Жаль, что я не знаю способа перестать мечтать хотя бы на время. Кроме одного… когда обрываются крылья.
Забавно… и несправедливо. Собственная любовь прибивает нас к земле словно гвоздями, а чужая — возносит над ней.
В суматохе буден ты не останавливаешься, чтобы подумать о том хорошем, чем владеешь в этой жизни.
Не всегда стоит прибегать к силе богов.
Мы могли бы поладить и с леди Оливией – обсуждали бы, какой чудесный у нее племянник… хам и потаскун. Но тетушку я бы расстраивать не стала, рассказывала бы, что он красивый, и сильный, и… Неважно. Уже неважно. Потому что кто к нам с чем, тот от того и «того».
Ложь не является ложью при ответе на вопрос, который спрашивающий не должен задавать.
– Оставайся со мной, Мириам. – Его рука скользит по моему бедру. – Спи с моем шатре. Делай свое оружие. Спорь со мной. Я вглядываюсь в его лицо. Если бы он только знал, как заманчиво это звучит для одинокой девушки вроде меня. И говорит Всадник это в тот самый момент, когда я виновато нежусь в его объятиях. Прикосновения…
Случается, когда просто застываешь на месте, бесконечно обдумывая все возможные реакции, лишь бы только не совершить ошибку. А потом остаётся только спрашивать себя, почему так ничего и не сделал.
«Он мне говорил: «Такой красивой, такой хорошей я никогда не встречал». Ясно, что это бабник. В момент опьянения он видел, ккк минимум, двух женщин: мою клиентку и ту, которая "хуже" неё. Но к хорошему довольно быстро привыкают, и через некоторое время другая оказалась лучше (может быть, просто тем, что она "другая")
Парный брат — это такое родство, которое нам не понять, потому что мы не размножаемся делением.
Зачем нужен дар, если не для того, чтобы помогать нуждающимся?
Табакерке цена пятьсот рублев. Пришли к купцу двое. Один, заплатя деньги, принес домой табакерку. Другой пришел домой без табакерки. И ты думаешь, что другой пришел домой ни с чем? Ошибаешься. Он принес назад свои пятьсот рублев целы. Я отошел от двора без деревень, без ленты, без чинов, да мое принес домой неповрежденно,…
"Мамы разные нужны, Мамы всякие важны".
— С моим отцом? Да что с ним могло случиться, ради всего святого? Он уже давно покойник.
"Если о современной жизни раздумывать, принимая все близко к сердцу, то жить нельзя, позорно жить..."
- Увы, он не смог пока что избавить себя от моего общества. - Избавить себя? - хихикнула Джесси. - Занятно вы выражаетесь, Герцогиня. Когда мой муж в следующий раз решит со мной поспорить, я избавлю себя от спора.
-Асют, ты хоть понимаешь, какая ты у меня?
-Нет, - чуть ли не плачу я, переполняемая эмоциями.
-Ты у меня… беременная.
— Пессимизм вам не к лицу, леди.
Isn’t that the very definition of power? Watching people kill themselves over something that means nothing to you?
Счастье — оно такое. Когда приходит чистое, в первозданном виде, просто селится в тебе, как будто всегда там и жило, наполняет собой и говорит: «Мы вместе». И ты удивляешься, как умудрялся до этого быть несчастным, хотя это так просто — ощущать мир прекрасным.
People think that children who are the product of a divorce have fucked-up relationships. They’re wrong. People who are the product of broken homes try really fucking hard not to repeat their parents’ mistakes, because they know the misery of a loveless house.
Я человек простой - для меня кто нападает, тот и неправ.
— Вот знаешь, чего не пойму? — стреляет в меня недовольно глазами. — Почему нам, женщинам, нравятся вот такие бездушные сволочи, как ты? Внешность привлекает окей. Но все же…
— О Пушкине, надеюсь, слышала? — поворачиваюсь я к ней. Милая, однако, у нас выдается беседа сегодня.
— Естественно! — гневается тут же. — В школе проходили. Я НЕ ТУПАЯ, ЯН!
Я бы поспорил.
— Так вот ему как раз принадлежат следующие слова, отражающие, как мне кажется, ответ на твой вопрос.
— И? — в нетерпении ерзает на сиденье.
— «Чем меньше женщину мы любим, тем легче нравимся мы ей. И тем ее вернее губим средь обольстительных сетей».
— Ооо, прекрасно, ни черта не поняла, что Александр Александрович хотел всем этим сказать! — язвит, закатывая глаза.
Александр Александрович. Безнадега точка ру. Таким, как она, вообще надо запретить рот открывать. Только если для более подходящих целей.
— Все покупается и продается, и жизнь откровенно над нами смеется. Мы негодуем, возмущаемся, но продаемся и покупаемся, — не могу не прокомментировать я.
— Че? — доставая из кошелька купюры, хмурится она.
— Не че, а кто. Омар Хайям Нишапури.
— Певец, что ли? — убирает деньги в дешевую сумку-подделку. Хочет быть частью того, чем никогда не станет. В силу своего слабоумия.
— Персидский философ, математик, астроном и поэт.
— Зачем ты так с ней? — качаю головой, когда дверь за нами закрывается.
— Бесят такие пустоголовые потому что, — смеется он. — Там же одна веревочка только внутри, и та — уши держит.