Тебя сближает с другим человеком то, что ты родился вместе с ним, жил с ним в одной комнате, ел с ним, играл с ним, работал с ним и, судя по собственным воспоминаниям или воспоминаниям других, никогда ничего не делал без него. Все это сближает, делает вас почти незаменимыми друг для друга, но это совсем не значит, что вы…
Тебя сближает с другим человеком то, что ты родился вместе с ним, жил с ним в одной комнате, ел с ним, играл с ним, работал с ним и, судя по собственным воспоминаниям или воспоминаниям других, никогда ничего не делал без него. Все это сближает, делает вас почти незаменимыми друг для друга, но это совсем не значит, что вы…
А я маленькая ме-ерзость, а я маленькая гнусь…
В том и состоит опасность для процветающих цивилизаций: гражданин тут забывает, что его свобода в конечном счете зависит от его же воинской доблести.
Если женщина любит, то может простить всё.
Все мечтают о счастье, забывая, что за него надо платить. И платить немало.
— Ты — моя смородина, Люц. И красная, и чёрная. Красная — это Анетточка, которая ураганом ворвалась в мою жизнь и перевернула всё с ног на голову. А чёрная — это ты.
— Неяркая и незаметная? — я хмыкнула.
— Нет. Та, которую, раз попробовав, никогда не забудешь и не променяешь ни на что другое, — улыбнулся оборотень.
В ситуациях глубокого кризиса срочно необходимо аутентичное разделение — разделение между теми, кто хочет продолжать тащиться в рамках старых параметров, и теми, кто осознает необходимые перемены. Подобное разделение, а вовсе не оппортунистические компромиссы, и есть путь к истинному единству.
Компании-долгожители готовы продать свои фабрики и заводы. Предприятия – всего лишь средство заработка. Новые компании легко увольняют людей, чтобы сохранить заводы, в этом смысл их существования. Старые делают ровным счетом наоборот.
Женщина по сути своей должна напоминать реку: если преграду снести не удалось сразу - обтекай её. Будь мягче, нежнее - больше шансов добиться своего, а не висеть с пережатым горлом.
Жалость - самое бесполезное чувство. Оно не только ничего не дает своему хозяину, но и способно его погубить.
Вот так и Париж… разрушает нас потихоньку, сладостно, перетирает меж своих цветов и бумажных скатертей, заляпанных винными пятнами, сжигает нас своим огнем, не имеющим цвета, что вырывается в ночи из съеденных временем подъездов.
Вот так и Париж… разрушает нас потихоньку, сладостно, перетирает меж своих цветов и бумажных скатертей, заляпанных винными пятнами, сжигает нас своим огнем, не имеющим цвета, что вырывается в ночи из съеденных временем подъездов.
Вот так и Париж… разрушает нас потихоньку, сладостно, перетирает меж своих цветов и бумажных скатертей, заляпанных винными пятнами, сжигает нас своим огнем, не имеющим цвета, что вырывается в ночи из съеденных временем подъездов.
И вообще – если есть праздник, могут быть и террористы, которые решительно пожелают этот праздник испортить.
Сочувствовать меня совершенно не тянуло, вечная, знаете ли, проблема мажоров. Когда напакостить они могут, а отвечать – стесняются.
... я сейчас в таком состоянии, что спусти меня в Нил - и спасать придется крокодилов.
Жить хочется, знаете ли, а избыток доверия не способствует выживаемости.
...свое я буду защищать до последней капли крови. Капли крови - врага. Не свою же проливать?
Душевно ж мы осуждаем других за то, что с легкостью разрешаем себе.
«Лишь Зевсу ведомо, что будет впереди».
Вы любите друг друга — это счастье, очень редкое счастье... Когда любит один — назови это как хочешь: рабство, привязанность, уважение... Но это не любовь — любовь всегда взаимность!
Каждый по-своему видит смысл жизни... И по-разному его теряет...
Тихий человек не значит мягкий.
— Мне требуется срочная помощь, – заявила она. – Я хочу заявить о преступлении. У меня украли здравый смысл.