Патриотическая страсть -- чувство, достаточно обычное у куртизанок и женщин легкого поведения, особенно в конце трапезы.
– Любовь заставляет терять рассудок даже мудрых. Знаешь, я однажды для своей единственной оборвал цветы в саду.
Я улыбнулась.
– Все цветы. Во всем саду, – хмыкнул Лайл. – Хотя ты не представляешь, какая там территория. Мне просто хотелось ее порадовать.
Я вспомнила подарки Ария, улыбнулась.
– А родители утром встали, увидели, и…
– Выпороли? – не удивилась я такому развитию событий.
– Решили, что нас прокляли.
Надо ж кому-нибудь и семечки – не всем же арбуз.
Наши решения, секреты, которые мы прячем от любимых людей, эхом отдаются во времени, и за все приходится платить...
Із вовками треба вити, або вдавати, ніби виєш, бекати - це останнє, що треба робити.
Роль врача в экспедиции исполнял Пётр, но за технику безопасности при погружениях отвечал Саша, а тот, по-видимому, полагал, что если есть пистолет, то нашатырь уже без надобности.
Эгоист всегда и везде одинок. Его душа никогда не бывает утомлена любовью, муками, постоянством; она безжизненна и холодна и нуждается во сне и покое не больше, чем мертвец. Тот же, кто умеет любить, редко бывает одинок, а если бывает, то он рад этому.
Одним із основних принципів Монтерона, який він утовкмачував нам і на манежі, і на навчаннях, і під час жахливих понеділків було те, що ніколи, за жодних обставин, - чи то в місті, чи то в бою - не можна залишати товариша перед лицем небезпеки.
Орландо, едва доживший до этого светлого момента, подхватил подпаленную папку и быстро телепортировал себя и своего придворного мага в королевские покои, где немедленно рухнул на ближайший диван и попросил что-нибудь от головной боли.
– Очень помогают мозги, – сердито порекомендовал наставник. – Обладают поразительным профилактическим действием при условии наличия в голове.
Король Самайна – это раненая в самое сердце ночь, одинокая зимняя вьюга, хрупкое снежное крошево. Это клинок из холодного металла, которого ши-дани боятся, как нежить огня, потому что не ведают, что за рука его направляет, и не обернется ли смертоносное лезвие против них самих.
А еще это – невыносимая тоска, волчий вой, летящий над заснеженным полем, осенняя листва, выбеленная первой зимней сединой, ночными заморозками, быстро тающим поутру инеем. Глубинный страх, который на самом деле лишь полная неизвестность, обросшая слухами и домыслами, как подводный камень ракушками и водорослями. Сила, которая своенравна и хаотична и для которой, как мне кажется, не существует жестких Условий, как для нас с тобой. Или же Габриэль просто очень хорошо умеет обходить не устраивающие его законы.
Совершенное одиночество, которое нельзя разделить с кем-то еще, как не делится пополам лунный диск в холодном зимнем небе.
"Ощущение своей собственной тупости вечно преследовало меня"
*
))))))
Наш автор не любит критиков.
Но мы не имеем никакого отношения к третьей древнейшей профессии – и не будем слепить читателя лучами правильного мировидения, озаряющими вселенную из глубин нашего честного сердца. Во всяком случае, в каждом абзаце.
...Сад - это сердце дома, где любовь - это семя, а темная земля - мать, питающая саженцы, пока те не расцветут, а затем она морщинистыми руками ждет, когда они к ней вернутся. Эта история повторяется снова и снова: мы появляемся из праха, чтобы затем снова вернуться в прах. Наверное, именно поэтому сад - любимое место в моем новом доме - возможно, потому, что, когда я опускаю руки в влажную землю, я чувствую, что уже дома.
Художник он был редкой силы. Особенно удавались Мартину Страшный Суд и адские муки. Запои его часто кончались горячкой, ему являлись черти, и то, что он много и хорошо их видел, из картин было ясно. Такого зримого изображения ада, такой твердой веры, что он, писавший его, там был, не знал даже Босх.
Ему совершенно все равно, любят его или ненавидят, где он был или куда направляется. Иногда я гадаю, заботит ли его, жив он еще или умер...
Собачка не сбежит, животные привязчивые. А для женщины есть только одна тяжёлая цепь — любовь. На ней может сидеть сколько угодно, и даже кормить как следует не попросит.
Избегайте откровенной конфронтации. Доброжелательность всегда усиливает убеждение. Помните, что убедить «друга» всегда легче, чем «врага».
... человек никогда не знает, на что он способен, до тех пор, пока не проверит на деле.
...ведь именно умение сочувствовать делает нам людьми: мы можем быть милосердными, хотя сейчас это совсем не модно.
Можно и на черное сказать белое, приводя убедительные доводы.
Часам к десяти погода испортилась, снег сыпался необычайно густой и мягкий - наверху опять отстреливали ангелов.
– Сама знаешь. Есть такое выражение лица: «затащи меня в постель, а то потеряешь навеки». – Он помахал ресницами и облизал губы самым несексуальным манером – как пес после того, как ему насыпали шоколадных шариков.
...без сердца гораздо спокойнее.
«Мы все рабы, и ждет нас смерть! Кто бы ты ни был, мой продолжатель, беги!»
Стайка голубей увлеченно поедала выброшенный кем-то недоеденный хот-дог. Саймону казалось, что они терзали своими клювами его, а не булку.