Рассказ
На планете Фезерон, принадлежащей Земле, разразился кризис — на планету высадились прожорливые базуране. А они могут съесть на ней всё, до нижних слоёв планетной коры. Разбираться с проблемой опять предстоит Ретифу.
Между двумя враждующими расами — гроуси и слоксами назревает конфликт за право обладания маленькой планетой — Юдорой. Разрешить назревающий конфликт поручено Маньяну и Ретифу. Маньян неосторожным высказыванием вызывает гнев враждующих рас и дипломаты вынуждены искать спасения на Юдоре, которая населена очень интересным растением...
Блокадный Ленинград. Филолог-германист Мирра читала в Государственной Публичной Библиотеке, когда к ней подсел странный старик. И как не странно она поверила, когда тот сказал её, что он дьявол. Они начали говорить, и Мирра узнала многое, о чем до этого и не подозревала…
У принцессы были серебристые волосы и серебристые глаза, и серебро тускло блестело в тихом сумраке. В покоях пахло жасмином, лавандой и розовой водой, но сюда уже доносились звуки бесновавшейся внизу толпы. Около двухсот подонков, самое днище города, натравленные на наследницу престола, будто свора бешеных собак, они жаждали крови, но конечно еще больше золота. Элия в страхе отступила, длинное серебристое под цвет волос платье взметнулось ярким огнем, отражая огонь что пылал в...
Этот мир выглядел, как прежний, но это был не тот мир. Дата была правильная — лето 1990-го, и город правильный. Но в этом мире экипаж «Аполлона-11» погиб при посадке. Герой действительно попал в параллельную реальность…
По профессии Речел Гулд журналистка. С недавних пор пробует свои силы в художественной прозе. «Миссис Элизабет Дэвис» — один из трёх её рассказов, опубликованных в сборнике «Интродукция 8: рассказы молодых писателей». Этот сборник вышел в минувшем сентябре в издательстве «Фабер энд Фабер», с разрешения которого мы и печатаем рассказ. Речел Гулд родилась в 1955 году. Детство и юность провела в Оксфорде и Сванси. В оксфордском университете изучала французский и древнегреческий языки. Сейчас живёт...
Мистер Келада познакомился буквально со всеми, едва отчалил пароход. Он был поистине вездесущ и крайне активен. Недаром он быстро получил прозвище — мистер Всезнайка. Его общительность весьма утомляла соседа по двухместной каюте.
В. С. Найпол родился в Вест-Индии, на острове Тринидад, в 1932 году. Его семья принадлежала к небольшой колонии индийских коммерсантов, предки которых переселились сюда из Индии в качестве сельскохозяйственных рабочих в середине 19-го века. Он окончил школу в Порт-оф-Спейне, на ос. Тринидад, а затем поступил в Оксфордский университет, где изучал английский язык и литературу. С тех пор он постоянно живет в Англии (и женат на англичанке), однако часто приезжает на Тринидад навестить свою семью. ...
С беременностью жены часы жизни Чарльза Фримена начали тикать в обратную сторону: он становился все моложе и моложе, превращаясь из мужчины в мальчика, затем в ребенка. Однажды он с ужасом понял, что жена прекрасно знает об этом и делает вид, что ничего не происходит...
Мистер Ходди, вдовец, был помощником хозяина бакалейной лавки, человеком очень важным — распоряжался большим количеством таких ценных товаров, как масло и сахар. Клод Каббидж, питавший нежные чувства к его дочери, всегда чувствовал себя неуютно в его доме, а мистер Ходди постарался все сделать для того, чтобы так и было. Старый Ходди частенько вел дело к скандалу. Клод решил разводить опарышей и продавать их рыбакам. В любой достойной бакалейной лавке слово «опарыш» почти не произносимо.
Тодд и Мелисса нашли в интернете недорогой пансионат, который находится близко к работе. Идеальный вариант для экономии семейного бюджета. Радушная хозяйка миссис Роджерс, и квартиранты — милые старики. За исключением мистера Хьюникатта. Он настоящее чудовище! В прямом смысле этого слова.
На страницах рассказов англо-американских писателей XIX–XX веков читатель встретится с хорошо знакомыми сказочными персонажами и призраками, обитающими в старинных домах, с учеными-оккультистами и опасными артефактами, с ведьмами и демонами. О вторжениях зловещего и сверхъестественного в повседневную жизнь, о драматичных столкновениях суеверий прошлого и скептицизма настоящего повествуют – иногда в шутку, иногда всерьез, порой неспешно, а порой с почти детективным напряжением – мастера...
