— Боги не решают наши проблемы за нас, родная. Они лишь направляют нас и помогают справиться самим, — немного подумав, ответил мой любимый. — Если бы они вмешивались каждый раз, как на нашем пути возникало препятствие, я бы, наверное, до сих пор тешил себя иллюзиями, что моя тяга к тебе, возникшая еще в первый день знакомства, пройдет, как только я избавлюсь от тебя. Ты бы уже стала женой крылатого, а я всю оставшуюся жизнь грыз бы себя из-за этой потери. Осознание все равно бы пришло, но настолько поздно, что исправить уже ничего не вышло. Божественное невмешательство помогло нам не потерять друг друга. И этот поединок… Я тоже считаю его справедливым. Я не маленький вампиренок, чтобы дядя Вечный пришел и погрозил пальцем злым горгулам, полностью решив за меня проблему. Я всегда буду помнить, как тяжело мне досталась самая невыносимая человечина.
На церемонии я был нетрезв и непочтителен,поэтому торжественность момента проплыла мимо меня.
Когда любовь придет в твой род
Звезда удачи вновь взойдёт.
Юноша вздрогнул, пробудился от дремы, покачнулся и бодро заметил:
— Однохренственно… то есть охренительно… я хотел сказать… естественно, батюшка! Все под богами ходим.
— Под богами?! — взревел Роман Евстафьевич, поднимаясь. — В твоем случае — под жирной мухой!
Мы, мужчины - все стайные, если кому-то понравится девушка, сразу появятся желающие за неё побороться. Удовольствие будет в любом случае. Или от девушки, или от драки.
— Учимся наглости? — усмехнулся маг, и я кивнула с радостной улыбкой. — Полезный навык.
Ну, надо же! В этом доме вообще знают такое слово, как приличие?! Два лорда врываются в спальню
к незамужней девушке, это… это… К Проклятой, это было забавно. Я хмыкнула, вспоминая их лица,
когда ругала их, и засмеялась в полный голос,
Люди мечтают жить вечно. Это одна из главных идей человечества. А тут, имея подобную возможность,
сами идут на смерть. Хотя… Может и от жизни можно устать
— Прости, — рыкнул преобразившийся монстр.
— Переживу, — проворчала я. — А курточку-то опять порвал.
— Маленькая жмотина, — фыркнул курносый упырь, и цепи жалобно звякнули, оборванные одним движением.
— Бережливая, — не согласилась я.
— Отстань, — отмахнулся вампир, разминая с хрустом шею. — Потом поругаемся.
— Договорились.
— Гадость моя, ты там еще?
— Нет, я уже ушла, — отозвалась я, покрепче обнимая ствол.
— И давно? — полюбопытствовал вампирюга.
— Вчера, — рявкнула я.
— Ну, тогда я пошел тебя догонять, — хохотнул Элион, и он действительно куда-то пошел.
Я беспокойно заерзала на ветке, пытаясь скосить один глаз. Вампира внизу не было.
— Элион, — тоскливо позвала я. — Элион.
— Он ушел, — ответил мне жутковатый рычащий голос.
— Мама, кто там? — взвизгнула я.
— Не знаю, — задумчиво отозвался голос.
— Кто говорит со мной? — уже более истерично потребовала я назваться неизвестный голос.
— Эхо, — голос упорно издевался.
— Элион! — крикнула я, все-таки склоняясь вниз.
— Его там нет, — ответил голос.
— А где он?!
— Здесь! — рявкнули мне в ухо, когтистые лапы обхватили плечи, и за моей спиной захохотали.
И кто только принес в его дом чужаков, желающих отобрать сокровище хёгга? Глупцы… Разве может дракон отдать то, что признал своим? Разве может расстаться? Потомки черного огнедышащего Лагерхёгга всегда ценили золото. Их завораживал желтый металл, дарил покой и силу, успокаивая ярость внутри. Но Краст нашел иную драгоценность… Не золото — серебро… Шелковое, нежное, такое желанное серебро…
Ветра всегда приходят не вовремя.
Так говорят в Дьярвеншиле. Ветра и беды.
А еще — незваные гости.
Ты умный. Только умный может признать себя неправым и незнающим. Ведь всегда есть тот, кто знает больше тебя.
от книжек идет зараза вольнодумства и бессмысленные фантазии. Нужно жить сегодняшним моментом, а сегодняшний момент требует силы и ловкости. Силы — чтобы победить врагов, ловкости — чтобы суметь воспользоваться победой и победить в интригах у Трона.
