Люди — до смешного простые существа. Даже самые сложные решения мы принимаем, опираясь на базовые инстинкты.
Голова кружилась, ноги подгибались, но сознание упорно не желало отдавать бразды правления! И панически орало: «А я говорило! Не надо было лезть! Надо было полицию взывать! Сейчас тебя убьют — что взять с уголовника! А труп с балкона выбросят! А кто отчет полугодовой сдавать будет?».
— Что делать, Харитон?
Кот почесал за ухом и мудро смолчал. А, может, до сих пор дулся. За то, что был подвергнут грязному надругательству в виде мытья.
Нет, мытье деревенского — ну, или дачного кота — это только перевод воды. Но Алена твердо решила. Во-первых, кот, со своей стороны, так же твердо решил у нее харчеваться, и Алена даже купила ему кошачьего корма, который Харитон с аппетитом трескал. А во-вторых, он еще так же твердо решил с Аленой спать. А такого грязного кавалера пускать в постель нельзя!
Вопли Харитона слышала, наверное, вся их улица имени Мичурина. Но, надо сказать, только воплями дело и ограничилось. Когда Алена, после «купания красного коня» в красном же тазу вышла на крыльцо, там уже над забором снова торчала голова соседки. Нина Ивановна подвергла особо тщательному осмотру руки Алены и, судя по лицу, очень огорчилась отсутствию царапин на них. А вот такой у Алены кот. Умный! Громкий, но умный.
...одиночество имеет разный вкус. В зависимости от того, что именно оно у тебя отнимает или оставляет.
А утро началось с вопросов: «Ну что, не встаешь? За окном уж заря… Неважно, что лишь полшестого! Чего удивляешься? Это ты зря! Не зри на меня обалдевши. Забыла, хозяйка, у нас же игра! Твой Рохо с двух ночи опять не евший!!!»
- Как обстановка?
- Как в имперском танке - глухо, трясет и водитель пукнул.
"Стильно, можно, молодежно!"
Люди расступились. Надо же, какое трогательное единодушие в том, чтобы дать ближнему своему сделать то, что тебе самому делать не хочется.
Дед всегда повторял: уходить нужно вовремя.
Без истерик.
Без попыток доказать свою правоту.
Просто исчезнуть, пока ещё остаётся уважение — хотя бы к себе.
Я молчу. Потому что умничать с психопатом — это безлимитная контрамарка на американские горки с расшатанной вагонеткой под списание.
— Иногда, — добавляю я, глядя в пустоту перед собой, — единственное, что может спасти, — это непоколебимая вера. Даже когда невыносимо страшно. Когда ничего не понятно, когда всё вокруг кажется иллюзорным…
Если ты солжёшь мне ещё раз — этот раз будет последним. Не потому, что я упрямый ишак или хочу тебя наказать. А потому, что доверие — вещь невосстановимая. Я просто больше не смогу тебе доверять. А без доверия у нас нет будущего. Как бы сильно мы ни любили друг друга.
Я получаю радость, когда слышу, как смеется зал. Я получаю радость, когда вижу улыбки детей и взрослых. Я получаю радость, когда после наших реприз раздаются аплодисменты. Обо всем этом я думаю, пока иду домой.
Публика любит посмеяться. Я твердо верю в то, что смех укрепляет здоровье и продлевает жизнь. Минута смеха — на день больше живет человек. В среднем наши коверные находятся на манеже тридцать минут за вечер. Так, посмеявшись на одном спектакле, люди продлевают свою жизнь на месяц. Не случайно древняя восточная пословица гласит: «Один клоун, приезжающий в город, дает людям больше здоровья, чем сто ишаков, нагруженных лекарствами». И мне кажется, что зрители это инстинктивно чувствуют.
В каждой поездке мы скучаем по дому. И чем длительнее гастроли, тем больше тоскуешь по родным, друзьям.
