– Позвольте мне все вам объяснить, декан, – тихо сказал Бенитез. – Вот как обстоят дела. Я родился в очень бедной семье на Филиппинах, в тех местах, где мальчики ценятся больше, чем девочки, – такое предпочтение, к сожалению, все еще преобладает в мире. Мое уродство, если мы так должны это называть, имело такую форму, что мне не составляло никакого труда выдавать себя за мальчика. Мои родители считали меня мальчиком. Я считал себя мальчиком. А поскольку, как вы прекрасно знаете, семинарская жизнь скромна и к обнаженному телу прививается отвращение, то ни у меня, ни у кого другого не было оснований подозревать что-либо иное. Вряд ли мне нужно добавлять, что я всю жизнь соблюдал обет безбрачия.
Бутылка снова запрыгала на взбаламученной воде – она округлялась, пытаясь обрести прежнюю форму (видимо, на что-то еще надеялась). "Молодец, – сказал ей Валерий. – Люди должны брать с тебя пример".
" В этой жизни случиться может все, но обычно не случается ничего"...
— Я действительно его не помню, — повторила я, сама удивляясь, как мне удается оставаться спокойной. — Повторяю, я не помню никого из старых знакомых. Верить мне или нет — ваше дело
– Мы тебе уже заказали, – подмигнув, сообщила Анжела – симпатичная девушка с темными длинными прямыми волосами, во внешности которой проглядывала азиатская кровь.
Её поколение кричало из каждого утюга о том, как тяжело они переживают одиночество в толпе, на населённой миллиардами человек Земле. Но они понятия не имели, что значит остаться по-настоящему одному.
Наверное, это женская гордость. Та самая неуловимая, почти мифическая сила, что в критические моменты выпрямляет плечи и заставляет держать подбородок выше.
— Пожалуй, пойду, — не стала я злоупотреблять целительским гостеприимством. А то ведь обязательно что-то да найдут. Не только боевики скучают от безделья…
Мужчина может победить хоть стаю драконов, но стушеваться перед той, что ему нравится.
Свистун! Чтоб у него свистулька на полшестого всегда была!
С ума сошел? Я ему тут душу изливаю, а он…!
Девочка отвернулась, едва сдерживая слезы. В голове Тайлина всплыл прочитанный момент из книги, и он решил им воспользоваться. Обняв Валию за плечи, он наклонился к ней и прошептал на ухо:
— Прости, пожалуйста. Просто я совершенно не понимаю сути проблемы. Такой вот тебе достался дурак. Объясни, что они могут сделать? Ведь ты моя и никому отдавать я тебя не собираюсь.
Подействовало. Валия повернулась и в ее глазах мелькнула надежда.
Смерть - это сон без сновидений.
"Паранойя обостряется после четвертого стакака"
Как говорил один великий комбинатор, тайна вкладов гарантируется.
Отсутствие движения есть отсутствие труда
Когда тебе тяжело, всегда напоминай себе о том, что, если ты сдашься, лучше не станет. © Майк Тайсон
Социальная разобщенность все еще огромна, даже несмотря на то, что мы живем в просвещенный век и умеем летать.
"Ты никогда не тронешь Тварь и никогда не тронешь ни одну из них. Будешь беситься, говорить, что легко бы уделал любую, но… не станешь даже пытаться. За их спинами всегда будет защита. А за твоей? Что значит сила каждого из нас против системы? Воли короля? Иногда воли родителей? По сути победителем становится не тот, кто способен выиграть в схватке, а тот, с кем в эту схватку не будут вступать, даже если объективно сильнее…"
Той же ночью, когда дети уже легли спать, мама с папой устроились на диване в гостиной с массивными керамическими кружками, полными горячего шоколада с кайенским перцем и корицей. Они любовались мерцающим деревом и наслаждались тишиной.
— Не падай духом. Никогда не падай духом. Секрет моего успеха. Никогда не падаю духом. Никогда не падаю духом на людях.
— Где ты успел выпить?
— Заезжал в «Крийон». Жорж смешал мне несколько коктейлей. Жорж — великий человек. Знаешь, в чем секрет его успеха? Никогда не падает духом.
— Если ты выпьешь еще три рюмки перно, ты упадешь духом.
— На людях не упаду. Как только я почувствую, что падаю духом, я уйду. Я как кошка.
— Где ты видел Харви Стоуна?
— В «Крийоне». Харви слегка упал духом. Три дня ничего не ел. Вообще прекратил есть. Уходит, как кошка. Довольно грустно.
— Он ничего.
— Чудесный. Все-таки лучше бы он не уходил, как кошка. Неприятно.
— Что будем делать вечером?
— Не играет роли. Лишь бы не падать духом. А вдруг тут есть крутые яйца? Если тут есть крутые яйца, мы можем не тащиться на остров.
— А может всё же сведём тебя с кем-нибудь?
— Неа. — Морщусь я. — Это заново знакомиться с чьими-то тараканами. Привыкать к ним. Приручать. Подкармливать.
— Ну да… Димкиных-то ты уже по именам знаешь.
Конечно, нехорошо творить свою месть чужими руками, но зато как удобно!
Вот мама считала, что меня давно пора изнасиловать и даже отправляла вечером в магазин. Одну. Она не знала, что я купила газовый балончик и на каждое "девушкаааа" оборачивалась с оскалом монстра и пшикалкой в руках. Маньяки тут же сверкали пятками, а я гордо приносила в одиннадцать вечера хлебушек из киоска.
Что было, все-таки было, есть что вспомнить. А еще точно будет! Я молодая, симпатичная и себе найду кого-нибудь по душе, ну или меня найдут.
"Когда ты внутренне сломлен, ты бежишь. Но не всегда убегаешь от чего-то. Случается, что, сам того не ведая, ты бежишь к чему-то."
"Алкоголикам свойственно строить планы и давать обещания себе и другим - убежденно, искренне, в надежде на спасение. Обещания эти снова и снова не выполняются из-за страха, нервозности и прочих обстоятельств, которые скрывают глубоко укоренившееся желание уничтожить собственное "я"."
"Мы живем жизнью, которую сами себе придумываем, но иногда возникает осознание того, что какие-то другие жизни таким образом оказались для нас утрачены"
"И мне подумалось, что , быть может , пустота и неправота мира - это лишь иллюзия, а на самом деле в мире существуют реальные, правильные, прекрасные вещи, пусть я их и не вижу, но если мне повезет и я окажусь там, где нужно, у меня наконец откроются глаза."
"Руки нам даны, чтобы протягивать их другим"
"В жизни человека бывает такой период, когда кажется, что в вашу жизнь постоянно входит что-то новое. Но потом в один прекрасный день наступает прозрение, и вы понимаете, что так будет далеко не всегда. Вы замечаете, что жизнь превращается в существование, полное пустот. Лишений. Потерь. Совсем недавно нечто было вполне реальным - и вот его уже нет. а еще вы понимаете, что надо выстраивать свое бытие среди этих утрат, хотя можно протянуть руку туда, где находились ваши пропажи, и почувствовать напряженную, сияющую беззвучность пространства, заполненного воспоминаниями".