Нет в мире справедливости! Ты либо свободное от условностей мерзкое отродье, либо скованная ими же милое дитя.
Знаете, когда женщина чувствует себя счастливой? Когда, вернувшись домой, скидывает с затёкших ног колодки на каблуке и расстёгивает лифчик.
...каждая из них надеется, что окажется той самой, что сможет изменить бабника. Дуры наивные. Таких козлов разве что гроб исправит.
Если ты владеешь вниманием, глазами толпы, ты можешь заставить ее увидеть все, что угодно.
...из кармана ветхого пиджачка достал красную гвоздику, сорванную вчера в смутное время сумерек под самым носом у сторожа, засунул ее
за рамку, устремив на Пречистую благоговейный взгляд. Потом опустился на колени. Раньше товарищи посмеивались над его набожностью, но потом привыкли и не обращали на него внимания. Он начал молиться: на детском лице появилось просветленное сосредоточенное выражение, длинные тощие руки с мольбой простерлись к Богоматери, и он совсем стал похож на отшельника-аскета. Глаза его горели, неузнаваемо изменившийся голос дрожал от чувств, неведомых другим членам шайки. В такие минуты он забывал, кто он и где он, и ему казалось, что он уносится куда-то далеко-далеко от старого пакгауза, и рядом с ним стоит Пречистая Дева.
Запомни, Ань, раз уж ты решила играть по правилам мира разных деловых акул и денежных китов — там, где на кону стоят большие бабки, доверять нельзя никому, даже своим рукам. И глазам.
... я за то, чтобы каждый имел право на собственное мнение. Но в нашем городе существуют определенные… негласные правила, которые лучше не нарушать. ... Он словно намекал на то, что ее дальнейшая судьба в газете может зависеть от ее поведения и от того, какие темы она выбирает для своих статей.
Но даже если истина и честное слово — лишь иллюзии, кто-то должен стремиться к ним, не находите? Иначе мир окончательно погрузится во мрак цинизма и лжи.
Мужчина покосился на кота, который демонстративно встал к нему филейной частью и даже хвост поднял, чтобы продемонстрировать всё, что находится под этим самым хвостом в знак презрения к существу, пришедшему в его избу.
иногда любовь похожа на натянутую тетиву – чем сильнее напряжение, тем дальше полетит стрела. Нужно только выдержать этот момент перед выстрелом. Вместе.
Победа не имеет смысла, если не с кем разделить её радость.
Если работу невозможно выполнить впятером, значит её вообще невозможно выполнить.
Что не развивается, то застаивается, а потом и вовсе деградирует.
Нам ведь всегда известно лишь то, чего мы не хотим и отчего нам нынче плохо.
— ...Если хочешь жить — выжги себя изнутри. В тебе не должно остаться ни любви, ни жалости, потому что это слабость, а слабость — это смерть. Если ты слаб — ты добыча. Вот и все.
— Но ради чего тогда жить?
— ...Когда чаша страданий переполнена и утягивает вниз. Это хорошее время.
— Что же в нем хорошего?
— В том, что дальше дна двигаться некуда. И теперь только ты делаешь выбор — остаться на дне или оттолкнуться и всплывать на поверхность.
Одному Гордону светила счастливая звезда, и даже он, не проявив воли, бессильно влился в общую унылую колею.
Только напрасно убеждать себя, что бедность, которую сам выбрал, избавляет от непременных бедняцких напастей. Дело не в бытовых трудностях. Их, положим, перенесешь. Нехватка денег повреждает мозг и душу. Едва доход падает ниже определенной точки, ум скудеет и чувства гаснут.
Вера, надежда, деньги – лишь святому под силу сохранить первые две без третьего.
Никакой революции не будет, пока торчат в окошках эти фикусы.
Нет, вероятно, большей жестокости к ребенку, чем отправить его в среду деток из значительно более богатых семейств. Никакому взрослому снобу не приснятся муки такого малыша.
Поскольку Комстоки являлись семейством хоть бедным, но благородным, нельзя было не выкинуть дикую сумму на «образование» Гордона. Страшная штука «образовательный» психоз!
В разнообразии людских пород только художник позволяет себе заявить, что он «не может» работать.
Деньгами книги и пишутся, и выпускаются, и продаются.
Сокровенные чувства к покойному наиболее точно и конкретно измеряются весом надгробия