— Что бы там ни было, не говори! Мне и так страшно! — Просто мне… Если ты ее увидишь… Ох, как же я тебе завидую! — Ув… увижу ее? — запинаясь, переспросила я. — Кого увижу? — Тифозную Мэри! — выпалила Беатрис. — Ее держат как раз на острове Норт-Бразер! Я будто разом похолодела. Тифозная Мэри.
Люди никогда не бывают довольны своей семьей. Всем хочется недоступного: идеального ребенка, обожающего мужа, матери, которая не отпустит свое дитя. Мы живем в кукольных домиках для взрослых и не отдаем себе отчета в том, что в любой момент сверху может опуститься могущественная рука, которая полностью изменит сложившийся порядок насовсем.
Жители Анк-Морпорка рассматривали правописание как некий необязательный бонус. Они относились к нему примерно так же как к знакам препинания: главное что они есть, а где именно – не так уж и важно.
Да, они испытывали друг к другу сильную неприязнь. А затем твой отец сделал кое-что, чего Снегг так и не смог ему простить. Он спас ему жизнь.
Если слушаешь внимательно, то можешь увидеть столько вещей, как будто твои глаза открыты
Академию для обучения Арея выбирала тщательно. В отличие от большинства сверстников она точно знала, зачем туда направляется, и руководствовалась отнюдь не престижем учебного заведения. Будущей королеве нужны были верные люди. Соратники. Найти их во дворце - нечего и думать, там только те, кто уже нашёл себе покровителя в лице действующей власти или Магического Совета, а некоторые уже не один десяток раз туда-сюда переметнулись… Нет, ей нужны отпрыски знатных, но опальных родов. Или не знатных. В конце концов, титул - дело наживное, а вот ум, честь и совесть...
Но чтобы я мог жить в мире с людьми, я прежде всего должен жить в мире с самим собой. Есть у человека нечто такое, что не подчиняется большинству, - это его совесть.
— Горе разрушает, — заученно ответила Тэсса, — и если есть возможность хоть немного облегчить страдания, глупо этим не пользоваться. Даже если это всего лишь иллюзия.
Иногда, гораздо спокойнее не видеть, чем смотреть и понимать, что ты ничего не сможешь сделать.
людям некомфортно чувствовать себя плохими, особенно когда об этом знают другие
- Нет, я не могу это есть.
- Хочешь сказать, что я не умею готовить? - предупреждающе прошипела я.
- Ты отлично умеешь готовить эту тыкву, - дипломатично отозвался пепельный и добавил: - Просто я не умею её есть.
Лучше я буду витать в розовых облаках, чем упаду на землю и поползу туда, куда мне скажут.
- Это хамон? - заинтересовалась Софи. - И пармская ветчина. - Сделай тогда сандвич и мне. - А как же отсутствие аппетита? - Я передумала! - Вот нисколько не сомневался.
Я встретил Бентона только тем летом, но он показал мне, что такое настоящая дружба: это уметь слушать, делить беды и радости и прийти на помощь, если необходимо.
Стать счастливой очень просто. Надо просто радоваться всему, что у тебя есть и не желать того, чего у тебя нет.
Надо составить план, над чем следует подумать в первую очередь.
Верховный кивнул и двинулся вперед, желая как можно быстрее убраться с проливного дождя. Мечта его исполнилась нескоро.
Как выжить в таких условиях, не прикупив пистолет?
Аристократы тоже люди, у них свои проблемы. Только они умеют держать лицо и сохранять невозмутимость.
– Я должен ее найти. – Переверни мир набок – и все, что не удержится, осядет в Лос-Анджелесе. – Это Фрэнк Ллойд Райт сказал. – И был прав!
Национализм, шовинизм, расизм — все это явно претит брезгливому, этически чистоплотному Шерлоку Холмсу.
«К преданности и к любви нельзя принуждать».
— Пойдем в дом. Ты вся дрожишь. Разве обморожения нет в твоем списке? Разумеется, оно там было — внесено в Список немыслимых страхов в колонку на букву «О». Но эту боязнь затмили мой грядущий переезд на карантинный остров и загадочный отчим.
Люди никогда не бывают довольны своей семьёй. Всем хочется недоступного: идеального ребёнка, обожающего мужа, матери, которая не отпустит своё дитя. Мы живём в кукольных домиках для взрослых и не отдаём себе отчёта в том, что в любой момент сверху может опуститься могущественная рука, которая полностью изменит сложившийся порядок насовсем.
— Ты уверен, что все это правда? — Я уверен, что все это журналистика.