Ситуация полным ходом шла к большой, полноценной мировой войне. А такие на его вкус являлись сущим безумием…
Ведь война — это что?
Продолжение политики иными способами.
А политика чем является?
Правильно, искусством управления.
Управления чем?
Хозяйством.
Вот в сухом остатке и получалось, что война просто один из способов хозяйственной деятельности. Мировые же войны в эту парадигму не вписывались совершенно, потому что нарушали принцип рациональности. Иными словами, не окупались. Превращаясь в совершенно людоедский формат войны ради войны. Поэтому Алексей и считал такие дела откровенным бредом и безумием…
– А что вы скажете о Дали?
– Очень не в моем духе, но блестящий. Я его не люблю. Он – спекулянт, но в большом смысле. Очень большой мастер.
Я – жертва кино. Оно для меня реальнее, чем жизнь. Кино, конечно, легковеснее литературы, и оно подействовало на меня сильнее. Теперь, правда, не так. Значит, я изменился.
Святослав Теофилович говорит и о литературе: «Нет смысла читать произведение, если его не хочется прочитать пять раз». Один просмотр фильма, одно прослушивание сочинения, однократное чтение литературного произведения, по его мнению, не может дать полного представления о них, так же, как нельзя за один раз смотреть более пяти картин.
— Ухсукаблять…
— Ч…чего? — сглотнув, уточнил я.
Алиса продолжала всё так же неестественно улыбаться, а потом подняла свои глаза и, взглянув на меня ледяным взглядом, проговорила.
— Я сказала. Ну зачем все же так усугублять?
Только ведь не бывает лжи во спасение, девочка. Эти себе в оправдание придумали те, у кого не хватает мужества отвечать за свои поступки.
Почему слабый мелочный завистливый человечек смог погубить такую благородную и великую личность, как мой отец? Или ненависть сильнее доброты? Ложь сильнее правды? А может, бороться со злом можно только теми же методами?
Проходя через сильную боль, ту, которая убивает, человек становится гранитом. Его больше никогда не сломать.
Любовь – это подарок. Не всем везет его получить. Это огромная удача, редкое небывалое счастье, полюбить. Тысячи семей живут вместе, воспитывают детей, внуков, стареют и умирают в одном доме, дай боги испытывая друг к другу симпатию или приязнь. А ведь бывает и ненависть. И это не мешает их детям поступать точно так же, и точно так же выбирать пару не по велению сердца, а по тяжести кошелька или громкому титулу.
— И что ты предлагаешь? — наконец спросил государь сына после затянувшейся паузы.
— Немедленная ликвидация Людовика и Иосифа.
— НЕТ! — резко рявкнул, вставая Петр.
— Почему?
— Они помазанники Божьи!
— Мы их убьем со всем уважением к их положению.
Есть такой сорт людей – самых мерзких на свете. Им хорошо лишь тогда, когда плохо другим.
— Я в свое время слышал эмпирическое правило. Назначая интенданта на должность, через три, край пять лет, его можно вешать. А потом начинать расследование, чтобы понять — за что. Спокойно. Без зазрения совести, ибо совершенно точно будет за что его так сурово наказать.
Уже пятнадцать лет он тут кошмарил реальность.
Уже пятнадцать лет пытался изменить естественный ход истории.
И, черт возьми, ему нравилось то, что получалось!
Я пнула Даршо в бок острым локтем, вызвав на его красивых губах лишь злорадную усмешку.
Как умудрилась ПНУТЬ ЛОКТЁМ?
Крик – лучшее психологическое оружие женщины!
– Мы очень разные. Кажется.
– Конечно, разные. Он – мужчина, ты – женщина. На этой разности потенциалов весь мир крутится.
Он все же человек простых жизненных принципов, несмотря на отца – крупного бизнесмена и «Ролекс». В них входит удовлетворение базовых инстинктов и работа. А любовь – это химера. Как говорится, порядочный химик в двадцать раз полезнее всякого поэта.
С любимым и в гробу не тесно!
– музыка то, что делает наши души чище, светлее. Музыка помогает нам переживать самые непростые времена, именно к ней обращается человек, чтобы погрустить или порадоваться.
– Любые отношения необходимо начинать с доверия.
Зависть – плохое чувство, зависть губит в человеке всё хорошее, толкая на необдуманные слова, и даже поступки
Вот и прекрасно, “герцогиня попросила отрез ткани” звучит куда лучше, чем “герцогиня утащила занавеску”.
Люди, радуйтесь, что мы оборотни, а не вампиры, к некоторым «творцам» я бы лично являлась кровь пить!
Когда ты целишься по детям, то всегда попадаешь в их родителей.
— Как марен я одобряю твое скупердяйство. Как начальник видовой полиции напоминаю, что живу у тебя исключительно по служебной необходимости.
— А между двумя этими ипостасями мужчина не пробегал?