Цитаты
282126
– Шпион в стенах крепости стоит целой армии у крепостных стен.
Автор цикла исторических романов «Проклятые короли» – французский писатель, публицист и общественный деятель Морис Дрюон (р. 1918) никогда не позволял себе вольного обращения с фактами. Его романы отличает интригующий и захватывающий сюжет, и вместе с тем они максимально приближены к исторической правде. Согласно легенде истоки всех бед, обрушившихся на Францию, таятся в проклятии, которому Великий магистр ордена Тамплиеров подверг короля Филиппа IV Красивого, осудившего его на смерть. Охватывая...
– Учиться царствовать начинают с младенчества, – ответила Изабелла.
Автор цикла исторических романов «Проклятые короли» – французский писатель, публицист и общественный деятель Морис Дрюон (р. 1918) никогда не позволял себе вольного обращения с фактами. Его романы отличает интригующий и захватывающий сюжет, и вместе с тем они максимально приближены к исторической правде. Согласно легенде истоки всех бед, обрушившихся на Францию, таятся в проклятии, которому Великий магистр ордена Тамплиеров подверг короля Филиппа IV Красивого, осудившего его на смерть. Охватывая...
Насильно мил не будешь. И свою обиду я не буду холить, лелеять и взращивать. Придёт время, отпущу и дальше пойду, но сейчас позволяю её себе, потому что имею право. Потому что я не робот, а обычный человек, который имеет право злиться, ненавидеть и проклинать. Главное – не зацикливаться в этом порочном кругу.
Дима вздыхает, трёт глаза пальцами. Машу крепче к себе прижимает, целует в висок. — Я хочу свою жену обратно, Ань. А не тень от неё. У тебя глаза перестали гореть. — А у неё, значит, горят, да? — выплёвываю горько. Внутри пусто, ничего нет. Я потом пойму, потом всё осознаю, а сейчас в голове белый шум. Дима вздрагивает, смотрит поверх дочкиной светлой макушки. Мне вдруг становится всё равно на ответ. Забираю Машу и бреду в нашу спальню. Чувствую себя дряхлой, постаревшей сразу на пятьдесят...
В самом деле, кого понесет в парк в морозную ночь? Грабители предпочитают более людные места, про маньяков в столице уже давно никто не слышал, а для насильников не сезон. Того и гляди, рабочий инструмент отмерзнет.
Поверила Верховной ведьме севера? Наслаждайся последствиями! Минус мечта стать полноправной ведьмой Ковена, плюс проклятие вечного невезения, опасный артефакт повелителя драконов и угроза смерти. Неравноценная замена! И где может надёжно скрыться внезапно оказавшаяся вне закона ведьма? В управлении магполиции! Главное, хоть как-то сработаться с напарником.
... многие мечтают встретить властного мужчину, который решит все проблемы по щелчку пальцев. Но одно дело фантазии. И совсем другое- реальность.
– Кто отец твоего ребенка? – мрачно спрашивает бывший муж.
– Не важно, – говорю тихо.
– Отвечай, – требует жестко. – С кем ты это отродье нагуляла?
– Замолчи! – залепляю ему пощечину и яростно заявляю: – Никогда не называй так моего ребенка.
– Кто он? – чеканит. – Кого ты пытаешься от меня защитить?
Ты… ты и есть отец моего ребенка. Но никогда об этом не узнаешь.
- Мне трудно думать о приличиях, когда вы находитесь всего в двух шагах. - Тогда отойдите на двадцать. -
Королевская награда – штука полезная. Земли, деньги, статус… и мужчина, за которого придется выйти замуж, чтобы получить все это добро.
Ничего, переживем. Благо, супруг сразу же после свадьбы укатил по каким-то своим делам и вернется теперь не скоро. Можно выдохнуть?
Если бы… Ведь осталась его дочь. И эта своенравная девчонка пойдет на многое, чтобы выжить мачеху из замка, до возвращения отца
В некоторых ситуациях, лишняя паранойя очень даже не лишняя.
Королевская награда – штука полезная. Земли, деньги, статус… и мужчина, за которого придется выйти замуж, чтобы получить все это добро.
Ничего, переживем. Благо, супруг сразу же после свадьбы укатил по каким-то своим делам и вернется теперь не скоро. Можно выдохнуть?
Если бы… Ведь осталась его дочь. И эта своенравная девчонка пойдет на многое, чтобы выжить мачеху из замка, до возвращения отца
Друг он всегда верен и всегда любит, а любовник не всегда верен и не всегда… является другом.
Будучи четыре года назад унизительно брошенной своим возлюбленным, Айрис вопреки логике не мечтает о кровавой мести. И все же совет своей престарелой наставницы посетить свадьбу Сета и Таи встречает оправданным сопротивлением. Но что такое желание некогда выкупленной из рабства девушки, которая с тех пор живет на попечении колдуньи, против воли последней? Да будет так! Вот только Айрис не намерена идти на пиршество в компании лишь своего разбитого и беспросветно одинокого сердца. Если уж этот...
