«На улице солнце. Дорога просохла. Вьется апрельская легкая пыль. И так сладко-больно глядеть на первую пыль, что может даже слеза застить глаз. А может, и так это – облако мимо летит, и никакой нету слезы, что, правда, за глупости такие!..»
«… – Ватсон, я вижу – у тебя флюс.
Я удивился:
– Откуда вы это узнали?
– Нужно быть пошлым дураком, чтобы не заметить этого! Ведь вспухшая щека у тебя подвязана платком.
– Поразительно!! Этакая наблюдательность. …»
Рассказы Галины Артемьевой – мудрые, тонкие и честные. Все они – о нас, обычных людях, живущих своей привычной жизнью. Это истории о радости и печали, об искушениях и тех обыденных чудесах, которые порой спасают нас в самые тяжелые моменты, о равнодушии и безграничной любви.
«Дурачок» – рассказ из сборника Галины Артемьевой «Чудо в перьях».
«Эх, грабли, грабли! Нельзя на вас наступать больше одного раза. Это в идеале. Реальность почему-то обожает повторения. Наверное, чтобы дошло окончательно и бесповоротно. Первый раз – это случайное попадание. Второй – намек на то, что лоб надо бы поберечь, раз грабли никуда не деваются. А третий? Это уже диагноз. Или – катастрофа....».
Великий фильм 1957 года режиссера Делмера Дэвиса с Ван Хефлином и Гленном Фордом был снят именно по этому рассказу Элмора Леонарда. Одноименная глянцевая поделка 2007 года с Расселом Кроу рассмотрения, как и внимания, не заслуживает вообще.
«Лесистая Волынь вся спряталась от глаз в своих обширных лесах. Где-то там ютятся белые домики, сверкнёт речка и опять леса и леса. Но не дикие леса Сибири, тайга, непроходимый склад стоячего и лежачего гнилья…»
«Мои религиозные убеждения исключают веру в земное бессмертие, однако и я склонен думать, что человек может по произволу продлить жизнь свою собственную или кого-либо из иных людей. В конце концов страшный закон смерти восторжествует на земле, но борьба с этим законом и даже временная над ним победа возможна. Вопреки мнению Декарта, я думаю, однако, что сила, противоборствующая смерти, не есть наш верховный разум. Я верю, что эта тайная сила заключается в нашей воле…»
«В семидесятых годах прошлого века самым безлюдным местом в Москве была Театральная площадь, огороженная с четырех сторон пестрыми, казенного рисунка, столбами, и сквозь них был протянут толстый канат…»
«И вот начались странные дни и ночи – дни и ночи непонятного томления. Любовь и смерть предстали в своей извечной правде.
Елена падала и вновь поднималась – и так возникали дни и ночи от бездны к полету.
Засыпала в тяжелом бреду…»
Серов Алексей Анатольевич родился в 1969 году в Ярославле. Окончил Литературный институт (семинар М. П. Лобанова). Член Союза писателей РФ. Автор двух книг прозы. В журнале «Наш современник» печатается впервые. Живёт в Ярославле.
«В небольшом трехоконном домике чиновника Побединского, стоявшем на крутом обрыве к гнилой речонке города N, произошло очень важное для обитателей его событие: вчера умер от скоротечной чахотки единственный сын хозяина, гимназист 6-го класса. Болезнь свалила его быстро...»
«Песчаный берегъ зъ Торресадодась съ многочисленными лодками, вытащенными на сушу, служилъ м?стомъ сборища ддя всего хуторского люда. Растянувшіеся на живот? ребятишки играли въ карты подъ т?нью судовъ. Старики покуривали глиняныя трубки привезенныя изъ Алжира, и разговаривали о рыбной ловл? или о чудныхъ путешествіяхъ, предпринимавшихся въ прежнія времена въ Гибралтаръ или на берегъ Африки прежде, ч?мъ дьяволу взбрело въ голову изобр?сти то, что называется табачноню таможнею…» Произведение...
«Болото вымостили булыжником. Среди булыжника поставили каменные ящики и перегородили их многими переборками. Каждый маленький ящик оклеили бумагой. В ящик положили: стол, стул, кровать, умывальник, Ивана Ивановича и его жену. У Ивана Ивановича есть бессмертная душа. У его жены – тоже есть. У Ивана Ивановича и его жены вместе – меньше бессмертной души, потому что они сильно отличаются друг от друга: Иван Иванович – мужчина и служит; жена его – женщина и хозяйничает. Различаясь так сильно, они...
