Да, был бы у меня такой домик, бывший бы от зависти на воротах удавился. Он так гордился своим гектаром… а тут – вот просто, насколько взгляда хватает, вся земля принадлежит лэрру. На ней есть арендаторы, это я поняла из разговоров. И города на земле хозяина есть.
Платят аренду, платят пошлину, не то чтобы много, но на хлебушек с маслом хватает. И на бочонок икорки в кладовке. Эх, посмотреть бы местную бухгалтерию… аж руки зачесались.
Ладно. Начнем с того, что читать и считать научимся, а уж потом…
А потом я вам покажу, что такое бухгалтер с опытом. Все построю и присчитаю.
– Ладно, суть понятна. Ты богат, у тебя есть наследники… и что им причитается?
– А вот тут самое интересное. Как ты понимаешь, не настолько хорошо я всю эту свору знаю.
– Добрый ты, барин…
– Не знаю, что такое барин, но любовью к родственникам я никогда не отличался и к себе особо не приглашал. Знаешь, сестричка у меня была такая… сначала на коврик встанет, а потом на голову влезет.
– Ты меня понимаешь, создание Хурта?
Чье-чье я создание? Ладно, авось не обматерили.
– Понимаю.
– Сработало. Не верил, а сработало.
– А разъяснения будут? – мрачно поинтересовалась я, двигаясь вперед объемами. – Что сработало, за каким тебе это надо было и что с нами дальше будет?
– Будут, а то ж, – согласился мужчина. – Дай минуту передохнуть, а то чуть не сдох, и все расскажу.
Я кивнула.
Передохну́ть – не передо́хнуть. Надеюсь.
Растить пятилетних близняшек все равно что жить в коммунистическом государстве.
А твоему зверинцу женская рука не помешает. При хорошей бабе — и нелюдь человек!
Осознание собственных ошибок, к сожалению, не всегда дает возможность их исправить.
— В мире нет ничего безотносительного. Ни идеальной красоты, ни совершенной гармонии,
ни абсолютного уродства, все зависит от того, как смотреть на предмет.
— Истинную ценность чего-то важного и особенного невозможно определить осознанием того, насколько это нужно или не нужно нам,
Все дело в том, что ум с сердцем не в ладу. Наши инстинкты выбирают не добрых и хороших людей, а тех, с кем получатся дети получше. Это всего лишь химия и биология. Мы реагируем на запах, на тело, на голос. И тут подключается мозг, величайший иллюзионист. Он крупными мазками пририсовывает кандидату ум, честность, щедрость и прочие качества, которых у человека, может, и вовсе нету. И мы сначала страстно влюбляемся, а потом жестко разочаровываемся. И ведь никто, кроме биологии, не виноват.
...страхом можно подчинить,сломать,унизить,но нельзя заставить любить.
Если не знаешь, что делать, спроси у того, кто знает!
Мне кажется, существует какой-то космический принцип, по которому все окружающие жаворонки группируются и бросают жребий очередности, кто в каком порядке будет раздражать нервную сову. Они готовы на все, лишь бы не дать той урвать даже крохотный промежуток сна.
- Так вот, Холд, я из тех, кто верит, что жизнь нагнетает тучи лишь для того, чтобы ярче блеснуть и одарить меня удачей.
- Вера - это очень полезное качество... для неудачников.
Кажись, я допилась до крылатых хомячков.
Разыскивается квартирант с внешностью Аполлона, нравственностью Крокодила Гены и чистоплотностью господина Пропера для создания серьезных отношений с архитектурой частного сектора Холдона.
— Так, а что с личной жизнью?
Просто зашибись! Так хорошо, что страшно из дома выглянуть.
— Угадай, – мрачно предложила я. – Начинается на «п», заканчивается на «ц»!
Тина пару секунд соображала, а потом ее лицо расплылось в счастливой улыбке.
— Вау, Итка! У тебя появился принц! – заорала она, тряся руками.
Нет смысла, каясь, подробно рассказывать, как тебя воспитали родители, считавшие тебя на фоне твоих же ровесников чуть ли не избранным. Гораздо важней, как ты использовал то, что зрело в тебе.
А Элизабет умела убеждать: когда она сверлила человека своим пристальным взглядом, то буквально через несколько минут собеседник начинал ей верить и был готов идти за ней в огонь и воду.
Если сотрудники будут расползаться по хаотично создаваемым чатам и обсуждать рабочие вопросы в личных сообщениях в социальных сетях, то ваш эксперимент по переходу на удаленку превратится в тыкву быстрее, чем волшебная фея успеет произнести слово « дистанционный».
Кофеин похож на энергетическую кредитную карточку.
Жучара твой Игорь. Забудь о нем.
– Тебе же он понравился, – напомнила Катя.
– Естественно. Я же всю свою жизнь выбираю не тех. Как и ты, впрочем. Мы с тобой какие-то ущербные. Тянет нас на гниловатых. Я тоже повелась бы на Игоря. Он такой большой, сильный, серьезный, с виду надежный. Стена каменная. Но при первом ударе она посыпалась.
– Я люблю его.
– Придется разлюбить. Не впервой.
Печаль для него – как слишком тесный костюм, который хочется поскорее снять.
«Не ведите себя так, будто у вас разбито сердце, и оно не будет разбито».
«Если хотите быть успешной, одевайтесь так, будто вы уже успешны».
— Чувствую себя так, будто катаюсь на американских горках, хотя вообще не хотела идти на этот аттракцион. Но я уже села в вагончик и еду. Вверх, вниз. Выше, ниже. А теперь я не могу сойти.