Цитаты
286798
Нельзя разделять людей на детдомовских и домашних, на черных и белых, на богатых и бедных. Есть только две принципиально значимые категории людей: плохие и хорошие. Тут все просто. Хорошие люди совершают хорошие поступки. Плохие люди совершают плохие поступки. И если кто-то внушает тебе, что раз ты из детдома, то ты какой-то не такой, не слушай. Никогда не слушай! Важно только то, какой ты человек.
Он — детдомовец, человек без детства и хулиган. Она — дочь богатого бизнесмена, красавица и активистка. Эти двое людей из разных миров не должны были встретиться. Но судьба распорядилась иначе. Неудобная, запретная и всепоглощающая любовь неожиданно врывается в их жизнь. Она рушит планы и меняет приоритеты. Теперь они видят смысл только друг в друге. Но сможет ли настоящее чувство противостоять агрессивной внешней среде? Есть ли у влюбленных шанс отстоять свое право на счастье,...
Алиса — истинная леди. Она не ругается матом. Но я вам клянусь, она умеет матом смотреть.
Он — детдомовец, человек без детства и хулиган. Она — дочь богатого бизнесмена, красавица и активистка. Эти двое людей из разных миров не должны были встретиться. Но судьба распорядилась иначе. Неудобная, запретная и всепоглощающая любовь неожиданно врывается в их жизнь. Она рушит планы и меняет приоритеты. Теперь они видят смысл только друг в друге. Но сможет ли настоящее чувство противостоять агрессивной внешней среде? Есть ли у влюбленных шанс отстоять свое право на счастье,...
Знаете, шпильки — это средство экзекуции, которое по какой-то непонятной причине до сих пор существует в нашем вполне цивилизованном обществе. Ходить на них ничуть не легче, чем по раскаленным углям. Разница лишь в том, что идя по углям, ты можешь не стесняться отражать на своем лице истинные эмоции: боль, страх и панику. А в случае с туфлями на шпильках, тебе следует делать вид, что все прекрасно. Ты грациозная лань, которая не ходит, а порхает по земле.
Он — детдомовец, человек без детства и хулиган. Она — дочь богатого бизнесмена, красавица и активистка. Эти двое людей из разных миров не должны были встретиться. Но судьба распорядилась иначе. Неудобная, запретная и всепоглощающая любовь неожиданно врывается в их жизнь. Она рушит планы и меняет приоритеты. Теперь они видят смысл только друг в друге. Но сможет ли настоящее чувство противостоять агрессивной внешней среде? Есть ли у влюбленных шанс отстоять свое право на счастье,...
Ничто не наделяет такой властью, и ничто так не ограничивает в действиях, как Закон.
Когда свои же коллеги обвиняют в преступлении, которого не совершал, а от свободы отделяют только показания одной вредной девчонки – выбор остаётся невелик. У капитана полиции он и того меньше. У Максима лишь несколько дней, чтоб найти настоящего убийцу, и способ «устранить» свидетельницу. Хотя, законная жена ведь имеет право отказаться давать показания, касающиеся её мужа? Отлично! Всего-то и требуется притащить её в ЗАГС, если нужно, даже приставить пистолет к виску и жениться. Вот только...
Даже самая таинственная жемчужина, если её не обрамить в прекрасное ожерелье, не порадует вас чарующим блеском. Даже самая красивая женщина, если её не зажечь изнутри, останется просто красивой представительницей слабого пола. Что нужно для того, чтобы прелестница поверила и осознала свою драгоценную уникальность? Конечно же платье…
Когда свои же коллеги обвиняют в преступлении, которого не совершал, а от свободы отделяют только показания одной вредной девчонки – выбор остаётся невелик. У капитана полиции он и того меньше. У Максима лишь несколько дней, чтоб найти настоящего убийцу, и способ «устранить» свидетельницу. Хотя, законная жена ведь имеет право отказаться давать показания, касающиеся её мужа? Отлично! Всего-то и требуется притащить её в ЗАГС, если нужно, даже приставить пистолет к виску и жениться. Вот только...
Пять комнат? Домина с подземным гаражом… «бмв»… Сколько платят нашей полиции? Точно оборотень. Или внучатый племянник королевы Англии. Но сегодня Максим был так добр, и даже больше, чем заботлив. Кем бы она была, осуждая его сейчас? Версия с племянником больше пришлась по душе, и Вероника смирилась.
Когда свои же коллеги обвиняют в преступлении, которого не совершал, а от свободы отделяют только показания одной вредной девчонки – выбор остаётся невелик. У капитана полиции он и того меньше. У Максима лишь несколько дней, чтоб найти настоящего убийцу, и способ «устранить» свидетельницу. Хотя, законная жена ведь имеет право отказаться давать показания, касающиеся её мужа? Отлично! Всего-то и требуется притащить её в ЗАГС, если нужно, даже приставить пистолет к виску и жениться. Вот только...
