– Ты никак собралась в горы? – хмыкнула собеседница. – О горных козах слышала, а о горных некромантах – нет.
– Спасибо, что сравнила меня с козой, – с притворной обидой поблагодарила я.
– Горных, подчеркну! Они очень стройные и ловкие, прямо как ты.
Пройдут тысячи лет, распадутся и вновь образуются империи, изменится жизнь.
Но суровая женская логика останется неизменной. По крайней мере в некоторых моментах.
Боишься - не делай. Делаешь - уже ничего не бойся.
Она живет в моей рукописи. Она – приоткрытая дверь, сквозь которую до сих пор я могу общаться с бабулей, просить совета и каждый раз находить его в своих же строках. Наших строках.
Детьми общаться друг с другом было куда легче...
Ошибаться нестрашно. Страшно не пытаться исправить то, что случайно сломал. Мне не нужны друзья, ко торые этого не понимают.
У нашей с Филом истории нет названия, как и нет предреченного конца. Мы сами напишем свой
– Кстати, я подумал о том, что ты сказала, - говорит Фил, когда мы почти подходим к спуску в метро, – о мечте. Высекать искусством искры в сознании людей непросто, и я восхищаюсь теми, у кого это получается.
– Поэтому я и сказала, что твое желание быть художником – очень крутое. Просто.. Важно не сдаваться
– А ты не сдалась?
Фил останавливается перед ступенями, и я тоже замираю. Мы стоим у парапета, а не посреди спуска, но люди, торопливо снующие мимо, все равно возмущенно цокают и что-то шипят.
Он так пристально смотрит мне в глаза, что даже пожелай я соврать, не смогла бы.
– Не сдалась. И ты, Фил, ты тоже не сдавайся
Некоторые люди — как произведения искусства. Ими можно наслаждаться, не обладая
Людям нравится знать, что в своих чувствах они не одиноки. Поэтому, прочитав понравившуюся книгу, мы ищем арты и фанфики по ней, жаждем обсудить сюжет. Да и не зря фанатов чего-либо называют фандомом. Нам нравится само ощущение жизни в чем-то, чувство единения. Понимаешь? В историях мы ищем новый дом.
Урок первый, Лина. Критики и наездов со вкусовщиной будет много. Ты должна уметь принимать их или игнорировать. Дашь слабину, и можешь забыть об авторской карьере.
Нет ни одной истории, которая бы нравилась абсолютно всем. Научись ставить свое мнение о книге и любовь к ней выше чужих злых слов. Только тогда сможешь крепко стоять на ногах и продолжать писать, несмотря на хейтеров. А они, как и фанаты, у тебя будут, поверь.
"Надо понимать, если женщина счастлива и довольна жизнью, в семье будет спокойно и благополучно."
Что было, то прошло, лишь бы не повторилось.
Время покажет, а действия докажут.
— То, что мы любим, нас и убивает.
— Многие говорят, что доброта — это слабость. И лишь немногие знают, почему именно, моя дорогая. Доброта предсказуема.
— А вы уже успели меня изучить? — я выгнула бровь.
— Не будьте столь наивной, — прилетело мне в лоб. — Вы не настолько сложны, как хотите казаться.
Иными словами он назвал меня простачкой.
Кто сражается с чудовищами, тому следует остерегаться, чтобы самому при этом не стать чудовищем.
— Я очень надеюсь, что следующего раза не будет, — улыбнулась я через силу.
— Надежда — удел слабых
Любовь — это танец, самый красивый, самый завораживающий танец на свете. Настоящей любви не нужны слова, для нее важно присутствие. Танец — это близость, а близость — это любовь.
— Дружба — это сложно, Ария, — бесцветно ответила женщина. — Ты еще глупа, однако с возрастом приходит понимание, что необходимо дружить лишь с тем, кто принесет тебе пользу, и с тем, кто является твоим врагом. В ином случае ты будешь уязвима.
Если проигравший улыбается, победитель теряет вкус победы.
— Живой муж, от которого не избавиться, уж всякого лучше мертвого, который следом ходит.
— А ну-кось, студиозус. Геть отсюдова! — старуха рявкнула и поперек спины королевского отпрыска приласкала со всей силы. Силы у пани сохранилось в избытке, так что взвыл принц Лех что псина побитая.
— Я король будущий! — возмутился наследник.
Да только что до того пани Розе?
— Покудова не нынешний, мне и дела нет! — ответствовала кастелянша и так принца из комнаты и выгнала взашей.