Если хочешь, чтобы человек что-нибудь сделал, пусть даст зарок, что не станет делать этого во веки веков. Вернейший способ!
Александра сказала: «Прости, что сорвала тебя с орбиты».
Мурат ответил: «Женщина и должна срывать мужчину с орбиты».
Благородный, высокий, достойный. Потом он, не стесняясь, заплакал и рассказал свой недавний сон про белую голубку. Голубка опустилась на подоконник его окна, склонила головку и проворковала: я улетаю навсегда, прощай! «Я знал, что ты улетишь!» Он вытер слезы, распрямил плечи, собирая себя с силами, чтобы жить дальше. Александра стояла неподвижно, запоминая его лицо. Он не выглядел сломленным. Печаль украшала его. Глаза излучали теплый живой свет. «Ты вернешься, моя голубка!» – сказал он с поразившим Александру спокойствием. Она улыбнулась в ответ, провела рукой по его щеке и сказала с неменьшим спокойствием: «Вернусь. Когда ручьи побегут».
Я не убивал эту девушку. И вообще никого не убивал. Хотя я люблю придумывать способы убийства тех, кто раздражает меня. Сбрасывать их с небоскребов, кипятить в масле, запирать в темной комнате с живыми змеями и прочее. Это позволяет мне жить.
- Вы обсуждали природу любви с мистером Фолком? Поразительно.
- Он мудрый человек.
- Хм-м. Да будет вам известно, что этого мудреца разыскивают в трех штатах Америки по обвинению в убийстве первой степени.
- А он до сих пор на свободе. Что лишний раз доказывает его мудрость.
Говорят, будто обман удаётся опытному лжецу. Но часто опытный, закоренелый лжец обманывает одного себя; легче всего верят лжи человека, который всю жизнь был каторжником собственной правдивости.
При необходимости женщина способна выполнять мужские роли в хозяйственной деятельности, политике и даже военном деле. Женщина может охотиться, строить дома, управлять государством, воевать и вести политические переговоры, но ни при каких условиях невозможно научить мужчину рожать детей.
Дом – это место, где можно построить будущее.
Братская любовь не настолько сильна, чтобы делиться.
Есть великая славянская мечта о прекращении истории в западном значении слова, как ее понимал Чаадаев. Это — мечта о всеобщем духовном разоружении, после которого наступит некоторое состояние, именуемое «миром». Мечта о духовном разоружении так завладела нашим домашним кругозором, что рядовой русский интеллигент иначе и не представляет себе конечной цели прогресса, как в виде этого неисторического "мира". Еще недавно сам Толстой обращался к человечеству с призывом прекратить лживую и ненужную комедию истории и начать "просто" жить. В «простоте» — искушение идеи «мира»:
Жалкий человек...
Чего он хочет?.. Небо ясно,
Под небом места много всем.
Навеки упраздняются, за ненадобностью, земные и небесные иерархии. Церковь, государство, право исчезают из сознания, как нелепые химеры, которыми человек от нечего делать, по глупости, населил «простой», «Божий» мир, и, наконец, остаются наедине, без докучных посредников, двое — человек и вселенная:
Против неба, на земле,
Жил старик в одном селе...
Мысль Чаадаева — строгий перпендикуляр, восставленный к традиционному русскому мышлению. Он бежал, как от чумы, этого бесформенного рая.
Не следует полностью растворяться в мужчине. Это не окупается.
Глупый свендейский пекарь со своими глупыми специями.
Вот что заставило меня потерять голову!
Вот почему любовь — это страшная штука. Она делает вас слабыми.
А в мире нет никого могущественнее меня.
Иногда непоправимое все же случается, и мы не можем этому помешать.
Нельзя в один день стать другим? Значит, надо каждый раз преодолевать в себе нерешительность и страх? И смелый каждый раз должен снова доказывать свою смелость? Другим и себе? Вызывать её в себе каждый раз заново?
Это очень-очень трудно. Но Тимка понял в этот день, что иначе нельзя.
Горе людям, осквернившим
Землю родственною кровью,
Ибо в дом сыноубийцы
Непрощающие боги
Беды шлют из рода в род.
Цвет лица еще ни у кого не менялся в лучшую сторону от ежедневных поездок на работу и с работы.