Помню, как мы вернулись в Москву из Южной Америки, где работали почти полгода. В аэропорту меня встречали родные. Они взяли с собой и моего трехлетнего сына Максима. Кинулся я к нему радостный:
— Здравствуй, сынок!
А он посмотрел на меня со страхом и, робко протянув ручку, сказал:
— Здравствуйте, дядя.
Странные судьбы бывают у артистов цирка. Мало в каких книгах, рассказывающих о цирке, об искусстве клоунады, в специальных справочниках упоминается фамилия клоуна Сергеева. Но кого из старых опытных артистов ни спроси о нем, тут же воскликнут:
— А-а-а!.. Сергеев. Мусля! Это гений. Таких больше нет.
(Клоун Мусля. В Энциклопедии цирка о нем восемь строк)
Как бы подробно ни рассказывалось о клоунах, мне трудно представить, какими они были на самом деле, как работали. Клоунов нужно видеть своими глазами на манеже, чтобы иметь о них полное представление.
Искусство клоунады рождается при непосредственном контакте зрителя и артиста.
В годы моего детства многие отмечали Рождество. Но нелегально, дома. Запрещалась и елка. Во многих школах висел тогда плакат: «Не руби леса без толку, будет день угрюм и сер. Если ты пошел на елку, значит, ты не пионер».
Рыцарь устал, меч затупился, а конь почти издох, моя принцесса, с этими драконами придётся сражаться самому.
У текилы ритуал нудный:лизнуть, куснуть, соснуть.
Бойкий вертун догнал серую шкурку в два счёта и безжалостно расправился с ней. Лисса оглянулась по сторонам в поиске вертуна супруга, но Снежки рядом не оказалось. Где носит этого зверька?
Ленивец на достигнутом не остановился и быстро забрался под шкуры. Через время он вытянул оттуда ещё парочку придушенных крыс.
— Ваш зверёк хорош! — уважительно отозвался управляющий, оценив, с какой лёгкостью маленький вертун истребляет докучливых вредителей. — Наши капканы не всегда справляются.
— Хорош, — согласилась Лисса. — Только сегодня в своей постели я могу обнаружить дохлую крысу. Вертуны любят делиться трофеями.
Кот выскочил на тротуар и потянулся, тут же заслужив одобрительный взгляд от проходившей мимо хорошенькой девушки.
— Несправедливо, — заметил я, подхватывая Савелия на руки. — Ты привлекаешь внимание, ничего не делая, просто потому что кот и существуешь.
— Смирись, — важно ответил Хранитель. — Коты созданы, чтобы украшать эту жизнь, и вы никогда не выдержите с нами конкуренции.
я полностью убеждена, да и жизнь доказала мне это не раз, не суетись – и все случится так, как надо.
– Вы знаете, я однажды влюбился в прекрасную девушку, фею, Белоснежку, если хотите, но потом оказалось, что это всего лишь старая ведьма, принявшая облик ангела. Теперь мне противны Белоснежки, ведь в глазах каждой я боюсь увидеть все ту же ведьму.
– Творчество – понятие субъективное. Вот возьмем, к примеру, фильм Михаила Козакова «Покровские ворота». Ведь чудесный фильм, не правда ли, все согласны?
– В этом я с вами соглашусь, – сказала Лёлька, остальные просто покивали.
– Когда он вышел в первый раз на экраны, зритель воспринял его холодно, а вот через несколько лет, при повторном просмотре, зрители впали в полный восторг. Что изменилось? Фильм – нет, люди – нет, изменилось настроение в стране, изменилась атмосфера вокруг, воздух, если хотите. И вот это уже стал не жалкий водевиль, а шедевр киноиндустрии. Вспомните великих художников, музыкантов, писателей, которые ушли непонятыми и непризнанными. Ведь они не бросили свое дело только потому, что им кто-то сказал, что это плохо. Писали в стол, потому что не могли не писать, потому что физически начинали болеть, когда бросали свое ремесло.