Сьюзан Хилл принадлежит к числу самых многообещающих молодых писателей Великобритании и, хотя ее творческий путь еще невелик, уже завоевала три литературных премии. Она родилась в 1942 году в Скарборо, на йоркширском побережье, и окончила в 1963 году Лондонский университет, где училась английскому, филологии и литературе. Свою литературную деятельность она начала в Ковентри, критиком местной газеты, где проработала пять лет. С. Хилл написала семь романов и два сборника рассказов, а также...
Соединенное Королевство — маленькая страна (площадь 244 100 км2, население 57 миллионов человек). И тем не менее, на дорогах более 20 миллионов частных автомобилей. Разумеется, увеличение числа автовладельцев несет в себе большие преимущества, но, в то же время, создает новые проблемы — не в последнюю очередь заторы на дорогах и загрязнение окружающей среды. В «Пешеходе» Элспет Дэйви, шотландская писательница, родившаяся в 1920 году, мастерски высвечивает спесь, свойственную обладателям...
Хелен Хэрис родилась в 1955 году в Оксфорде. Она окончила Оксфордскую школу для девочек, а затем отделение современных языков Оксфордского университета. Первый ее роман под названием «На игровых полях зимой» (1976 г.) получил премию Клуба писателей за первый роман. За ним последовали в 1987 году роман «Ангельский пирог», а в 1990 году — «Парижские степи». Она опубликовала также около тридцати рассказов и выступала за границей под эгидой Британского совета с лекциями о современной британской...
«…В парадном не пахло ничем. Даже смертью. И тем более – мочой и фекалиями. Фекалиями… Муравей попытался улыбнуться собственной интеллигентности. Он полз на второй этаж по широкой лестнице. Как самый настоящий муравей. Если только муравьи могли существовать в таком адском холоде. И голоде. Засунутая в карман пальто рука слабо сжалась. На том месте, где теперь пустота. Ничего. Ни крошки от ста двадцати пяти граммов хлеба. Вязкого, словно глина. То, что полагалось ему как научному сотруднику Музея...
Профессор плакал, размазывая по лицу сопли пополам с кровью.
– Ну, вот, – гнусаво произнес он, в бессилии показывая испачканные ладони. – Опять. За что, а? За что, я вас спрашиваю?
Сосед по подъезду, сапожник Пантелей Бабыленко, поскреб затылок, посмотрел на сбитые кулаки.
– Вид у тебя придурковатый, Семионыч, – откровенно ответил он.
– А я виноват? – с надрывом произнес профессор…
«…Леня появился минуты через две. В легких туфлях и костюме. Даже куртку поверх пиджака не набросил. Но черную папочку прихватил. – Замерзнешь! – крикнул я. – С ума сошел? Он дождался, пока я поднимусь на крыльцо, и, выпуская изо рта пар, затараторил: – По Измайлову ситуация сложная. Скорее всего, мы сели в лужу. Ну… не мы одни. У «Комсомолки», «Известий» и «МК» ситуация такая же. Рассказываю коротенько с самого начала. Мужик разрабатывал язык для общения с братьями по разуму… – Поясни. ...
«…Давайте представим себе идеальный мир! Никаких болезней и немощной старости (наука в идеальном мире способна победить болезни и сохранить человеку вечную молодость), никаких проблем с природой и климатом, смерти тоже нет, интеллект прокачан до запредельного уровня, энергия добывается буквально из ничего, технологическая сингулярность достигнута… Здо́рово, правда? Чуть не забыл! Людей в этом мире тоже нет. Рай – только для сверхчеловеков. Простым смертным вход закрыт! Примерно такое счастье...
Шкатулка секретов – некий мистический артефакт, посланный в наш мир самим Мефистофелем. В нем заключены самые зловещие и самые опасные предметы, созданные им в недрах дьявольского пламени. Каждый из них может быть направлен только на совершение зла, используя порочные желания и слабости людей. Шкатулка секретов – это цикл рассказов о мужественных людях, способных сопротивляться чистому злу.
«…Эдик напился. А почему, черт возьми, и нет? Друзья закатили прощальную вечеринку – ему и товарищам, которые тоже вошли в состав седьмого космодесанта боевого корабля «Глаз стрекозы». С девочками вечеринка, как положено. У многих уже от одежды одни каблуки остались, хотя нет, это не каблук, это генмодификация ноги. К черту!