Воцарилась странная тишина, - вспоминал Альберт Бестик, младший третий помощник, - и негромкие, малозначительные звуки, такие как хныканье ребенка, крик чайки, или стук двери, приобрели угрожающий смысл.
Поистине, простой человек видит дальше и раньше и правительства, и парламента.
какие синоптики, такая и погода
– Вы всегда всех благодарите? – спросил Берр, когда они оказались на мостовой. – Профессиональная привычка?
– О, мне просто нравится быть вежливым, – парировал Джонатан. – Если вы это имеете в виду.
— Мм… если я правильно подсчитал, то щенки у твоего демона-хранителя родятся примерно через пять месяцев, — флегматично уточнил Творец Жизни.
— А?! - умно отреагировал темный эльф, ловя челюсть. — Но как?…
— Ну тычинки там, пестики…
..."Вестимо. Но это не главное. Человечество в любом из миров создано именно для высокого. Это его, человечества, первоначальное и основное предназначение. Ну не может человек жить как животное, только отнимая и потребляя… – А почему же все-таки живет? – тихо спросил Гашников. – Потому что культ потребления и загребания ему искусственно навязан. И навязан сравнительно недавно. – Кем? – Тем, кому это выгодно, бессомненно. Тем, кого устраивает человечество в виде полноуправляемой массы, не способной ничего изменить, не способной ничего создать, не способной ничего достичь. Может, помните фантастику середины и конца прошлого века? Какие надежды тогдашние писатели возлагали на двадцать первый век! Развитие технологий, позволяющее навсегда избавиться от войн за природные ресурсы. Освоение космоса, путешествия по неведомым галактикам, прогрессорская деятельность среди внеземных цивилизаций, отставших от нас в развитии… – Летающие автомобили! – поддержал Сомик, сверкнув глазами. – Телепорты с одного континента на другой! Экскурсии в прошлое и будущее! Роботы, которые выполняют всю грязную и тяжелую работу, оставляя людям лишь интеллектуальный труд… Читали, как же! – Идет второе десятилетие двадцать первого века, и чего добилось человечество? К чему пришло, что получило? Невероятно развитую индустрию глобального развлечения. Почти каждый житель Земли обязательно обладает гаджетом, позволяющим подключаться к Всемирной сети, куда нескончаемым потоком льется развлекательная информация. Интернет, безусловно, гениальное изобретение, но… как и для чего он используется? За ничтожную плату любой желающий получает возможность посмотреть какой угодно фильм, сериал, телешоу, прочитать какую угодно книгу, послушать какую угодно музыку, поиграть в какую угодно игру – получает любое развлечение. Хочешь живого общения, чтобы выплеснуть негодование и злость… либо, наоборот, любовь и нежность? И это – пожалуйста. Есть десятки тысяч форумов и чатов на интересующую тебя тему. Десятки тысяч сайтов виртуальных знакомств. Напросте нет никакой необходимости отрываться от монитора и куда-либо стремиться. Зачем? Когда любое желание может быть исполнено в виртуальном пространстве без малейших усилий. Нижайшие потребности человека – хлеб и зрелища. Живущий исключительно ради удовлетворения этих потребностей не способен развиваться, постигать нечто, что больше и выше его бездеятельного существования. А последнее поколение – именно и живет ради удовлетворения этих нижайших потребностей. Потому что ему каждый день говорится, что так – хорошо и модно, так – нормально, так – надо. Естественное стремление к высокому объявляется зашоренностью, ретроградством, да просто глупостью. И ему противопоставляется, как вы думаете, что? Свобода! Но не свобода жить, а свобода потреблять и развлекаться. Будь свободным – отринь все навязанное кем-то, например родителями, учителями или историей твоего народа, и реши сам, именно сам, и только сам… как тебе развлекаться, что есть, что носить! Будь собой! Подчеркни свою индивидуальность… Вот так – покрасив волосы в синий цвет, навешав в уши, ноздри и пупок десяток колец, подсев на кокаин. Ведь именно так поступают те, кто добился самого крутого успеха в этой жизни. Те, кто ездит на крутых тачках, живет в домах с бассейнами и плавает по морям на