Прошу вас, Анатолий Фёдорович, ожидать меня около трёх часов дня у этого пристанища бытовых отходов.
Когда свои же коллеги обвиняют в преступлении, которого не совершал, а от свободы отделяют только показания одной вредной девчонки – выбор остаётся невелик. У капитана полиции он и того меньше. У Максима лишь несколько дней, чтоб найти настоящего убийцу, и способ «устранить» свидетельницу. Хотя, законная жена ведь имеет право отказаться давать показания, касающиеся её мужа? Отлично! Всего-то и требуется притащить её в ЗАГС, если нужно, даже приставить пистолет к виску и жениться. Вот только...
Ему, художнику, мало для счастья надо. Немного тишины, пару карандашей и всемирное признание…
Самое большое проклятье для интроверта — родиться в богатой семье и с модельной внешностью. Любая попытка избавиться от фальшивого обожания и надоедливого внимания поклонниц, принимается за высокомерие. А судьба будто издевается, подкидывая ситуации, в которых всё больше выглядит как самовлюблённый мажор. В универе его называли Князем, тем, кто постоянно окружён слухами и вздыхающими фанатками. Похоже, единственный способ добиться вожделенного покоя, и избавиться от всех разом — найти ту, что...
— Да уж, молодое поколение... Мой сын еще не вырос, но уже пытается увести у родного отца невесту.
Непросто быть знатным холостяком, пусть и обремененным сыном-подростком. Все-то хотят его женить. И королева, и мать, и даже призрак давнего предка. Маркиз Риккардо ди Кассано попадает в неловкую ситуацию с толпой девиц, желающих стать его супругами. И всё бы ничего, сбежал бы, выкрутился, но тут сваливается как снег на голову еще одна невеста, некая Эрика ди Элдре. И вот тут уже не отвертеться. Да-да, за это стоит сказать «спасибо» предкам и магическому брачному договору. А что же Эрика?...
Как показала жизнь, нет смысла загадывать на будущее. Что-то внезапно происходит, и все планы приходится спешно менять. Да здравствует настоящее!
Непросто быть знатным холостяком, пусть и обремененным сыном-подростком. Все-то хотят его женить. И королева, и мать, и даже призрак давнего предка. Маркиз Риккардо ди Кассано попадает в неловкую ситуацию с толпой девиц, желающих стать его супругами. И всё бы ничего, сбежал бы, выкрутился, но тут сваливается как снег на голову еще одна невеста, некая Эрика ди Элдре. И вот тут уже не отвертеться. Да-да, за это стоит сказать «спасибо» предкам и магическому брачному договору. А что же Эрика?...
-Лекс, сейчас мы едем домой и плотно обедаем, потом одеваем что не жалко и едем бить морду.
-Мою?
-Твою, -ободряюще улыбнулась я ...
От незваных невест Эрика маркиза спасла и освободила. И хотя он остается мишенью для матримониальных планов, но побег из «курятника» удался. Только вот Эрика по-прежнему остается невестой, пусть и по отложенному договору. К тому же, очень-очень личный ассистент — уже почти член семьи, с которым совершенно не хочется расставаться. Иначе кто же поможет сыну маркиза обрести «стаю» и научиться бить морды? А кто будет снабжать обожаемым вишневым вареньем Риккардо? Кто остановит интервенцию...
Как известно, все мы твари божии, но одни - божии, а вторые - твари.
Софья Романовна Ромашкина, бизнес-леди и глава крупной компании, о своем диагнозе знала. И к шансу «обрести новую жизнь» и «переселиться в новое тело» отнеслась с нормальной для умного человека иронией. Поэтому первым шоком для нее стало пробуждение вообще, вторым – пробуждение в теле маленькой девочки и третьим – осознание, что девочка эта – царевна Софья. Та самая, сестра, с которой потом будет бороться за власть Петр I. Однако изумление – проходяще, а желание жить, и жить достойно, –...
Память у меня девичья, так и запишем. Нет, амнезия. В лучших традициях мыльных опер. Здесь помним, здесь не помним, здесь рыбу заворачиваем.
Плохая новость — меня сбила машина. Хорошая новость — я, кажется, жива, здорова, и теперь зовусь не Катей, а леди Кэтрин. Вот только к титулу еще прилагается муж, который свежеиспеченную жену, меня то есть, терпеть не может. И что же мне теперь делать с этаким подарком судьбы?
Женщине приходится быть на две головы выше мужчин, чтобы те признали ее профессионалом, хотя бы равным себе.
