Цитаты
285866
Ненавижу быть дурой. Ненавижу, когда чувства начинают брать верх над моим разумом, делая меня слабой. Но страх оказаться дурой именно в нее меня и превращает.
Долгожданный финал культовой серии, которая разошлась по миру тиражом свыше 10 миллионов экземпляров! Власть легче завоевать, чем удержать. Джуд, Верховная королева Эльфхейма, лишена власти, но не сломлена. Даже находясь в изгнании, она не оставляет надежды вернуться ко Двору фейри. Отринув свои чувства к Кардану, Джуд спешит на помощь сестре, которая попала в беду в Фейриленде. Но знакомого Эльфхейма больше нет. Война на пороге. И Джуд должна собрать все свои силы, чтобы спасти то, что...
Я предупреждаю тебя об этом потому, что это уже не имеет значения. Ты обречена, королева Эльфхейма. Ты уже любишь его. Ты уже любила его и тогда, когда расспрашивала меня о нем, а не о собственной матери. И ты будешь по-прежнему любить его, смертная девушка, еще долго после того, как его чувства к тебе испарятся, словно утренняя роса.
Долгожданный финал культовой серии, которая разошлась по миру тиражом свыше 10 миллионов экземпляров! Власть легче завоевать, чем удержать. Джуд, Верховная королева Эльфхейма, лишена власти, но не сломлена. Даже находясь в изгнании, она не оставляет надежды вернуться ко Двору фейри. Отринув свои чувства к Кардану, Джуд спешит на помощь сестре, которая попала в беду в Фейриленде. Но знакомого Эльфхейма больше нет. Война на пороге. И Джуд должна собрать все свои силы, чтобы спасти то, что...
- Остановить тебя? Да без проблем. Если только начнёшь превращаться в окончательного засранца и станешь угрозой для Эльфхейма, я голову снесу тебе с плеч.
- Хорошо. И это одна из причин, по которым мне не хотелось верить, что ты заодно с Мадоком. Другая причина заключается в том, что я хочу, чтобы ты была на моей стороне в качестве королевы.
Долгожданный финал культовой серии, которая разошлась по миру тиражом свыше 10 миллионов экземпляров! Власть легче завоевать, чем удержать. Джуд, Верховная королева Эльфхейма, лишена власти, но не сломлена. Даже находясь в изгнании, она не оставляет надежды вернуться ко Двору фейри. Отринув свои чувства к Кардану, Джуд спешит на помощь сестре, которая попала в беду в Фейриленде. Но знакомого Эльфхейма больше нет. Война на пороге. И Джуд должна собрать все свои силы, чтобы спасти то, что...
Что ж, может, я не заслуживаю доверия, но зато я верю тебе.
Долгожданный финал культовой серии, которая разошлась по миру тиражом свыше 10 миллионов экземпляров! Власть легче завоевать, чем удержать. Джуд, Верховная королева Эльфхейма, лишена власти, но не сломлена. Даже находясь в изгнании, она не оставляет надежды вернуться ко Двору фейри. Отринув свои чувства к Кардану, Джуд спешит на помощь сестре, которая попала в беду в Фейриленде. Но знакомого Эльфхейма больше нет. Война на пороге. И Джуд должна собрать все свои силы, чтобы спасти то, что...
Отправить меня в изгнание? Что ж, это был вполне логичный, естественный для Кардана ход. Я ненавидела себя за то, что не предусмотрела его. И сейчас ненавижу себя за то, что не угадываю, каким будет твой следующий ход.
Долгожданный финал культовой серии, которая разошлась по миру тиражом свыше 10 миллионов экземпляров! Власть легче завоевать, чем удержать. Джуд, Верховная королева Эльфхейма, лишена власти, но не сломлена. Даже находясь в изгнании, она не оставляет надежды вернуться ко Двору фейри. Отринув свои чувства к Кардану, Джуд спешит на помощь сестре, которая попала в беду в Фейриленде. Но знакомого Эльфхейма больше нет. Война на пороге. И Джуд должна собрать все свои силы, чтобы спасти то, что...
Однако тем, что сформировало жизненную философию молодого Аллана, стали слова матери, когда они оба получили известие о смерти отца. Слова эти не сразу проникли в душу юноши, но зато потом остались в ней навсегда.
Все есть как есть, а будет как будет.
