотни значков, все разного цвета, но с одними и теми же буквами: ГАВНЭ.
- Гавнэ? - Гарри взял один значок и стал рассматривать. - Это еще что такое?
- Никакое не гавнэ, - нетерпеливо сказала Гермиона. - Это Г.А.В.Н.Э. Означает - Гражданская ассоциация Восстановления Независимости Эльфов.
- И ты думаешь, мы захотим разгуливать повсюду со значками, на которых написано вот это слово? Быть вам, ребята, в гавнэ?
– А я буду Dottore, – ответил Симон. – Доктором, по-итальянски. Думаю, мне он подойдет лучше всего. К тому же наряды доктора или Арлекина самые излюбленные на карнавалах, можно обойтись без особых затрат. Так что мы не будем бросаться в глаза.
Его костюм состоял из черного сюртука с белым брыжом и полумаски с большим носом и выпирающим лбом. Когда Симон надел ее и завязал, Георг невольно отпрянул.
– Жуть! Так ты похож скорее на дьявола! – сказал он испуганно.
– Иного доктора иначе как дьяволом и не назовешь, – гнусаво ответил Симон, плотнее прилаживая маску.
Синее спокойное озеро в глубокой раме гор, окрыленных вечным снегом, темное кружево садов пышными складками опускается к воде, с берега смотрят в воду белые дома, кажется, что они построены из сахара, и все вокруг похоже на тихий сон ребенка.
– Я не чувствую этого.
– Чего?
– Когда мы вместе, я не чувствую себя чудовищем. Я забываю. Я забываю обо всем, что натворил. Обо всем, из-за чего я тебя не заслуживаю.
Не хочу никого обидеть, но разве не стоит быть честной хотя бы с самой собой? А я хочу быть такой, какая есть на самом деле и какой меня никто не знает.
Как наказать того, кто и так мечтает целыми днями не выходить из комнаты?
Не все битвы выигрываются сталью. Некоторые нужно вести, не вынимая клинка из ножен.
У того, кто ничего не делает, всегда много помощников.
– Но как же заставить людей, которые всю жизнь тебя холили и лелеяли, поставить на тебе крест? – спросил Макель.
Варин ничего не ответил.
– Надо обратиться к тьме, – объяснил Макель.
Любопытство проявлять никогда не следует. Сие ведёт к погибели.
Мы братья-волонтеры, с болезнью борцы,
Поем — распеваем день напролет.
Кто нас печальными зовет,
Бессовестно тот соврет.
Мы ходим по больнице, больных веселя, —
А ну-ка, улыбнитесь, страдальцы, во весь рот, —
Хотя б у вас из носу кровь,
Хотя б вас желчью рвет.
Тра-ла-ла, все трын-трава!
Уйдет болезнь, конечно.
Возьми, хи-хи! Возьми, ха-ха!
Воздушное сердечко.
Приедем мы в больницу, в палаты войдем
И примемся тут же до колик смешить
Тех, кого доктор посулил
На части распилить.
Поем мы днем и ночью, ночью и днем,
Поем для тех, кто бодрствует, поем для тех, что спят,
И для детей, что смазаны
Зеленкою до пят.
Тра-ла-ла, все трын-трава!
Уйдет болезнь, конечно.
Возьми, хи-хи! Возьми, ха-ха!
Воздушное сердечко.
Поем для ветерана, что корь подхватил,
Поем для девицы, лежащей в бреду,
И для больных чумой споем
Себе же на беду.
Тра-ла-ла, все трын-трава!
Уйдет болезнь, конечно.
Возьми, хи-хи! Возьми, ха-ха!
Воздушное сердечко.
- Некоторые спят с мягкими игрушками, другие спят с кинжалами.
Многозадачность – отличный способ сказать, что вы делаете много разных вещей одновременно. А поскольку на ноль делить нельзя, это означает, что очень много разных вещей вы не доводите до конца.