«…Боярыня Морозова и княгиня Урусова – раскольницы. Они приняли все мучительства за одно то, что крестились тем двуперстием, каким крестился до них Филипп Московский, и преподобный Корнилий, игумен Печерский, и Сергий Радонежский, и великая четверица святителей московских. Во времена Никона и Сергий Радонежский, и все сонмы святых, до Никона в русской земле просиявшие, тоже оказались внезапно той же старой двуперстной «веры невежд», как вера Морозовой и Урусовой. Это надо понять прежде всего,...
«Осенью дьячок села Кочергина сбирался ехать с своим девятилетним сыном в губернский город Т. Он намеревался записать его в третий класс духовного училища. Под самый день отъезда дьячок ходил по крестьянским дворам, просил дугу; от священника он получил благословение на далекий путь и дегтярку с помазком.
Его сын, Иван Декалов, вымытый, причесанный, в это время спал дома на печи…»
«Иван Сизой матушке Москве белокаменной, по долгом странствовании вне ее, здравия желает, всем ее широким четырем сторонам низкий поклон отдает.
Год с лишком шатался я по разным местам, а все нигде не видал того, что я так люблю в Москве, – это ее глухих, отдаленных от центра города улиц, которые давно как-то назвал девственными, с их, так влекущей к себе сердце мое, поразительной и своеобразною бедностью…»
Аверченко Аркадий Тимофеевич (1881–1925) – русский писатель, журналист, редактор журнала «Сатирикон», один из самых известных сатириков начала XX века.
В книгу вошел авторский сборник «Рассказы для выздоравливающих», наполненный «шумом, весельем, беззаботностью, бодростью и молодой дерзновенной силой».
Вторая редакция нашумевшей истории.
Это история любви. О том, что это чувство может быть убийственным и молниеносным. А еще - настоящим.
Никаких аналогий с политикой не проводить, ибо выдумано от и до.
С глубочайшим почтением, ваша Ю.
Чилийский поэт и прозаик Роберто Боланьо (1953–2003) прожил всего пятьдесят лет и, хотя начал печататься в сорок, успел опубликовать больше десятка книг и стать лауреатом множества наград, в числе которых очень почетные: испанская «Эрральде» и венесуэльская – имени Ромула Гальегоса, прозванная «латиноамериканским Нобелем». Большая слава пришла к Боланьо после выхода в свет «Диких детективов» (1998), a изданный после его смерти роман «2666» получил премию Саламбо в номинации «Лучший роман на...
Свежая прелесть неба разливалась над зелеными деревьями и поющими птицами, радовала маленького Сусина; он строил укрепления из глины, а нянька, то и дело всплескивая руками, смеялась шуткам какого-то солдата.
Бойкие перья «литературных негров» графа Льва Николаевича Толстого могут привести к изменению истории. Граф пытается спасти ситуацию. *** Лев Толстой с помощниками сочиняет «Войну и мир», тем самым меняя реальную историю… Русские махолеты с воздуха атакуют самобеглые повозки Нея под Смоленском… Гусар садится играть в карты с чертом, а ставка — пропуск канонерок по реке для удара… Кто лучше для девушки из двадцать первого века: ее ровесник и современник, или старый гусар, чья невеста еще...
Корнета Вихрова вызывают среди ночи к постели раненого поручика Ржевского. Поручик, по-видимому, безумен, но он спас Вихрову жизнь, и корнет выслушивает его до конца... *** Лев Толстой с помощниками сочиняет «Войну и мир», тем самым меняя реальную историю… Русские махолеты с воздуха атакуют самобеглые повозки Нея под Смоленском… Гусар садится играть в карты с чертом, а ставка — пропуск канонерок по реке для удара… Кто лучше для девушки из двадцать первого века: ее ровесник и современник,...
Бушков А. Дождь над океаном: Фантастические повести и рассказы. / Худож. Е. Вельчинский. М.: Молодая гвардия, 1990. — (Библиотека советской фантастики). — 272 стр., 1р. 80к., 100 000 экз. Прошлое, настоящее и будущее нашей планеты крепко связаны между собой рукой молодого сибирского фантаста. Факты истории и сугубо фантастические реалии завтрашнего дня естественно переплетаются в замысловатый сюжетный ковер. Вопросы же, которые ставит и на которые пытается ответить автор, извечны — что есть...