Это, в частности, означало не рассусоливать свои чувства — особенно когда для того есть основания.
В дом престарелых прибывает на торжественный обед по случаю столетия господина Карлсона местный начальник, но не любящий шумихи юбиляр в тапочках вылезает в окно и исчезает. За первый час свободы он успевает ограбить бандита-рэкетира, и теперь за стариком гонятся и полиция, и бандиты. Но Аллан Карлсон не впервые попадает в переделку и не теряет оптимизма и чувства юмора — авантюрист и специалист по бомбам и взрывам, он живет по принципу «все есть как есть, а будет как будет». Аллан не загадывает...
любой героизм – это последствие чьей-то подлости, глупости или безделья.
В тихих горах виверны гнездятся – так говорят люди, и они правы. Элисон искала тишины и покоя, а получила обиженного водяного, горных котов, подземелья, рудники, разбойников… А ведь она просто приехала работать в самом скучном месте – в бюро магической статистики. Сиди и считай, и не лезь никуда. Ещё бы и к ней никто не лез, но разве можно жить спокойно рядом с горными котами? Не дадут. И о потерянном перстне ещё узнать надо, не каждый день маги такой силы по горам бегают… Пять...
споря с бараном, вы не убедите животное, вы сами станете бараном
В тихих горах виверны гнездятся – так говорят люди, и они правы. Элисон искала тишины и покоя, а получила обиженного водяного, горных котов, подземелья, рудники, разбойников… А ведь она просто приехала работать в самом скучном месте – в бюро магической статистики. Сиди и считай, и не лезь никуда. Ещё бы и к ней никто не лез, но разве можно жить спокойно рядом с горными котами? Не дадут. И о потерянном перстне ещё узнать надо, не каждый день маги такой силы по горам бегают… Пять...
Грех это, силой заставлять человека Богу служить, и вдвойне грех – служить через силу, себя ломать.
В тихих горах виверны гнездятся – так говорят люди, и они правы. Элисон искала тишины и покоя, а получила обиженного водяного, горных котов, подземелья, рудники, разбойников… А ведь она просто приехала работать в самом скучном месте – в бюро магической статистики. Сиди и считай, и не лезь никуда. Ещё бы и к ней никто не лез, но разве можно жить спокойно рядом с горными котами? Не дадут. И о потерянном перстне ещё узнать надо, не каждый день маги такой силы по горам бегают… Пять...
Не думай о плохом, человек, жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на боль, боли и так довольно. Просто вдохни горный воздух – и живи, а боль выдохни, горы ее заберут, они и не такое видели…
В тихих горах виверны гнездятся – так говорят люди, и они правы. Элисон искала тишины и покоя, а получила обиженного водяного, горных котов, подземелья, рудники, разбойников… А ведь она просто приехала работать в самом скучном месте – в бюро магической статистики. Сиди и считай, и не лезь никуда. Ещё бы и к ней никто не лез, но разве можно жить спокойно рядом с горными котами? Не дадут. И о потерянном перстне ещё узнать надо, не каждый день маги такой силы по горам бегают… Пять...
Он частенько наведывался к нам на чай и на полном серьезе утверждал, что сильные человеческие эмоции способны высвободить энергию такой силы, что она может превратиться в материю. Он демонстрировал какие-то формулы и выкладки, ссылался на Эйнштейна и мифы народов мира...
Варе шестнадцать, но она вынуждена круто изменить свою жизнь.
Впереди — переезд в другой город, новые друзья, первая любовь и горькие разочарования.
А еще — ожившие городские легенды, мистические совпадения и загадочный незнакомец, который всегда приходит на помощь.
Мечты, откровения и признания под шум летнего дождя.
- Мечты, Феликс Эдмундович, это то, чего можно добиться трудом, талантом, упорством. Остальное - пустые грёзы.
Давно хотел написать боярЪ-аниме, но ни в боярах нифига не понимаю, ни в аниме.
Назовем это условно "БольшевикЪ-аниме", и на том успокоимся.
- Лизавета! - одёрнула её Верочка. - Разве можно в приличном обществе говорить слово рыло? Лицо, или, в крайнем случае, морда.
Давно хотел написать боярЪ-аниме, но ни в боярах нифига не понимаю, ни в аниме.
Назовем это условно "БольшевикЪ-аниме", и на том успокоимся.
