Время сейчас было такое, что все крысята и все мыши притаились в своих норках, ибо из темноты на них глядел огромными горящими глазами свирепый кот – общественное мнение, – действовать осмеливались лишь самые старые, самые мудрые крысы.
Мои твёрдые феминистские устои дали трещину, и эта трещина с угрожающим скрежетом принялась расползаться паутиной, углубляться и расширяться, пока звенящие осколки прежних убеждений не посыпались к моим ногам, обнажая хрупкую уязвимую женщину, беспомощную, не имевшую ни единого шанса вырваться, сбежать, раствориться в холоде осенней ночи.
- А ты знаешь здесь хороший публичный дом?
- Разве лошадь не знает свою конюшню?
Те, кто умеет рассказывать, обычно не умеют писать. Если ты веришь, что люди, умеющие писать книги, хорошо говорят, значит, ты никогда не видела по телевизору, как заикается и мямлит писатель.
— У тебя кровь!
— Да, задел один, — Ромка махнул рукой. Я сурово насупилась:
— А бытовой сифилис не дремлет!
— Ты хочешь обработать мне боевые раны?
- Ну, быть разными иногда необходимо. Хорошо, когда есть о чем поспорить.
— Оленина мне не нр-равится, — признался Жак Далантур Кэролайн Порлок. — Но дипломатический скандал я провоцировать не хочу
— Катраона, где твои манеры?! — воскликнула она. Я закатила глаза. Только воспитательной речи мне не хватало.
— Там же, где ваша родительская забота, — отрезала я. Обсуждать нам больше было нечего. — Меня зовут Хиллари. Хиллари Суон. И с вами я больше не желаю иметь ничего общего. Попробуете угрожать или приказывать кому-либо из близких мне людей — горько пожалеете. Надеюсь, больше не увидимся.
— Они научились дурному. Но если мы останемся, если станем сражаться, мы запомним дурное. И тогда мы уподобимся…
Недавно встретила рассуждение, что люди уходят в бизнес, как на войну. Возвращаются не всегда или возвращаются с совершенно иным мировоззрением. Старые связи, дружеские и семейные, рушатся. Потому что есть новая, «фронтовая» жизнь. С новыми друзьями и новыми походно-полевыми женами. Некоторые женщины решают эту проблему, отправляясь «в окопы на передовую» вместе с мужьями. Глафира Пантелеевна — не из числа таких подвижниц.
A large income is the best recipe for happiness I ever heard of.
И я вдруг подумала – вот если у Риана мамочка… свекромонстр, то у магистра Эллохара наверняка такая, что даже представить страшно!
Леди Эдвинга всегда говорила: «То, что вечером вам кажется слишком важным, поутру может оказаться сущим пустяком. Не принимайте никаких решений сгоряча. Порой одна ночь может изменить если не все, то многое».
И вот остаюсь я одна в библиотеке, закрываюсь, нахожу очередной нуклийский роман, где героиня всегда прекрасная, как роза (это такой шипастый цветок у нуклийцев, романы-то их в основном, альвы на такую тему не пишут), а герой, он... ну, герой в общем. Тоже красивый, благородный, а главное, преданный. И любят они там друг друга так, что просто - ах!
У меня был только один путь – двигаться вперед, выдержать все испытания и получить свое право на привилегии.
в особо ответственные моменты мой мозг проявлял максимум сообразительности, но минимум осторожности.
Как бы не припахали готовить. Впрочем, самим хуже будет – хозяйка из меня не домашняя, а самая что ни на есть дикая. На кухне я почти маг. Превращаю любое мясо в резиновый сапог.
Не убить – не значит не вредить.
Мой куратор на кафедре говорит — если вас тянет поговорить со стенами и с телевизором, ничего страшного. Хуже, если стены и телевизор начинают вам отвечать.
в каждой шутке – только доля шутки
— Апокалипсис?
— Конец света.
— Но мы же живем. Конец?..
— Милая, — дедушка мягко улыбнулся, — поверь, пятьдесят лет назад никто не назвал бы это жизнью.
– Та-ак, – сказал Жихарь, любуясь узорами на стали. – Ты, Принц, человек богатый: копье готов преломить. А ты на него заработал, на копье-то? Ты его с бою взял? Тебя небось в дорогу отец снарядил – вон какое все дорогое. А я эту кольчугу по колечку собирал, понимаешь? Для забавы не играют в смертную игру. (c)
Что толку в клятвах? Не они связывают людей. Если вы чувствуете, что вами овладела идея, - это все. А иначе вас ничто не свяжет
«Дарья Нарышкина, — выдала информацию Система. — 16 лет. Состояние сильной алкогольной интоксикации».
Вот так да! Выходит, девушки — тоже люди? Раз ничто человеческое им не чуждо!
Мужчин в нашей семье никогда не было. Ни отца, ни деда я никогда не видела. Бабушка с мамой всё всегда тащили на себе. А что делать в посёлке? С работой плохо, зарплаты копеечные, а требования не ниже, чем в городе. Ещё и хозяйством дома приходилось заниматься. “Загнанные лошади” — это точно про маму и бабушку.