Плохая новость — меня сбила машина. Хорошая новость — я, кажется, жива, здорова, и теперь зовусь не Катей, а леди Кэтрин. Вот только к титулу еще прилагается муж, который свежеиспеченную жену, меня то есть, терпеть не может. И что же мне теперь делать с этаким подарком судьбы?
– Такой вещи, как абсолютно спокойное море, не бывает, – убежденно заявил маленький бельгиец. – Всегда, всегда есть какое-то движение!
Это — новое дело Эркюля Пуаро. Дело об убийстве, случившемся на пляже роскошного — и главное, весьма респектабельного! — приморского курорта. Но — кто именно убил женщину, которая на первый взгляд мешала очень многим? Падчерица, люто ненавидевшая мачеху, или муж, мечтавший избавиться от нелюбимой жены? Любовник, скрывающий под маской благородства и честности весьма темное прошлое, или светская дама, желающая устранить соперницу? ...Слишком много версий. Слишком много подозреваемых. Но,...
Ой, ну да, ну да, круче тебя только яйца. Вот потому-то мужики и живут на двадцать лет меньше женщин. Инфаркт на ногах, потому что проект горит – легко. Неделя с гнойным аппендицитом, потому что поболит и перестанет? Да пожалуйста! Есть две болезни – фигня и трындец, фигня сама пройдет, а трындец не лечится, так?
Плохая новость — меня сбила машина. Хорошая новость — я, кажется, жива, здорова, и теперь зовусь не Катей, а леди Кэтрин. Вот только к титулу еще прилагается муж, который свежеиспеченную жену, меня то есть, терпеть не может. И что же мне теперь делать с этаким подарком судьбы?
Что я здесь делаю? Песни пою, не видно, что ли? Русские народные, под балалайку. Что женщина может делать на кухне? Кататься на горных лыжах? Танцевать стриптиз? Ой, блин, нет, про стриптиз – это я зря…
Плохая новость — меня сбила машина. Хорошая новость — я, кажется, жива, здорова, и теперь зовусь не Катей, а леди Кэтрин. Вот только к титулу еще прилагается муж, который свежеиспеченную жену, меня то есть, терпеть не может. И что же мне теперь делать с этаким подарком судьбы?
Так и запишем, его величество – мелочная, мстительная сволочь. Хотя кто поймет, что в голове у этих мужиков, когда они сцепляются из-за бабы? Да понятно что. То, о существовании чего девицам знать не положено.
Плохая новость — меня сбила машина. Хорошая новость — я, кажется, жива, здорова, и теперь зовусь не Катей, а леди Кэтрин. Вот только к титулу еще прилагается муж, который свежеиспеченную жену, меня то есть, терпеть не может. И что же мне теперь делать с этаким подарком судьбы?
Мы могли бы поладить и с леди Оливией – обсуждали бы, какой чудесный у нее племянник… хам и потаскун. Но тетушку я бы расстраивать не стала, рассказывала бы, что он красивый, и сильный, и… Неважно. Уже неважно. Потому что кто к нам с чем, тот от того и «того».
Плохая новость — меня сбила машина. Хорошая новость — я, кажется, жива, здорова, и теперь зовусь не Катей, а леди Кэтрин. Вот только к титулу еще прилагается муж, который свежеиспеченную жену, меня то есть, терпеть не может. И что же мне теперь делать с этаким подарком судьбы?
– дома я не давала себе труда скрывать эмоции и всегда носилась вприпрыжку, не вылезая из штанов.
Плохая новость — меня сбила машина. Хорошая новость — я, кажется, жива, здорова, и теперь зовусь не Катей, а леди Кэтрин. Вот только к титулу еще прилагается муж, который свежеиспеченную жену, меня то есть, терпеть не может. И что же мне теперь делать с этаким подарком судьбы?
Да и вообще, глупо затевать полномасштабную войну без разведки. Поосмотрюсь сперва, что здесь и как.
Плохая новость — меня сбила машина. Хорошая новость — я, кажется, жива, здорова, и теперь зовусь не Катей, а леди Кэтрин. Вот только к титулу еще прилагается муж, который свежеиспеченную жену, меня то есть, терпеть не может. И что же мне теперь делать с этаким подарком судьбы?
Гровер обрел покой в хорошем месте. Оттуда он может любоваться восходом и закатом. Думаю, ему понравится. Я попытался произнести над его могилой подобающие слова. Он заслуживает лучшего, но ты лучше всех остальных знаешь, что я лишен дара красноречия. Я дал ему слово, что навещу его жену, если мы спасемся. Думаю, Бог не подкачает и причислит его к ангелам. Ангел из него получится что надо. Он любит летать и сможет оберегать свою жену. Ей понадобится его забота.