Сейчас я просто злая девятнадцатилетняя чихуахуа, которая злиться и тявкает, но в то же время ссытся. Ибо понимает, что даже за маленькую пакость может прилететь очень крупно.
Он разрушил бизнес моего папы, а я решила немного испортить его машину в качестве маленькой мести.
Конечно, я думала о возможных последствиях, но не была готова к тому, что стану подносить ему кофе и гладить его рубашки в роли личной помощницы.
А затем я поняла, что маленькой мести мне было не достаточно. Я хочу, чтобы он страдал. По-настоящему.
Чтобы влюбился в меня и мучился от безответной любви.
Потому что я его ненавижу.
Ненавижу настолько, что… Боже! Как же классно он целуется!
- Подамся я, пожалуй, в политику, - рыцарь мечтательно зажмурился, - Болтай, что хочешь. Советуй, кому хочешь. При этом ни за что не отвечай, а деньги получай.
Сборник юмористических сказок о драконе и его вечном напарнике — рыцаре. Герои попадают в самые разнообразные исторические ситуации — к трансильванским вампирам, на иерусалимский базар, в шервудский лес или в Древнюю Русь — но с честью выходят из всех затруднений. И не столько благодаря феноменальной везучести рыцаря, сколько незаурядному образу мышления дракона.
По словам чиновника, Алланов отец сколотил дощатый забор вокруг участка земли в десять-пятнадцать квадратных метров и объявил эту землю независимой республикой. Свое маленькое государство Алланов отец назвал Настоящей Россией и погиб в стычке с двумя бойцами правительственных войск, пришедшими снести его забор. Алланов отец принялся защищать свои рубежи кулаками, так что красноармейцам не было никакой возможности с ним договориться. Под конец они не нашли другого средства, как засадить ему пулю между глаз, чтобы наконец передохнуть.
— Что, нельзя было помереть не такой дурацкой смертью? — обратилась мать к телеграмме из дипмиссии.
В дом престарелых прибывает на торжественный обед по случаю столетия господина Карлсона местный начальник, но не любящий шумихи юбиляр в тапочках вылезает в окно и исчезает. За первый час свободы он успевает ограбить бандита-рэкетира, и теперь за стариком гонятся и полиция, и бандиты. Но Аллан Карлсон не впервые попадает в переделку и не теряет оптимизма и чувства юмора — авантюрист и специалист по бомбам и взрывам, он живет по принципу «все есть как есть, а будет как будет». Аллан не загадывает...
Сам же Алланов отец намеревался остаться и дать бой этому выскочке и шуту гороховому, который взял теперь власть и которого тут называют Ленин.
Для Алланова отца все это имело глубоко личную составляющую, поскольку Ленин имел неосторожность отменить частную собственность на землю в тот самый день, когда Алланов отец купил двенадцать квадратных метров земли для разведения шведской клубники.
В дом престарелых прибывает на торжественный обед по случаю столетия господина Карлсона местный начальник, но не любящий шумихи юбиляр в тапочках вылезает в окно и исчезает. За первый час свободы он успевает ограбить бандита-рэкетира, и теперь за стариком гонятся и полиция, и бандиты. Но Аллан Карлсон не впервые попадает в переделку и не теряет оптимизма и чувства юмора — авантюрист и специалист по бомбам и взрывам, он живет по принципу «все есть как есть, а будет как будет». Аллан не загадывает...
— Слышишь, они скандируют: «Всё отобрать и поделить!» —?
— Ну?..
— Что «ну»? — у дракона от грядущих финансовых перспектив даже задергался правый глаз, — А ты в курсе, что по данным статистики претворение в жизнь этого лозунга в 99 % случаев ограничивалось только тезисом «отобрать»?!..
Сборник юмористических сказок о драконе и его вечном напарнике — рыцаре. Герои попадают в самые разнообразные исторические ситуации — к трансильванским вампирам, на иерусалимский базар, в шервудский лес или в Древнюю Русь — но с честью выходят из всех затруднений. И не столько благодаря феноменальной везучести рыцаря, сколько незаурядному образу мышления дракона.
Хуже военного в попутчиках только пьяный военный.