Собранные в этой книге мистические истории английских и американских писателей созданы в XIX – начале XX века – в эпоху расцвета жанра страшного рассказа в литературе Старого и Нового Света. Таинственные, непостижимые, леденящие кровь, а иногда и курьезные происшествия, поведанные в этих повествованиях, ставят героев в экстраординарные, бросающие в дрожь, подчас смертельно опасные ситуации, приоткрывают дверь в потусторонние и инфернальные измерения бытия, возрождают к жизни выходцев с того...
Книга, в которой эксперт в вопросах химии 11-летняя Флавия де Люс вновь берется за расследование.
Рассказ, Русская классическая проза, Путеводители, Современные российские издания, Сборники, альманахи, антологии
Петербург! Какой таинственной славой овеян этот город! На протяжении сотен лет он пленяет писателей своими туманами и ветрами, дворами-колодцами и гранитными берегами. «Город туманов и снов», место обитания призраков и теней, скрывающихся в арках, город неверных огней и тяжелого, пасмурного неба: странная и вдохновляющая северная столица. В сборник «Мистический Петербург» включены лучшие образцы рассказов о загадочном городе на Неве – от широко известных отечественному читателю до тех, что...
«Начнём с мифов. Где, когда и при каких обстоятельствах родилась идея об отдыхе в Крыму, сейчас выяснить невозможно. Важно, что она оказалась жизнеспособной. Аргументы «за» носили неопровержимый характер. И немудрено. Любовь к Крыму теплилась в будущих путешественниках годами, ибо была окрашена обаянием юности и красоты. Теперь о юности остались воспоминания, а красота явно нуждалась в поддержке, отчасти хирургической, отчасти финансовой. Именно финансовый вопрос, как в конечном счете...
Однажды она решила пойти наперекор. Однажды она сказала – я уже взрослая и сама решаю, с кем мне быть и что делать. Однажды она сбежала, чтобы начать новую, иную жизнь. Самостоятельную. Без указки сверху. Но кто сказал, что он с этим согласен? Он дал ей время на взросление, он дал ей время на обучение, он дал ей время на осознание. Он не дал ей одного – иных мужчин. Потому что инкубы, как и драконы… такие собственники, право слово! При чем тут эти сказочные персонажи? Хм… прочтите и...
Пара мошенников сочла, что на Западе люди как-то поумнели и пора перебираться в поисках простаков на Восток, ближе к огням больших городов...
Морозный день кончался. Большое оранжевое солнце уже село куда-то за гостиницы «Заря», «Алтай», «Восток», к станции электрички Рабочий поселок, к окраине Москвы. Но проспект еще звенел как натянутая струна, катил в двух направлениях, словно сдвоенный провод под током, неподвижный и бегущий. К югу торопился проспект, к магазину «Океан», Рижскому вокзалу, салонам «Все для новобрачных» и «Свет», к тем последним особнячкам, что остались еще на Первой Мещанской, и на север мимо просторного предполья...
Давно ли вы смотрели в небо? Ночное, осеннее, безоблачное, когда над тобой разлапистые созвездия, и их названия вспоминаются сами собой, а протяни руку – и достанешь? Посмотрите!
Млечный Путь. Этот образ прошёл через века и страницы. Вот и книга, где собраны «небесные» произведения, не по тематике – по духу, разные, как планеты, яркие, как метеориты, займёт достойное место на литературном небосводе.
Книгу А. Алимбасва составили рассказы, написанные им в разные годы. Все они повествуют о человеке— о величии и смятении его души, об ошибках и взлетах на жизненном пути, который в итоге оказывается не таким уж длинным, как предполагает в молодости человек, и это помогает ему осознать ценность каждого мига своего пребывания на земле.
Издание осуществлено за счет средств автора.
Ответственность за идейно-художественный уровень издания несет автор.
Не дослушав этот поток бреда, я испуганно нажал паузу. Понятия не имею, что это было за произведение – видимо, кто-то из молодых авторов. Если это был набор советов по одежде, то он меня потряс: атомная бомба, трое детей, окаменелости, великаны, карлики… Что это могло значить? Я долго перебирал самые сумасшедшие варианты, но как ни бился, не смог придумать никакой связи со стилем одежды. Лишь слово «доктор» вызвало в памяти белый халат и круглое зеркало на лбу, а имя «Феликс» – фуражку, кожаный...