Серия «Поттериана»
Большой-пребольшой приквел к "Тварям" и ещё больший приквел к "Гарри Поттеру". Россия - огромная и загадочная страна, в которой всё не как у людей. Именно туда отправляют молодого Нью-Йоркского мракоборца Персиваля Грейвза. Среди сугробов и шапок-ушанок его ждут новые знакомства в лице британских агентов и загадочных русских аристократок, московские трущобы и роскошные балы. И Геллерт Грин-де-Вальд, который пытается похитить бузинную палочку.
Сэр Махи Аинти набирает себе новых учеников, способных к Истинной Магии. Среди них Луна Лавгуд и один из ребят, сосланных из Ехо за шалости с клубом Дубовых Листьев. Точка сбора - свеженькая реальность города Шамхум, а оттуда и до Кеттари рукой подать, где наших героев ждут новые приключения.
Любите особенного Гарри Поттера? Этот Гарри Поттер круче всех волшебников мира вместе взятых... Можно сказать, что написано по заявке 264 с конкурса «Редкое явление». «А было ли всё это не напрасно?» События после книги «Врата Птолемея», Бартимеус пытается понять была ли смерть Натаниэля не напрасна и получилось у них изменить тот мир, возможна встреча с другими джиннами в Ином месте.
Какие могут быть логические аргументы и доводы, когда всё внутри кипит и вопит: «Беги. Беги, пока не стало слишком поздно».
— Жалкая маггла смеет спорить со мной? — ещё сильнее усмехнулся Люциус, давая понять девушке, что совершенно не уважает её. — Да, смею! И я докажу вам, Люциусу Абраксасу Малфою, чистокровному волшебнику до мозга костей, что вы глубоко ошибаетесь в вашем высказывании! Я могу творить волшебство! — слегка вспылила Лиза.
Зеленые глаза преследовали ее повсюду, куда бы она ни пошла. То ли правда, то ли игра воображения. Дафна не могла отделаться от мыслей о Гарри, о его раскрасневшемся лице, алых, искусанных губах, о жилке на его шее, подрагивающей от напряжения... Поттер не подходил к ней, но искал встреч, может, даже неосознанно. Нарочно задерживался после занятия, чтобы проводить ее взглядом; спешил к теплицам, чтобы опередить ее и позволить пройти мимо. И сверлил, сверлил, сверлил глазами, словно надеялся...
Набросив приватные чары на пространство вокруг себя, она выкашливает нежные лепестки и пытается не задохнуться. В груди разрастается агония, боль пронзает легкие и, кажется, само сердце и больше не отступает. А Гермиона морщится от ее хватки и обреченно смотрит на цветок нежно-молочной лилии, который лежит на старом пергаменте древней книги, на странице которой написан ее приговор.
Альберт Лайт пьёт по утрам чай и работает в книжном магазине. И все бы хорошо, вот только он совершенно не помнит, а кто он, собственно, такой.
Казалось бы, что может быть проще — пройти в третий раз хорошо знакомый лабиринт. Но если с тобой посылают непростого напарника, да ещё давнего школьного недруга, то всё может сложиться совершенно непредсказуемо.