собственных яхтах. Ты не можешь себе позволить яхту? Не беда! Позволь себе ирокез, брендовые джинсы с дырками на коленях. И все, ты такой же крутой, как они, и далеко оторвался от «безликой серой массы»… А все, что больше этого, – доброта, стойкость, сострадание, новые миры, новые возможности – всего лишь пафосная чушь, которой забивают себе голову неудачники, неспособные стать истинно свободными. Им же надо как-то оправдывать свое существование? Ну хотя бы в собственных глазах? Вот они и оправдывают. Но ведь ты-то знаешь, что истинно в этой жизни… О каком развитии, о каких вызовах или, там, межзвездных странствиях может идти речь?.. Плюньте – это разводка для лохов! Будьте свободными… – Олег вздохнул. – Ну а те, кого не устраивает эрзац жизни, те, кому хочется острых ощущений в реальности, бросают себя в дикое бессмысленное озорство: катаются, уцепившись за электрички, карабкаются на высотные конструкции… – Мы тоже так по малолетству развлекались, – сказал Двуха. – Даже и еще похлеще кое-чего исполняли. Только мы-то – разок-другой, себя проверить, перед девчонками покрасоваться. А для многих эти дурачества вроде как целая культура… Ну не глупость, а? Все равно что сказать: я профессионально занимаюсь тем, что звоню в дверь соседа и убегаю, пока он не открыл! – Ну то последнее поколение, – произнес Усачев. – Дети… Наше-то поколение не такое… – Не намного лучше, – усмехнулся Сомик,который, кажется, ухватил мысль Олега. – Прилипнуть к государственной либо корпоративной кормушке – вот предел мечтаний. Главные приоритеты общества: как можно меньше работать и как можно больше поиметь. В идеале: совсем ничего не делать и иметь все, что захочешь. Труд окончательно перестал быть средством достижения цели. Да и можно ли назвать трудом перекладывание бумажек и окучивание клиентов? Основной путь добиться успехов для них – подороже продать себя. По иному руслу мысль представителей нашего поколения не потечет. Как же ей по иному руслу потечь, если каждый знает: созидательный труд – удел отбросов, по какойто причине не вписавшихся в общеизвестный и общеутверждаемый стереотип успешности. Успешен тот, кто состоятелен. И совершенно неважно, каким путем эта состоятельность приобреталась. А тот, кто смеет утверждать обратное, получает стандартный дезавуирующий ответ: «Если ты такой умный, почему тогда ты такой бедный?» Как будто интеллект находится в прямой зависимости от финансового благополучия; если б так было, то в списках богатейших людей состояли бы не банкиры и предприниматели, а – ученые… Математики, философы… те же физики… – Этот мир достиг определенного уровня развития, – закончил за него Трегрей. – Когда часть общества, которая называет себя высшей элитой (не являясь ей, впрочем, в истинном смысле этого слова), получила возможность наикомфортнейшего существования. Дальнейшее развитие всего человечества этой элите напросте невыгодно, потому что может стать опасным для их спокойного благополучия. Не для того ли, чтобы статус-кво сохранялся как можно дольше, и внедрен культ потребления, развитие тормозящий? Там, где миром правят высокие идеи, все совсем не так…"...
— Наш план сработает, — сказал Волк с такой мрачной уверенностью, словно хотел, чтобы и план был в курсе.
Французские родители прививают малышам любовь к овощам с совершенно иным посылом и куда большей настойчивостью. Они красочно описывают вкус каждого из овощей и говорят о первом знакомстве с сельдереем как о начале дружбы на всю жизнь.
Такое ощущение, что все взрослые, окружавшие меня, принимали тяжёлую наркоту.
«Лу-у-у-у-у-у-у», – вопили они, думая, что идет Лу Пиньелла. Или: «Брыки!!!» – Брыки Денту, «Капитан!» – Тёрмену Мансону, «Гу-у-у-у-у-у-усь!» – Ричу «Гусю» Госсиджу или, что маловероятно: «Реджи! Реджи! Реджи!» – пока тот шел к своему «бентли-бентли-бентли». Всякий раз они думали, что Тед из «Янки», и, проорав имена игроков и осознав, что перед ними Тед, оглашали свое разочарование. Тед этого терпеть не мог – этого мига, когда они понимали, что это всего лишь Тед. Словно всё – кошмарная ошибка, словно сам он – ошибка.