"И выходить ближе к обеду с утреннего совещания (из душа! на дрожащих от пережитого удовольствия ногах!) — это моя новая норма.
И я привыкну.
Ведь я сама согласилась — моргнула ведь!"
— Запомни, мародерство — это если ты нашел труп и обобрал его. Если ты завалил человека и забрал его шмотки — это убийство и разбой. А в нашем случае можно говорить о боевых трофеях. Понял?
У белых есть деньги, и они могут позволить себе все, что захотят. Я пыталась понять, почему жизнь так устроена. Неужели этого хочет Бог? Но ведь это нечестно. Бог ведь должен быть добрым.
Но разве может Бог быть добрым, если нам всегда достаются гнилые помидоры?
"...вся наша жизнь состоит из совпадений, благих и несчастливых. Творец, придумывающий нашу судьбу, — лучший из романистов" (с.)
Я не в первый раз сталкиваюсь с безвыходными ситуациями. Пара-тройка лазеек в них находится всегда.
Оказывается, как хорошо это-не оглядываться назад. Жить с человеком, который тебя понимает. Чувствовать уважение и восхищение. Купаться в любви и с радостью встречать каждый новый день.
Ночь кончилась, но день так и не наступил.
Любое государство живо до тех пор, пока хоть для кого-то из его защитников существует понятие долг.
Были приглашены также мельник Ермилыч и поп Макар. Последний долго не соглашался ехать к староверам, пока писарь не уговорил его. К самому новоселью подоспел и исправник Полуянов, который обладал каким-то чутьем попадать на такие праздники. Одним словом, собралась большая и веселая компания. Как-то все выходило весело, начиная с того, что Харитон Артемьевич никак не мог узнать зятя-писаря и все спрашивал:
– Да ты кто таков, человек, будешь?
– Не чужой человек, тятенька. Прежде зятем считали.
– Зятем? Тьфу!.. Тоже и скажет человек. Разе у меня такие зятья? Ах ты, капустный зверь!
...подмастерье снова начал думать о себе и сидящем на Небесах своем как бы Отце. Господь, создавший весь этот механизм, год от года вызывал у него все меньше уважения. Уже то, что он спалил Содом и Гоморру, говорило о полном отсутствии у Бога такого важного для любого часовщика качества души, как терпение.Нет, часовщик имел право переплавить любую из своих шестеренок. Однако, если верить истории о потопе, то во всем мире у Господа оказался лишь один удачный узел — Ной да его семья. Все остальное на поверку оказалось никуда не годным.Господа оправдывало только то, что, судя по Библии, этот мир был первым его механизмом, — отсюда столько понятных ошибок. Но вместо того чтобы шаг за шагом довести мир до идеала, Господь, похоже, просто опустил руки. Ибо несовершенство мира, его откровенная недоделанность сквозили во всем.
«О! как несносен счастливый человек в иную минуту!»
Когда мужчина хочет поразвлечься, обычно он предпочитает девушку не особенно хорошенькую (красотки, полагает он, чересчур избалованы, а потому капризны).
Ни ума, ни заклику, как говорится!
И если ты действительно хочешь мне помочь, тебе просто нужно принять меня такой, какая я есть. Прекрати пытаться заставить меня говорить о том, о чем я не хочу, прекрати пытаться переделать меня. Если ты не можешь этого сделать, поладить нам не удастся.
Первое, что тебе, сынок, понадобится, – это деньги. Вот кредит. Мы прикинули, что ты сможешь вернуть его года через четыре. У Гарри тут есть компания, которая предоставит тебе для начала семена и удобрения. Я ничего не выращиваю на своей низинной земле, так что можешь пока ей пользоваться. Можешь также взять мою технику, вот ключи от сарая. У нас торговые связи во всех городах штата, а у «старого Сэма есть грузовики. Если тебе еще что-то понадобится, просто заходи, ладно? Мы будем заглядывать к тебе время от времени, чтобы узнать, как ты тут».
Так начинал Джимми Картер, человек, который всего добился сам.
Проблема - ваша, вам и решать.
Нам платят за то, что мы умираем раньше, чем наша честь.
... никто не беспокоится вначале о том, чем дело закончится. Даже Бог - это ясно.
После всего, что британцы наворотили за последний год… Предали и продали всех, кто им доверялся. Но всё равно – белые и пушистые, символ демократии, средоточие миролюбия и прогресса. Опостылели, честно говоря. Хоть стелись перед ними, хоть пляши краковяк – только задницу почешут и опять расползутся по своим Гемпширам, Стаффордширам и прочим ширам. Хоббиты хреновы.
Вы полагаете, что с вами ничего подобного не может случиться? Вы ведь не воруете в супермаркете и не увидите деньги со счетов милицейских чинов? В истории нашей страны так многие думали, а потом оказывалось, что у них очень хорошая квартира, которая нравилась соседу-осведомителю.
Когда людей можно забивать ногами, когда суд готов покрывать преступления и осуждать невиновных, благопристойное поведение - не слишком убедительная защита.
— Мама, — сказал вдруг Муми-тролль, — я встретил Морских лошадок, но они не обращают на меня внимания. Я только хотел побегать вместе с ними, посмеяться и побегать… Знаешь, они такие красивые…
Мама кивнула.
— Мне думается, вряд ли можно подружиться с Морскими лошадками, — сказала она серьезно, — но не стоит из-за этого огорчаться. Лучше просто смотреть на них и радоваться, как смотрят на красивых птичек или на природу.
— Может быть, ты и права, — ответил Муми-тролль.
Все мы поворачиваемся к миру одним лицом, а другое скрываем. Иначе не выжить.
Это был фильм про ночной спящий город, которому снится он сам.
Я из Штатов, из Вермонта. Но родился в Ирландии, а мои родители англичане.
Министрам, видимо, нравится говорить в Думе, и поэтому мало шансов, чтобы ее распустили.