Рассказ
«…Потапов положил в папку-дело справку из УП 288/16, достал из пачки «Краснопресненских» последнюю сигарету и закурил. – «Резня в петушатнике»? Была такая история, слухи ходили. Ну, считаем, – Потапов махнул ладонью, отгоняя синий дымок. – В экзекуции участвовало шестеро зэков. Двое были убиты в колонии, трое – наши фигуранты. Остается один. – Цуряну Богдан Тодорович, – подсказал Огурцов. – Вор в законе. После освобождения скрылся. Зачем? – Он не просто вор в законе, – встрял Спицын. –...
Снейз проснулся от громкого и раздражающего писклявого голоса, который требовал от звероящера выйти на смертный бой. Некоторое время он честно пытался игнорировать наглеца, который его разбудил. Однако под его вопли совершенно не удавалось заснуть, поэтому разлепив глаза, трехтонная туша золотого окраса неохотно вылезла из пещеры.
«Наш дом на отшибе стоит, сразу за ним Лес начинается. В этот дом мать перебралась, когда ее отлучили от церкви, а раньше Экеры всегда жили в самом центре Самарии, слева от храма, если стоять лицом на восток.
Самария – так называется селение, в котором мы живем. И планета наша называется так же, но не потому, что первые поселенцы поленились придумать разные названия, а потому, что, кроме Самарии, на планете селений нет…»
Исай Кузнецов (1916–2010) – прозаик, драматург, автор киносценариев “Достояние Республики”, “Москва – Кассиопея”, “Отроки во вселенной”, “Пропавшая экспедиция”, созданных в соавторстве с Авениром Заком, а также “Золотая речка”, “Похищение Савойи”, романов “Лестницы” и “Все ушли”. Книгу “Жили-были на войне” И. Кузнецов составил в последние годы жизни из своих военных рассказов и воспоминаний. В 1941 году он ушел на фронт и служил сержантом в понтонных частях, с которыми дошел до Дрездена. Эти...
"Я не могу ждать минуту: она наверняка нас обогнала. Минуты, знаешь ли, необычайно проворны" (с) Алиса в Зазеркалье
Что делать, если дивгноз звучит как приговор? Что делать, если онкология - твой удел на закате жизни? А если не опускать рук? Если не сдаваться? А как это трудно, не сдаваться. О человеке, который в этой паршивой ситуации не сдался моя повесть.
Пришла человеку в голову блажь - стать дипломированным специалистом по контактам с внеземными цивилизациями. Вот только ни в одном ВУЗе таких специалистов не готовят. Но разве это повод опускать руки?
«Ахалтекинец главнокомандующего шел как по струнке. Свита, несмотря на снеговые плюмажи, золотые аксельбанты, солнечные кирасы, несмотря на коней и оружие, рядом с богатырем Михаилом Александровичем казалась стайкой воробьев, вприскочку следующих за хозяином двора кочетом. Тит испугался несуразных крестьянских мыслей и вытянулся сильней, хотя только что казалось – сильней некуда. За ребрами, где у православного положено жить сердцу, возник тяжелый, горячий, толчками раздувающийся желвак. Когда...
«Ольга позвонила в половине десятого. Иван сидел в баре и пил шнапс. Перед ним стояло пять стаканчиков, и четыре из них были уже пусты.
– Пупсик, я соскучилась. Ты совсем забыл свою киску.
– Всё зависит от тебя. Ты нашла мне кого-нибудь?
– Ну, пупсик! – заныла она. – Сейчас лето, все разъехались. Но я обязательно что-нибудь придумаю. Ты мне веришь?..»
Не моя вина, если вы углядите в рассказе пропаганду наркоты. А тогда, наверно, и не ваша, если на полном серьёзе восприняли рецепт на основе зелёнки. :)
Кресло доминирующего на планете вида давно и прочно занято человеком. Но навсегда ли это? Возможно, пришла пора уступить насиженное место более достойным представителям фауны. Трепещите, люди! Вас атакуют вОроны! И не перепутайте их с ворОнами. :) Третье место ФД/ДФ-15 (2021).
