Книги по тегу «нецензурная лексика»
— Руслан Каримович, там в приемной какие-то дети, — заглядывает в кабинет секретарша с растерянным видом. — Что за дети? — разворачиваюсь к ней вместе с креслом, все еще мечтая о чашке крепкого эспрессо. Вилена мнется, и это на нее совсем непохоже. — Вам лучше самому посмотреть, — выдает она наконец. Удивленно приподнимаю брови. — Да что на них смотреть? Я что, детей не видел? Это наверное дети кого-то из наших сотрудников. Вы обзвоните отделы, может они заблудились. — Они говорят, что они...
— Острая на язык, да? Посмотрим, насколько тебя хватит. Острячка. Да ты тут и дня не протянешь. Жаль, не увижу, как ты будешь бежать отсюда, сверкая пятками. Такие, как ты, умеют только языком трепать и жаловаться. — Я никогда не жалуюсь. Чего-чего, а этого вы точно от меня не услышите, Архан. Он повернул голову, будто изучая меня. Хотя как он мог что-то изучать? Он же ни черта не видел. — Архан, значит, — повторил он тихо, с какой-то насмешливой ноткой. — Быстро осваиваешься. Зря… *** ...
Меня зовут Вячеслав. Мой позывной — Четвертый. Работаю на Родину там, где другие бессильны: раскачиваю «лежачие камни» — устраняю врагов, кто мешает людям нормально жить. Иногда словом, иногда пулей. Меня считают не совсем вменяемым, если верить записанному в личном деле страшному диагнозу, но в Отделе Зональной Ликвидации есть для таких, как я, отдельный проект «Вернувшиеся». Для меня всё это реально: и попаданство, и смешение личностей, и галлюцинации вероятного будущего. А они изучают...
В ОЗЛ есть неписаный закон: офицеры носят позывные животных, а сержанты и исполнители номера. Наш герой был Четвёртым. Пока свои же не слили его в чужой стране без связи, без эвакуации, без надежды. Теперь кто-то наверху сворачивает проект, а тех, кого нельзя оставлять в живых, просто стирают. Но на «земле» есть другое правило: у взвода не может не быть командира. Последний живой во взводе и есть командир взвода. Единственный союзник Четвёртого — искусственный интеллект Тиммейт. Именно он...
Кто-то когда-то сказал, что у оружия не может быть имени и ликвидаторы носили номера. Но всё когда-нибудь заканчивается. Получив офицерское звание, а с ним и позывной, Медоед вернулся на Родину.
Позади осталась Америка, картели, киллеры. Пройдя враждебный ему материк по диагонали, он вернулся домой. Но чёрный список лиц, которые устали ходить по белому свету, очень велик и все они в Совете ОЗЛ. И в этот раз, судить будут не его, а он.
У него есть новая должность, но снова нет покоя, потому как покоя он, видимо, не достоин.
Ему запретили пересекать МКАД, потому как он слишком опасен и безумен по мнению кое-кого из Совета.
Вокруг — неорганизованность, самоустранение и волюнтаризм, и, к сожалению, не всё можно решить пулей.
Но Медоед обязательно бы попровал! На то он и Медоед! Однако, внезапно одобренный отпуск рушит все планы и не только его.
У крыльца местного универа стояли девчонки. Все красотки как на подбор: длинноногие, в шубках, в коротких юбочках, красивые… - Которая из них моя? – поинтересовался я у начальника. - Та, - кивнул он за угол, мимо всех тех красоток-студенток, на которых я смотрел. – С собакой дерётся. Собака чипированная, грязная, уличная. Девчонка на вид примерно такая же. *** В канун Нового года мне предстоит присмотреть за ключевой свидетельницей по важному делу. Она категорически против, а меня никто...
Когда мне было девять, Захар Морев выбрал меня объектом своей неприязни. Неуправляемый рыжий засранец. Мои нервы сдали в восьмом классе, когда я, наконец, сбежала в другую школу. Жалею, что не сделала этого раньше. Спустя пятнадцать лет какой-то Захар Морев покупает клинику, в которой я работаю. Высокий обеспеченный мужчина с медными волосами. Это ведь другой человек? Все выходные я молюсь, чтобы фамилия Морев была достаточно распространенной для забавного совпадения. Убеждаю себя, что страхи...
Юмористический фанфик, для тех кому за 40. Показательная история, основанная на почти реальном случае, повествующая о многогранности и многофункциональности ИИ чипов.
Долина Рудников — опасное место. Там гибнут даже умелые бойцы, а что делать тому, кто никогда не держал в руках ничего опаснее столового ножа?
Аврелий Титов—учитель из глубинки, переживший революцию и три года безжалостной войны с Немчинией. Судьба столкнула его с плененным немчуком, который оказался куда опаснее, чем думалось.
Теперь в старом селе никому не будет покоя.
Амина не ожидала, что лучшая подруга - Вика станет для неё соперницей за сердце любимого. К тому же чувства Амины к Никите явно не будут одобрены родителями.
- Как тебя?.. - негромко обращаюсь к девице, - Забыла твое имя. Обернувшись, она лениво осматривает мои голые ноги и словно для сравнения поднимает свою правую и вертит ступней. - Карина. - В моей комнате пыль. - Тебе сказать, где взять тряпку? - Нет, мне нужно, чтобы ты пошла и вытерла пыль в моей комнате, - играя простодушие, проговариваю я. Не нравится ей. Перекинув волосы на одно плечо, она высокомерно заламывает бровь. - А ты кто такая, чтобы я для тебя это делала? - Жена Адама....