Чувствовать себя несчастным просто от того, что когда-нибудь будешь несчастным, — бессмысленный расход эмоций.
Будучи четыре года назад унизительно брошенной своим возлюбленным, Айрис вопреки логике не мечтает о кровавой мести. И все же совет своей престарелой наставницы посетить свадьбу Сета и Таи встречает оправданным сопротивлением. Но что такое желание некогда выкупленной из рабства девушки, которая с тех пор живет на попечении колдуньи, против воли последней? Да будет так! Вот только Айрис не намерена идти на пиршество в компании лишь своего разбитого и беспросветно одинокого сердца. Если уж этот...
…понятие справедливость придумали всё же люди, но никак не боги. Те, кто вершит нашими судьбами, с этим словом не знакомы. Справедливость — наивная мечта, которую этот мир в глаза не видел. О которой не слышал даже.
Будучи четыре года назад унизительно брошенной своим возлюбленным, Айрис вопреки логике не мечтает о кровавой мести. И все же совет своей престарелой наставницы посетить свадьбу Сета и Таи встречает оправданным сопротивлением. Но что такое желание некогда выкупленной из рабства девушки, которая с тех пор живет на попечении колдуньи, против воли последней? Да будет так! Вот только Айрис не намерена идти на пиршество в компании лишь своего разбитого и беспросветно одинокого сердца. Если уж этот...
…боги существуют до тех пор, пока в них верит хотя бы один человек, и это аксиома.
Будучи четыре года назад унизительно брошенной своим возлюбленным, Айрис вопреки логике не мечтает о кровавой мести. И все же совет своей престарелой наставницы посетить свадьбу Сета и Таи встречает оправданным сопротивлением. Но что такое желание некогда выкупленной из рабства девушки, которая с тех пор живет на попечении колдуньи, против воли последней? Да будет так! Вот только Айрис не намерена идти на пиршество в компании лишь своего разбитого и беспросветно одинокого сердца. Если уж этот...
Когда смерть разлучит нас, я всё равно буду ждать. Плевать я хотел… на проклятье. Я не умру… я встречу тебя снова. Без разницы… сколько на это понадобится времени и сил. Я всё равно…
Будучи четыре года назад унизительно брошенной своим возлюбленным, Айрис вопреки логике не мечтает о кровавой мести. И все же совет своей престарелой наставницы посетить свадьбу Сета и Таи встречает оправданным сопротивлением. Но что такое желание некогда выкупленной из рабства девушки, которая с тех пор живет на попечении колдуньи, против воли последней? Да будет так! Вот только Айрис не намерена идти на пиршество в компании лишь своего разбитого и беспросветно одинокого сердца. Если уж этот...
Слова всегда остаются словами, с какой убеждённостью их ни скажи.
Нет, мы не аристократы, мы средний класс, на который знать смотрит, сморщив нос. Но всегда жмут руки и заискивающе улыбаются, когда им нужны ссуды. Мой отец банкир и коммерсант, потому мы вхожи в светское собрание, в Городской Сад и даже получаем приглашения на балы. Матушка готовила меня к дебюту весь прошлый год, но из-за болезни я пропустила свой первый бал, что несказанно расстроило мадам Ламбер. Теперь меня ждал второй шанс, как говорила матушка, на ежегодном новогоднем балу, когда новые...
Время сильней слов, но поступки сильней времени, и я просто буду доказывать тебе день ото дня, год от года, что твои страхи лишены оснований.
Нет, мы не аристократы, мы средний класс, на который знать смотрит, сморщив нос. Но всегда жмут руки и заискивающе улыбаются, когда им нужны ссуды. Мой отец банкир и коммерсант, потому мы вхожи в светское собрание, в Городской Сад и даже получаем приглашения на балы. Матушка готовила меня к дебюту весь прошлый год, но из-за болезни я пропустила свой первый бал, что несказанно расстроило мадам Ламбер. Теперь меня ждал второй шанс, как говорила матушка, на ежегодном новогоднем балу, когда новые...
Надежда всегда окрыляет, — одобрительно кивнул Дамиан. — Зачастую надежда только и согревает нас, когда ничего иного не остаётся.
Нет, мы не аристократы, мы средний класс, на который знать смотрит, сморщив нос. Но всегда жмут руки и заискивающе улыбаются, когда им нужны ссуды. Мой отец банкир и коммерсант, потому мы вхожи в светское собрание, в Городской Сад и даже получаем приглашения на балы. Матушка готовила меня к дебюту весь прошлый год, но из-за болезни я пропустила свой первый бал, что несказанно расстроило мадам Ламбер. Теперь меня ждал второй шанс, как говорила матушка, на ежегодном новогоднем балу, когда новые...
Как только я укореняюсь в мысли, что имею дело с негодяем, он становится мил и покладист. Как только я прихожу к выводу, что ошибалась насчёт этого мужчины, он вновь совершает какую-нибудь гадость.