Он ткнулся носом в пышные женские груди, и тут же в ушах пикнуло, перед глазами вспыхнула голограмма…»
«…Хрустальный терем содрогнулся от пронзительного вопля. Гибкое юное создание с завитыми усиками, натертыми до блеска крылышками, алыми губками и приклеенными ресницами металось по залитой солнцем веранде и размахивало всеми четырьмя руколапками. Леди Т, что сидела в кресле прямая, как шест, лениво повернула голову, шевельнула усами и презрительно изрекла: – Что опять у тебя случилось, Мисс Я-не-вынесу-мусорное-ведро-не-накрашенная? – Ноготь сломался! – возопила Мисс, которая предпочитала,...
«…Машины времени стояли там же, где всегда, – на полке между курительными смесями и пузатыми коньячными бутылками. Гладкие бока машин прохладно и тускло блестели. Некоторые живокристаллические экраны дремали, другие корчили потешные рожицы. Мягких браслетов в упаковке видно не было, но Гарий хорошо знал, какие они – прозрачно-голубые, широкие, плотно и уютно охватывающие запястье. Машины времени стояли и с дружелюбным интересом смотрели на двух мужчин, остановившихся перед полкой. Табличка на...
«К западу от Аркхема много высоких холмов и долин с густыми лесами, где никогда не гулял топор. В узких, темных лощинах на крутых склонах чудом удерживаются деревья, а в ручьях даже в летнюю пору не играют солнечные лучи. На более пологих склонах стоят старые фермы с приземистыми каменными и заросшими мхом постройками, хранящие вековечные тайны Новой Англии. Теперь дома опустели, широкие трубы растрескались и покосившиеся стены едва удерживают островерхие крыши. Старожилы перебрались в другие...
«…Зеленым коридором мы прошли на выход из аэропорта. Зал для встречающих был почти пуст. «Рисовать воздух… – думал я, – это, пожалуй, интересно. Тут могут быть толк и смысл, если, конечно…» – Вот она, моя Агнесса, – Ханс ободряюще сжал мне локоть. – Не бойся, она хорошая. Хе-хе. Навстречу двигалось существо в бесформенной хламиде. На лице застыло выражение непобедимой скорби – точь-в-точь старая лошадь, которую ведут на бойню. Взгляд существа был обращен куда-то внутрь, как у девушки с...
Не дослушав этот поток бреда, я испуганно нажал паузу. Понятия не имею, что это было за произведение – видимо, кто-то из молодых авторов. Если это был набор советов по одежде, то он меня потряс: атомная бомба, трое детей, окаменелости, великаны, карлики… Что это могло значить? Я долго перебирал самые сумасшедшие варианты, но как ни бился, не смог придумать никакой связи со стилем одежды. Лишь слово «доктор» вызвало в памяти белый халат и круглое зеркало на лбу, а имя «Феликс» – фуражку, кожаный...
«…– Вас приветствует загробный коллектор. Благодарим за проявленное терпение. К сожалению, сейчас все двенадцать триллионов линий заняты. Вы находитесь в режиме ожидания.
Ваша очередь между кланом разумных головоногих, чей корабль сгорел в короносфере Альдебарана, и электронным вирусом, совершившим ритуальный суицид в несвойственной ему операционной системе.
Пожалуйста, ожидайте вызова Куратора-Распределятора. Еще раз благодарим вас за понимание…»
"Признаться, она тогда не принимала всерьез робкого Сергея, только шутила: в то время голову ей заморочил председатель колхоза — молодой, красивый, как кукла. Он был с ней очень вежлив, старался сам возить ее всюду на своем «газике». Часто сворачивал в лес, показывал, где в бору растут боровики, как их искать, заводил в такую чащу, что одна она не могла бы выбраться оттуда. Боровиков она так и не научилась находить в вереске, а вот голова ее очень скоро закружилась от «чистого, лесного воздуха»,...
«…Ответ пришел из белесого ниоткуда: – Потому что память в этой фазе существования недоступна. Накопление информации не происходит. – А на тебя, что ли, запрет не распространяется? Ты где? – Да здесь я… И не один. Нас тут несколько сотен греется. Перезвон смешков прокатился по пустоте. – Греется? Холода не чувствую… – А как это назвать? Пользуем как внешнюю память то, до чего можем дотянуться в материальной фазе. Мыслим если не полноценно, то сносно… В незримую беседу влились другие...
«…Но я расскажу тебе о том, почему я все-таки решился встать на тот путь, который навсегда изменил жизнь человечества. Дело в том, что я полюбил девушку. Она была христианка. Ее звали Диана. Мы работали вместе в госпитале. Я пытался ухаживать за ней, дарил цветы и конфеты, приглашал в дорогие рестораны. Она изредка принимала мои ухаживания, но была всегда холодна со мной и безразлична. Не сразу я понял, что тому виной мое увечье. Даже лучшие протезы того времени не могли скрыть отсутствие левой...