Она: Мой самый важный день, самый радостный, день моего 18-ти летия, закончился тем, что отец отдал меня чудовищу. Кровь в венах стынет, от его планов на меня. Выживу ли я? Справлюсь ли? Он: Враг моей семьи, который надругался и убил мою сестру, должен заплатить по счетам. Теперь я должен сделать с его дочерью тоже самое. Только еще хуже, еще изощренней. Я втопчу ее в грязь, уничтожу, убью, и отправлю видео ее отцу. Таков план, только вот… *** В тексте есть: Очень жестокий герой Очень...
Что делать, если мужчина изменил, обозвав старой и никому не нужной? Правильно! Разочароваться в отношениях и полностью посвятить себя карьере. Но внезапно на пороге моего офиса появляются двое наглых, брутальных и настойчивых дикаря. Они купили мою компанию, и теперь я работаю на них. Новые боссы явно заинтересованы в более близком знакомстве. Ведь год назад мы уже встречались, а они этого не забыли… Однотомник. ХЭ с двумя мужчинами! Без насилия и принуждения! Внимание, в книге есть: ...
обычная волчица, заведующая волчьей лабораторией. Они несносные, наглые и очень обаятельные оборотни-коты, владельцы популярного среди нелюдей ночного клуба. Одна случайная встреча и нас крепко связывает двойная метка истинных. Сможем ли мы быть вместе, ведь у котов полно скелетов в шкафу, а мной одержим опасный, смертоносный дракон? В книге присутствуют откровенные сцены секса! Ненормативная лексика! Насилия и принуждения нет! # героиня с характером # наглые и хитрые коты ...
Моего отца посадили. Спустя год за решеткой, он внезапно звонит мне и просит приехать. Это было его предсмертное желание. И я поехала, потому что всегда была с ним близка и потому что любила… *** Огромная, покрытая росписью татуировок ручища обхватывает моё запястье, заставляя меня замереть на месте. Смотрю в сторону, на того кто посмел ворваться в моё личное пространство и чувствую, как моё сердце сбивается с ритма. Это был один из заключенных, который схватил меня, когда я проходила мимо...
Она понравилась ему совсем маленькой девочкой и он твердо решил, что когда она подрастет он непременно женится на ней и у них будет самая счастливая семья. Но жизнь диктует свои условия. Сколько всего придется пройти и испытать в жизни, что бы исполнилась детская мечта! или она только и останется мечтой??
Марат, ослеплённый жаждой мести за смерть своей сестры, решает нанести удар по её виновнику — майору Градову. Однако судьба играет с ним злую шутку, и вместо холодного расчёта сердце Марата наполняется настоящей любовью. Жизнь наносит новый удар. Василису похищает опасный конкурент Марата. Теперь ему предстоит бороться не только за свою любовь, но и за жизнь Василисы, принимая сложные решения. Сможет ли их любовь преодолеть все испытания, или Фемида вынесет свой безжалостный вердикт? ...
Современные любовные романы, Эротика, Остросюжетные любовные романы, Молодежная проза, Романтическая эротика
1 книга. 2 книга "Ненавижу... люблю тебя" * * * — Ненавижу тебя! — кричу, пытаюсь вырваться. — Убери от меня свои грязные руки! — Ночью ты другое орала, — ухмыляется это животное, заваливает меня на спину и нависает сверху, хрипло продолжает: — Просила глубже. Жестче. Умоляла не останавливаться. — Что? — в шоке смотрю на него. — Нет, я не могла. — А ты ничего, — заявляет он. — Никогда бы не подумал, что такая заучка как ты даст фору бывалым девкам. Ужас. Прошлую ночь не помню, а утром...
– Отпусти меня, или я закричу! – предупреждаю я в последний раз, хотя и понимаю, что угрозы его не остановят. Он весь – адреналин, и мое сопротивление для него – только провокация. – Конечно, закричишь. Стонать будешь, как и положено. Кто платит, тот и заказывает музыку. * * * До встречи с ним я не знала, что такое ненавидеть. Но он меня научил. Архипов из тех, кто все разрушает. После него только пепел. Руины из надежд, мечтаний и сердец. Бездушный. Испорченный. Подонок. Он сказал, что я...
— Почему вы решили вернуться?.. Из-за твоей послеродовой депрессии? — Климат Лондона не пошел мне на пользу, — улыбаюсь, уходя от ответа. — Серьезно?! — подкатывает глаза Арина, — Верится с трудом, но я все равно дико рада! Подруга даже примерно не представляет, какие чувства меня одолевают сейчас. Это нечто похожее на потребность снова побывать на месте преступления. — Денежко тоже в городе. Знала?.. Покинувший мои легкие воздух встает в горле плотным пузырем. Я разворачиваюсь к ней лицом...
— Ты мне больше не нужна, Надя. Мы разводимся. Я полюбил другую. Ни паузы. Ни «прости». Ни слов, чтобы смягчить удар. Просто отрезал, как хирург. А я сидела с вилкой в руке, и у меня дрожали пальцы. Не от шока. От осознания — я ведь чувствовала, что между нами пусто. Просто боялась это признать. — Я подумал, — продолжал он, так, будто читает список покупок, — я оставлю тебе ту квартиру, что была нашей, в центре. Немного денег на первое время. Всё-таки ты столько лет была рядом. —...
Четыре года за решеткой — хорошая школа жизни. Зона научила жрать что дают, спать когда можешь и не сдыхать когда больно. Мы держали свой угол, разбирались с мразями, наводили свои порядки. А меня грыз один вопрос — где Катя? Ради неё я сел. Угробил свою жизнь, похерил все планы. А она слилась без слов. Ни одного письма, ни хрена. Четыре года для неё — как будто меня не было. Стерла как грязь с подошвы. Сейчас даже думать о ней — как плевок в душу. Потом приполз Зорин. Бывший корешок, теперь...