Нет, мы не аристократы, мы средний класс, на который знать смотрит, сморщив нос. Но всегда жмут руки и заискивающе улыбаются, когда им нужны ссуды. Мой отец банкир и коммерсант, потому мы вхожи в светское собрание, в Городской Сад и даже получаем приглашения на балы. Матушка готовила меня к дебюту весь прошлый год, но из-за болезни я пропустила свой первый бал, что несказанно расстроило мадам Ламбер. Теперь меня ждал второй шанс, как говорила матушка, на ежегодном новогоднем балу, когда новые...
«Когда-то в погоне за сказкой я не поняла главного — что моя сказка была всё время рядом со мной.
Нет, мы не аристократы, мы средний класс, на который знать смотрит, сморщив нос. Но всегда жмут руки и заискивающе улыбаются, когда им нужны ссуды. Мой отец банкир и коммерсант, потому мы вхожи в светское собрание, в Городской Сад и даже получаем приглашения на балы. Матушка готовила меня к дебюту весь прошлый год, но из-за болезни я пропустила свой первый бал, что несказанно расстроило мадам Ламбер. Теперь меня ждал второй шанс, как говорила матушка, на ежегодном новогоднем балу, когда новые...
Очень удобно, правда? Когда есть, кого обвинять. Конечно, после того, как выжили.
Из чернокнижника — в императорские ловцы? Ужасно, но лучше, чем петля на шее! Но вот чует моя черная душонка в этом предложении какой-то подвох… Да и быть темным магом в Бастионе ловцов — не лучшее, что можно придумать. Правда, выбора у меня нет, так что…
Меня зовут Лекс Раут. Я — императорский ловец.
Ого, да тут пахнет романтикой, – протянул я. – Какой отвратительный запах, надо сказать. Шило, ты влюбился в мою невесту? Как не стыдною
Из чернокнижника — в императорские ловцы? Ужасно, но лучше, чем петля на шее! Но вот чует моя черная душонка в этом предложении какой-то подвох… Да и быть темным магом в Бастионе ловцов — не лучшее, что можно придумать. Правда, выбора у меня нет, так что…
Меня зовут Лекс Раут. Я — императорский ловец.
Что за день такой? И зачем боги даровали женщинам способность говорить? Вот честно, без этого жить стало бы гораздо приятнее!
Из чернокнижника — в императорские ловцы? Ужасно, но лучше, чем петля на шее! Но вот чует моя черная душонка в этом предложении какой-то подвох… Да и быть темным магом в Бастионе ловцов — не лучшее, что можно придумать. Правда, выбора у меня нет, так что…
Меня зовут Лекс Раут. Я — императорский ловец.
У вас, светлых, всё запрещено, у вас можно только гордо сдохнуть. И если бы я не оказался рядом, тебе бы это удалось.
Из чернокнижника — в императорские ловцы? Ужасно, но лучше, чем петля на шее! Но вот чует моя черная душонка в этом предложении какой-то подвох… Да и быть темным магом в Бастионе ловцов — не лучшее, что можно придумать. Правда, выбора у меня нет, так что…
Меня зовут Лекс Раут. Я — императорский ловец.
Мы те, кто мы есть, и наши действия – лишь отражение сути, дурной или благородной.
Из чернокнижника — в императорские ловцы? Ужасно, но лучше, чем петля на шее! Но вот чует моя черная душонка в этом предложении какой-то подвох… Да и быть темным магом в Бастионе ловцов — не лучшее, что можно придумать. Правда, выбора у меня нет, так что…
Меня зовут Лекс Раут. Я — императорский ловец.
Правда… она так относительна. Нет истинной правды. Есть лишь событие, а вот правда ли это…
Из чернокнижника — в императорские ловцы? Ужасно, но лучше, чем петля на шее! Но вот чует моя черная душонка в этом предложении какой-то подвох… Да и быть темным магом в Бастионе ловцов — не лучшее, что можно придумать. Правда, выбора у меня нет, так что…
Меня зовут Лекс Раут. Я — императорский ловец.
...девчонки сейчас ушлые. На каждую сытую жену найдётся голодная любовница.
— Я хочу поговорить с вами о нажитом имуществе, — задаёт деловой тон пассия моего бывшего мужа, присаживаясь без приглашения за стол переговоров. — Я с вами ничего не наживала. — О вашем имуществе с Аркадием! — уточняет. — А вы к нему какое отношение имеете? — пожимаю плечами. — Самое прямое! Я его будущая жена! И если он не торопится потребовать от вас того, что принадлежит ему по праву, значит, это сделаю я! **************** Поездка в отпуск для моего супруга закончилась его романом с...
Ничто не меняется, Вася. Вещи или есть или их нет. А волшебство состоит в том, чтобы забыть, что что-то было не тем, чем ты пожелала.
На окраине русской глуши зима длится почти весь год, и сугробы снега вырастают выше домов. Но Василиса не против, она проводит зимние ночи возле угольков огня с братьями и сестрой, слушая сказки няни. Больше всего ей нравится история Мороза, голубоглазого зимнего демона, появляющегося холодной ночью, чтобы забрать неосторожные души. Умные боятся его, как говорит ее няня, и почитают духов очага и двора, духов леса, защищающих их дома от зла. После смерти матери Василисы ее отец привозит из...