- А-а, Костров, заходи, присаживайся. Поздравляю, ты выбран для выполнения ответственного спецзадания. - Когда-то было по-другому? Как теневого миллиардера на курортах изображать, так Борис Шульман, а в дерьме копаться...
Оставшись один на космическом корабле после серьёзной аварии, человек пытается выжить, и не сойти с ума.
Интересно, кто-нибудь на практике изучал свойства бутылки Клейна? Как, её ещё никому не удалось создать? Но ведь согласно топологической теории, существование этого устройства не противоречит принципам современной физики!
«Мой друг! Рад сообщить тебе, что, хотя достать билеты на корабль до Деммер в это время оказалось весьма трудно, а, как говорили некоторые, вообще невозможно, я все же справился с этою задачей, и не позднее сегодняшнего вечера перебираюсь на борт «Владычицы». «Владычица» – это торговое судно, и обычно оно ходит (так говорят о кораблях, «ходят», хотя они, конечно же, плавают) от Бэк-Рока до Саммиса и обратно, в основном с коврами и прочей вышивкой. Но в этом году они потеряли почти весь груз,...
«Шампанское было с той благородной горчинкой, которая так нравилась Виктору. Он отщипнул от грозди большую виноградину и закусил.
– А мне? – капризно попросила Верочка.
Он оторвал еще одну виноградину и поднес ко рту девушки. Верочка с удовольствием втянула ее и облизала пальцы Виктора.
– Вкусно? – Виктор чуть придвинулся и положил левую руку Верочке на талию.
– Ахха, – согласилась девушка. – Еще хочу…»
«Я – улитка. Слизняк. Разумное брюхоногое. Оттого что во мне центнер веса и полтора метра росту, суть не меняется. Равно как и человеческое отношение. Люди относятся ко мне в лучшем случае с гадливостью и жалостью, а в худшем… В худшем они меня ненавидят. Например, за мою медлительность. Их тошнит, оттого что я оставляю липкий след. Они издеваются над моей манерой втягивать глаза внутрь мантии каждые десять-пятнадцать секунд. Их злит, что на моем лице никогда не отражаются эмоции. Многим даже...
Однажды муравей, очутившись далеко от дома, увидел огромный парусник. И тогда он загрустил от того, что никогда не сможет попасть в дальние страны.
«Стоящий перед Белом бокал пуст на две трети, а дешевая пластиковая столешница лишь притворялась деревянной. Причем не слишком умело. Паскудство. Стоп. Так нельзя. Надо во всем искать позитив, как советовала рекомендованная альфа-папиком терапевт из Комитета Психологического Здоровья. Так что будем считать, что имитация древесных волокон уютна, а бокал на треть полон. И мир сразу покажется не такой уж и мерзкой штукой. К тому же бокал этот – всего лишь первый сегодня, а значит, можно будет...
«– Дело по твоей части, Игорь, – заявила мне командор Виктория Моль, как всегда красивая, но мрачная и явно смущенная. – Присядь. Сесть в кабинете шефа орбитальной станции меня приглашали лишь дважды: во время собеседования, когда я устраивался на работу, и потом много позже – после особенно бурного корпоратива технического отдела, который я организовал. Впрочем, последнее являлось моей прямой обязанностью, ведь я вроде как отвечаю за досуг: то бишь пронзаю серое царство научной скуки пламенным...
Он и не помнил уже, сколько лет верно и исправно служил людям. Но теперь он стал старым и ржавым трамвайным вагоном. Стоя в тупике и вспоминая свои лучшие годы, старый трамвай грустит. Он многое бы отдал, чтобы начать всё заново...
«На душе было примерно так же, как и на улице, – серо и холодно. На улице было еще и сыро, но душа моя высохла много лет назад. Высохла и очерствела. Может, еще и окаменела бы, да просто времени не хватило. А на улице – о, там было даже не сыро, а мокро. Три дня морозов и метелей; снега насыпало столько, что замер неподвижно весь Киев. Десятки замерзших бомжей; снежные глыбы, свисающие чуть ли не с каждой крыши, несколько разбитых ими голов… а затем рррраз! – и все это безобразие начало таять....