Мужчины, они такие. Пока дети — хорошие, добрые, умные. А вырастут — куда чего только девается.
Футбол - это интерпретация пространства.
— Вы меня целуете, — с подозрением сказала она.
— Еще чего, я пытаюсь отгрызть тебе руку, — легко засмеялся Элион, поцеловал ее ладошку и звонко щелкнул зубами. — Видала? Ну, что развалилась, спать потом будем. Бестолочь мелкая.
— Вы обещали быть нежным, — заворчала она.
— Сейчас я отвешу тебе нежного пинка, дорогая, — с деланной угрозой пообещал вампир.
— Вы меня раздражаете, — начала заводиться девушка.
— Врешь, я тебе нравлюсь, — подмигнул Одариан, подсаживая ее.
— Когда спите, — тут же ответила она.
— Ты во сне тоже ничего, — уже с менее добродушной улыбкой произнес вампир. — Если б рот не открывала, была бы вообще красавица.
— Ну, что вы, жемчужинка, куда мне до вас, — ехидно ответила Лиора.
— Удавлю, пакость мелкая, — недобро пообещал вампир.
— Испугали, муси-пусичка, — продолжала издеваться она.
— Ненавижу тебя! — рыкнул Элион.
— А уж, как я вас, — рявкнула Лиора.
— Я не утверждаю, что она воровка, но шпионкой она может быть вполне. — У тебя имеются точные сведения?.. А ты уверен, что ты сам не шпион при мне? — взорвался отец. Арсений отвернулся и улыбнулся, потупив глаза. — Знаешь, ты довольно странный человек, отец, — сказал он напоследок. — Да, характер мой всегда отличался…
Мужчина смотрел на неё сверху вниз, как на букашку. Эта женщина ему и казалась сейчас каким-то насекомым. Может, самкой богомола, может еще какой гадостью. Кто там у нас паразитирует на собственных детях и жрет сородичей?
Спорить и оправдываться Медведь не стал. Он вообще считал ниже своего достоинства спорить с женщиной, особенно, если это мама.
Я не пытаюсь вписывать тебя в свою жизнь, это даже звучит оскорбительно, а меняю свою жизнь так, чтобы она подходила тебе…
— Мои расходы придется возместить горгулу, — отозвался Одариан, наливая себе очередной стакан.
— С чего это? — деланно удивилась я.
— С того, что его женушка транжира, — осклабился вампирюга. — Напомни записать потраченную сегодня сумму, когда вернемся в гостиницу.
— А вы еще и скряга, — удовлетворенно усмехнулась я. — Хам, грубиян, лишенный всяких приличий тип, теперь еще и скряга.
— Благодарю, — он с достоинством поклонился, — у моей личности много граней.
— Да, вы, дорогой мой, прямо бриллиант, — ехидно хохотнула я.
— Чистейшей воды, — произнес он. — За бриллианты.
— Или за их пыль, — фыркнула я, поднимая вместе с ним стакан.
— Под маленькими безжалостными ножками ядовитой заразы, — закончил тост упырь.
— Гадость моя, — он смотрел на меня с явной иронией. — Ты никогда не слышала слово — книга?
— Ну, что вы, Элион, я вообще читать не умею, — ответила я, отодвигая от себя пустую тарелку.
— Как плохо обстоит дело с воспитанием княжон, — вампир поставил локти на стол и уместил подбородок на ладони. — А дневник?
— Няня писала под диктовку, — деловито кивнула я.
— У твоей няни красивый почерк, — подмигнул мой телохранитель.
— Спасибо, я ей передам…
— Когда? — вампир изумленно изломил брови. — Ты ведь едешь к мужу, не забыла?
— Выпишу свою няню нашим с горгулом детям, — мило улыбнулась я.
...Поколение NEXT, поколение, выбирающее пепси, презервативы "Дюрекс", доллары и третье тысячелетие... Сколько их, поколений, гордо именующих себя "новыми"... Но есть одно, существующее параллельно, то, о котором так хочется забыть даже тем, кто с ним незнаком, будто и нет его вовсе. Поколение-призрак. Поколение войны,…
Пожалуй, если бы мы действительно могли беседовать, я бы сказала ей, что благоволение Императора — штука в высшей степени ненадежная. Она что ветер в ивах, как знать, куда подует, очарованный шелестом листвы…