...за того, кого любишь, переживаешь в сотни раз больше, чем за себя.
– Искренне убежден в том, что прежде чем делать какие-либо заявления, следует, как минимум, убедиться в их реальности.
Фамильяр задумался на минутку, потом спрыгнул на пол и кивнул. - Ты права, иди вперёд, вдруг что, прикроешь меня. Ведь второго такого создания нет, меня беречь нужно. Даже поперхнулась от такой наглости. Значит, меня беречь не нужно? Вообще-то, магические существа должны защищать своих хозяев, а не наоборот!
«У всякой Маргариты должен быть свой Фауст.»
Профессор Торе Лаан никогда не обращался к адептам «студент такой-то» или «студентка такая-то». Только «мье такой-то» и «лиа такая-то», как если бы они уже были выпускниками. Файден его как-то раз даже спросил: «Торе, почему ты обращаешься с ними, как со взрослыми?» Лаан невозмутимо ответствовал: «Потому что они — не дети». Самой страшной бранью из уст профессора было слово «детка». Оно сулило несусветные ужасы в диапазоне между нулем баллов и отчислением.
В первом тысячелетии новой эры европейские иудеи не знали ни иврита, ни арамейского! Лишь после тoгo как ислам канонизировал классический арабский язык, а христианство средневековую латынь, иудаизм начал использовать свой «святой язык» в качестве элитарного культурного кода.
Я всегда был противником демократии в критических ситуациях
Проклятая память! Она у меня похожа на ящик, битком набитый всевозможными игрушками.
— Вы находите, что наша медицина чрезвычайно примитивна?
— Нет, она не примитивна. Она ужасающа; ее и медициной-то нельзя назвать. Да, ваши антибиотики превосходны. Но лучше бы научиться повышать сопротивляемость организма, чтобы не приходилось к ним прибегать. Вы умеете делать фантастически сложные операции, но не умеете объяснить людям, как надо себя вести, чтобы прожить без них. И так абсолютно во всем. Если ваше здоровье подорвано, вам поставят заплату, но ничего не делается ради его поддержания. Помимо канализационных стоков и искусственных витаминов, профилактика почти отсутствует. А ведь у вас бытует пословица: лучше предупредить, чем лечить.
Если не доверять людям, то ничего в жизни не удастся сделать...
И по гороскопу деньги мне не светили. Когда я на трезвую голову изучил его, то понял, что, по существу, судьба моя — всегда иметь необходимое и ничего лишнего. Когда речь идет о деньгах, мне приходится танцевать под их дудку.
Где никто ни во что не верит, всё ходит по кругу.
Они не поймут, что поэт должен быть, во что бы то ни стало, Орфеем и спуститься во ад, хотя бы искусственный, зачаровать его и вернуться с Эвридикой – искусством, и что, как Орфей, он обречен обернуться и увидеть, как милый призрак исчезает. Неразумны те, кто думает, что без нисхождения во ад возможно искусство.
Средство изолировать себя и спуститься во ад: алкоголь, любовь, сумасшествие…
...свобода от обязанности думать есть та любезнейшая приправа, без которой вся жизнь человеческая есть не что иное, как юдоль скорбей.
Один там только и есть порядочный человек: прокурор; да и тот, если сказать правду, свинья.
В губерниях чиновничество и без того дошло до какого-то странного панибратства. Для того, чтобы выпить лишнюю рюмку водки, съесть лишний кусок лакомого блюда, а главное — насытить свой нос зловонными испарениями лести и ласкательства, готовы лезть почти на преступление. «Это не взятка», — говорят. Да, это не взятка, но хуже взятки. Взятку берет чиновник с осмотрительностью, а иногда и с невольным угрызением совести, а едучи на обед, он не ощущает ничего, кроме удовольствия. Рассудите сами, можете ли вы отказать в чем-нибудь человеку, который оказывал вам тысячу предупредительностей, тысячу маленьких услуг, которые ценятся не деньгами, а сердцем? Нет, и тысячу раз нет. Деньги можно назад отдать, если дело оказывается чересчур сомнительным, а невесомые, моральные взятки остаются навеки на совести чиновника и рано или поздно вылезут из него или подлостью, или казнокрадством.
Уродство души, намного страшнее уродства тела...
«Чёрт вас возьми, степи, как вы хороши!»
Я уже не смотрела на украшение, не в силах оторвать взгляд от глаз самого Джуна. Он, его слова, забота и его лицо были в разы прекраснее любого украшения, янтарных подвесок, Священного Клёна и всего остального, что я когда-либо видела.
Окопченко считал тигра владыкой зверей и земли и был уверен: если уничтожить всех птиц — станешь владыкой неба. А кто владеет небом — владеет всем миром
Но кто разгадает сердце человеческое, этого сфинкса, доселе неразобранного во всех причудах его, этого оборотня, неуловимого в своих изменениях?
"Особенность глупых людей именно в том и заключается, что они суют логику туда, где ей решительно нечего делать"
Любовники, как горько расставанье!
В нем множество опасностей для вас,
И можете вы заслужить названье
Рогатого на дню по десять раз.
Моральный закон возвышает ценность человека как мыслящего существа
Гэрри Стэк Салливан, влиятельный американский теоретик психиатрии, известен тем, что однажды описал психотерапию как обсуждение личных проблем двух людей, один из которых более тревожный, чем другой.