– Ну что возьмешь с дурака?! – Филид почесал затылок и сплюнул от огорчения. – Не буду я больше за тебя заступаться перед Телемом! Тестя убил… Он же случайно! И потом – я своего тестя давно уже убил бы! Достал до не могу, пень старый!.. А вот не убиваю же! Потому что не герой. Был бы я герой…
Я повзрослел, когда встретил Эль. Нет, я не стал взрослым брюзгой, но просто понял, что быть умным и ответственным тогда, когда нужно, - это не так уж и плохо
Писателям в их работе приходится преодолевать столько помех. Реальность - это Ральф, вернувшийся домой три года спустя, и никто не знает, как ему это удалось. Но писатель не может пересказать эту историю. Потому что сюжет поскрипывает, старина!
Год спустя Камиль Моклер отметил, что картины Моне «сотканы из грез и волшебного дыхания… и оставляют глазу одно лишь завораживающее безумие, которое вызывает конвульсии зрения, выявляет неожиданные стороны природы, возводит ее в символ через ирреальное, захватывающее дух изображение». Моне, по его словам, поднимался над «философией внешнего», чтобы показать «вечную природу во всех ее преходящих проявлениях».
Кажется, теперь он начинал понимать, почему он так боится за Веру. Она шла по темному миру с таким видом, как будто он был залит солнцем, не ведая страха, не замечая налитых тяжелыми желаниями взглядов такого же цвета, как и этот мир, вся такая светящаяся, легкомысленная и открытая ноябрьской мгле.
- Извините, я не нарочно подожгла, - попыталась я заполнить многозначительную паузу. - Просто ваша магия внезапная, как городские голуби!
Ну, что поделать, если самые интересные разговоры происходят, когда ты их не слышишь?!
Я прижала ладони друг к другу. Но привычного тепла не почувствовала. Сжала кулаки – эффект тот же самый. Точнее, эффекта ноль.
Понять другого человека как неповторимого — значит полюбить его.
Стивен Кинг, известный американский писатель, предположил, что истории вроде «Сумерек» вовсе не о вампирах и оборотнях, они о том, как «любовь девушки может сделать хорошим плохого парня». Во многом он прав. Однако в то же время фантазии девушек о собственном превращении в вампирш связаны также и с обретением власти. Именно власти многим современным девушкам и женщинам до сих пор отчаянно не хватает. Любовник-вампир с телом пылкого молодого юноши со сверхъестественными способностями, который целиком и полностью поглощен любовью только к вам, может очень много дать. Власть и защиту, богатство, красоту, восхищение, вечную молодость, любовь и преданность… на веки вечные… о чем еще может мечтать девушка?
Она давно поняла, что здравомыслие, доброта характера и сила воли ничего не стоят по сравнению с хорошеньким личиком.
Ведь что такое стены, каково их назначение? Не только охранять от чужаков, о нет – стены могут стать ловушкой для тех, кто в них прячется.
Люди верят в то, во что хотят верить, или в то, что им говорят.
Уступка на ранней стадии переговоров или во имя сохранения отношений, без конкретного понимания, сколько стоят отношения – неравный брак. И деньги теряете, и отношения не развиваются.
Больше никто из нас не заговорил. Мы просто сидели рядом, глядя на море, на нашу малышню, и каждый думал о своем
Циничный мир, рассматривающий войну просто как игру…
Что касается дружбы... Между мужчиной и женщиной она в принципе невозможна. Кто-то кого-то хочет. Всегда. Это страсть, закатанная в банку, которую откроют в первый голодный год.
Он звонил своему давнему другу из Женевы. «C'est moi, Jean, — сказал он. — Я построил школу в Каракоруме. А что ты делал последние пятьдесят лет?»
"Жизнь-просто тупая череда приятных или неприятных решений и совпадений, которым мы выдумываем смысл"
Победа окрыляет. Мы прекрасно понимали, что рано радоваться, это только первое задание, а их по плану десять, и неизвестно, какими окажутся следующие. Судя по началу, фантазия у устроителей весьма специфическая. Безопасностью участников мало кто озабочен
Почему жизнь настолько пренебрегает теми, кто служит ей верой и правдой? Почему? И почему именно ими?
Отдельно следует сказать несколько слов о том, чем нынешняя Россия разительно отличается от всех Россий, существующих в прошлом (возможно, за исключением сталинской - и то на протяжении довольно короткого периода). Я имею в виду насаждаемую милитаризацию общественного сознания, а порой и скрытый культ войны, быстро распространяющиеся в обществе. В своих первых проявлениях это восходит к 2000-м годам, когда в условиях героизации советского наследия День Победы стал главным праздником страны, - однако настоящий ренессанс милитаризма случился после аннексии Крыма и начала войны на востоке Украины. Именно тогда георгиевская ленточка, традиционно являющаяся в Российской империи и Советском Союзе символом ратной доблести и принадлежности к военной службе, стала общенациональным символом; к этому же времени относится превращение акции "Бессмертный полк" в часть официальных празднований 9 Мая; постоянное повышение "градуса" соответствующих мероприятий вызвало к жизни лозунг "Можем повторить!", немыслимый в советской культуре, которая в последние десятилетия существования СССР была основана на пропаганде неустанной борьбы за мир. Конечно, я не идеализирую политику Советского Союза, но хочу подчеркнуть, что в те годы вожди стремились не допускать выхода милитаризма "в массы", оставляя определение контуров военной доктрины профессионалом. Сегодня же Кремль проводит линию на искусственное снижение "порога принятия" войны обывателями: по стране проходят патриотические утренники в школах, где детей наряжают в "костюмы" танков и ракет, результаты опросов показывают общенациональную одержимость придумывания названий пока еще не существующим видам вооружений. Во всем этом я вижу серьезную проблему, так как милитаристская истерия разворачивается все сильнее по мере того, как уходит поколение, имевшее хоть какую-то память о войне, и весь ее трагизм как бы выветривается из народной памяти. Милитаристская индоктринация в такой ситуации практически лишается возможных сдержек - и, учитывая почти полное исчезновение "силовой" компоненты из спектра тем, занимающих умы людей в развитых странах, также подчеркну, что Россия сегодня идет не столько "нога в ногу" с тем миром, к которому она принадлежит, сколько в совершенно противоположном направлении.
Жизнь - это пятьдесят поворотов не туда по просёлочной дороге. Всё, на что ты можешь надеяться, - что она хорошо закончится.
Блажей и гонору — как зерен в колосе, мыслей в головах — что цветов во льдах
Тусклый свет далёких фонарей с трудом проникал в окно кабинета. Неумолимо сгущались сумерки. Над столом горел одинокий светильник и отбрасывал мягкие тени на дорогой ковёр