В окруженном горами аэропорту Солт-Лейк-Сити отменены все рейсы из-за непогоды. Двое случайных знакомых, Бен Пейн и Эшли Нокс, решают лететь на маленьком частном самолете. Эшли опаздывает на собственную свадьбу, а хирург Бен – на важную операцию. К несчастью, самолет терпит крушение в горах. Пилот погибает, и два мало знакомых пассажира остаются наедине друг с другом среди заснеженных вершин. Чтобы спастись, им придется совершить невозможное…
Эшли увидела, как я вынимаю кофе из рюкзака.
– Бен Пейн, вы принимаете кредитные карты?
– Вы тоже любительница кофе? Трудная ситуация – это возможность проверить, что мы по-настоящему ценим.
С помощью нехитрого приспособления эту горелку легко превратить во френч-пресс. На это ушло всего несколько долларов, зато я пользовался приспособлением сотни раз и не уставал восхищаться его простотой и полезностью. Вода вскипела, я заварил кофе, дал ему осесть и налил ей чашечку.
Она схватила ее здоровой рукой и поднесла себе под самый нос. Вспыхнула восторженная улыбка. Казалось, на короткое мгновение ей удалось отрешиться от мира, проявившего к ней такую жестокость. Я уже понимал, что юмор – ее способ побеждать боль. Я уже встречал таких людей. Обычно в их прошлом закопана какая-то эмоциональная травма, которую они маскируют с помощью юмора или сарказма. Это помогает им отвлечься.
В окруженном горами аэропорту Солт-Лейк-Сити отменены все рейсы из-за непогоды. Двое случайных знакомых, Бен Пейн и Эшли Нокс, решают лететь на маленьком частном самолете. Эшли опаздывает на собственную свадьбу, а хирург Бен – на важную операцию. К несчастью, самолет терпит крушение в горах. Пилот погибает, и два мало знакомых пассажира остаются наедине друг с другом среди заснеженных вершин. Чтобы спастись, им придется совершить невозможное…
Когда я очнулся, уже стемнело. Я рассмотрел при помощи подсветки время на часах: полночь. Пролетел целый день. Потом я догадался проверить дату и не сразу сообразил, что мы проспали целых тридцать шесть часов.
На меня таращился миллиард звезд. Они висели совсем рядом – казалось, достаточно протянуть руку, чтобы их потрогать. Зеленое завихрение унеслось прочь, оставив после себя толстое белое одеяло. Над моим плечом взошла луна, здоровенная, как рождественский пирог. Я прищурился. Если вскарабкаться на гору слева от меня, можно перейти на Луну и прогуляться по ней.
Борясь с дремотой, я мысленно составил список из двух позиций: еды и воды.
В окруженном горами аэропорту Солт-Лейк-Сити отменены все рейсы из-за непогоды. Двое случайных знакомых, Бен Пейн и Эшли Нокс, решают лететь на маленьком частном самолете. Эшли опаздывает на собственную свадьбу, а хирург Бен – на важную операцию. К несчастью, самолет терпит крушение в горах. Пилот погибает, и два мало знакомых пассажира остаются наедине друг с другом среди заснеженных вершин. Чтобы спастись, им придется совершить невозможное…
Я нашел свою шерстяную шапочку и нахлобучил ей на голову, закрыв уши и лоб, но не глаза: не хотел, чтобы, проснувшись, она решила, что умерла или ослепла.
Теперь, когда Эшли тепло и сухо, я вспомнил о себе: мое дыхание участилось, пульс зашкаливал, боль в груди усилилась. Я спрятал руки в карманы куртки и улегся рядом с Эшли, чтобы ее тепло распространилось и на меня. Песик тут же принялся гулять по моим ногам, покрутился в поисках собственного хвоста и наконец угнездился между нами. По его виду можно было подумать, что он поступает так не впервые. Я уставился на засыпанное снегом тело Гровера.
Когда я зажмурился, пальцы Эшли нащупали сквозь ткань куртки мою руку. Я сел и увидел, как шевелятся ее губы, но слов не разобрал. Я подвинулся к ней поближе. Ее пальцы сжали мою ладонь, губы опять зашевелились.
– Спасибо…
В окруженном горами аэропорту Солт-Лейк-Сити отменены все рейсы из-за непогоды. Двое случайных знакомых, Бен Пейн и Эшли Нокс, решают лететь на маленьком частном самолете. Эшли опаздывает на собственную свадьбу, а хирург Бен – на важную операцию. К несчастью, самолет терпит крушение в горах. Пилот погибает, и два мало знакомых пассажира остаются наедине друг с другом среди заснеженных вершин. Чтобы спастись, им придется совершить невозможное…