В теле убитого гимназиста Петра Воронова я оказался не по своему желанию, а выполняя поручение бога. Теперь мне предстоит выжить в мире, где магия соседствует с техникой, а за мной охотятся убийцы. С чужими воспоминаниями, скудными навыками и револьвером в руках я отправляюсь в таинственный Лабиринт, где рассчитываю получить ответы на вопросы...
Но могу ли я доверять даже богу?
Фаббе говорит, социализм кончится тем, что все поубивают друг дружку, пока не останется один, который все и решит. Лучше уж с самого начала прибиться к царю Николаю, хорошему и образованному человеку, с идеями насчет будущего.
В дом престарелых прибывает на торжественный обед по случаю столетия господина Карлсона местный начальник, но не любящий шумихи юбиляр в тапочках вылезает в окно и исчезает. За первый час свободы он успевает ограбить бандита-рэкетира, и теперь за стариком гонятся и полиция, и бандиты. Но Аллан Карлсон не впервые попадает в переделку и не теряет оптимизма и чувства юмора — авантюрист и специалист по бомбам и взрывам, он живет по принципу «все есть как есть, а будет как будет». Аллан не загадывает...
— Мелкое воровство, это дурость. — наставительно произнес ящер.
— Ммм… А крупное?
— Служебная привилегия!
Сборник юмористических сказок о драконе и его вечном напарнике — рыцаре. Герои попадают в самые разнообразные исторические ситуации — к трансильванским вампирам, на иерусалимский базар, в шервудский лес или в Древнюю Русь — но с честью выходят из всех затруднений. И не столько благодаря феноменальной везучести рыцаря, сколько незаурядному образу мышления дракона.
После того как в один прекрасный день в центре Сундсваля его едва не переехал трактор (управляемый фермером с глазами убийцы), Юлиусу стало ясно, что тут, в округе, его маленькую промашку не забудут еще пару-тройку столетий. Тогда он решил сменить место жительства и перебрался в Мариефред,
В дом престарелых прибывает на торжественный обед по случаю столетия господина Карлсона местный начальник, но не любящий шумихи юбиляр в тапочках вылезает в окно и исчезает. За первый час свободы он успевает ограбить бандита-рэкетира, и теперь за стариком гонятся и полиция, и бандиты. Но Аллан Карлсон не впервые попадает в переделку и не теряет оптимизма и чувства юмора — авантюрист и специалист по бомбам и взрывам, он живет по принципу «все есть как есть, а будет как будет». Аллан не загадывает...
— Запомни, партнер, здравохранение было, есть и будет вторым по степени надувательства явлением в истории человечества.
— А что является первым?
— Демократия.
Сборник юмористических сказок о драконе и его вечном напарнике — рыцаре. Герои попадают в самые разнообразные исторические ситуации — к трансильванским вампирам, на иерусалимский базар, в шервудский лес или в Древнюю Русь — но с честью выходят из всех затруднений. И не столько благодаря феноменальной везучести рыцаря, сколько незаурядному образу мышления дракона.
Муниципальному советнику интуитивно не хотелось подключать полицию, и он как раз обдумывал имеющиеся альтернативы, когда журналистка из местной газеты набралась смелости и спросила:
— А что господин коммунальный советник собирается предпринять теперь?
Коммунальный советник молчал в течение нескольких секунд, после чего сказал:
— Подключить полицию, разумеется.
Черт бы подрал ее, эту свободу прессы.
В дом престарелых прибывает на торжественный обед по случаю столетия господина Карлсона местный начальник, но не любящий шумихи юбиляр в тапочках вылезает в окно и исчезает. За первый час свободы он успевает ограбить бандита-рэкетира, и теперь за стариком гонятся и полиция, и бандиты. Но Аллан Карлсон не впервые попадает в переделку и не теряет оптимизма и чувства юмора — авантюрист и специалист по бомбам и взрывам, он живет по принципу «все есть как есть, а будет как будет». Аллан не загадывает...
— Он сумасшедший?
— Нет, партнёр. В этих краях данный феномен называется «загадочная русская душа».
Сборник юмористических сказок о драконе и его вечном напарнике — рыцаре. Герои попадают в самые разнообразные исторические ситуации — к трансильванским вампирам, на иерусалимский базар, в шервудский лес или в Древнюю Русь — но с честью выходят из всех затруднений. И не столько благодаря феноменальной везучести рыцаря, сколько незаурядному образу мышления дракона.