Все ссоры, слезы, любовь, смех - все в прошлом...
Чем сильнее любишь кого-то, тем лучше тебе самому.
Жизнь их была безоблачным счастьем взаимной безграничной любви. За двенадцать лет я никогда не слышала ни одного громкого слова между ними, ни разу не видела их даже сколько-нибудь раздраженными друг против друга.
Мне, рабу, который только что избавился от ярма, всего на одну неделю обрел свободу от принуждения, обязательств, нищеты, предстояло вновь надеть кандалы подчинения. Едва успев вкусить радости жизни без хозяина, я услышал строгий приказ долга: «Ступай искать новую работу».
Картер вообще полагал, что вся её жизнь сплошная мистика, и жена не спорила с ним: "Патриция Кэмпбелл, или тайна приготовления завтрака, обеда и ужина, ежедневно, семь дней в неделю, не теряя рассудка", "Патриция Кэмпбелл, или Случай с пятилетним ребёнком, который всё еще продолжает кусаться", "Патриция Кэмпбелл, или Секрет того, как найти время для двух детей, живущей с тобой свекрови, стирки, глажки, готовки, уборки дома, собаки, которой нужно давать пилюли от сердечных червей, и при этом успевать мыть голову хотя бы один раз в несколько дней, чтобы дочь не начала спрашивать, почему её мать выглядит как бомж".
« «Первая любовь» И. С. Тургенев — прекрасная такая и печальная была повесть у Тургенева. Юный Владимир любит Зинаиду, Зинаида любит его отца, отец вроде и не любит, и как бы любит Зинаиду, она ему покорна, но у него долг перед семьей и обязанности, он ее бросает, но сам тоже страдает.
Любовный треугольник по-русски: несчастны все трое. Шок — это по-нашему.
Ей-богу, напоминает анекдот, простите за неуместное глумление: русский треугольник — барыня любит кучера, а кучер барина.»
По-моему, нет слова хуже, чем "возможно"
"Все на свете делается из эгоизма. Жизнь, полная вероломства и недоверия, дала Штелен понять одно: если кто-то помог тебе, это было потому, что они тем самым помогли самим себе. В тот момент, когда общий интерес сходит на нет, правда становится очевидной, а ты чувствуешь, как они всаживают тебе нож в спину".
Он потому так улыбается, что увидел будущее. Наше с вами страшное настоящее. Почему страшное? Потому что нас, человеков, – свыше семи миллиардов. Мы вытоптали, высосали планету. Наши идеалы вполне укладываются в детские голливудские антиутопии. Мы никому не нужны в бездне Хаоса, кроме самих себя. Бесполезное поголовье. Нашу плоть даже никто не ест.
Я собралась с духом и пошла на кухню. Как и ожидала, мама сидела там во всеоружии. Можно фильм снимать. Холодная война, город N, она такая морозная и настороженная, словно увидела Гитлера в юбке… Но это была всего лишь ее дочь.
Когда многие из их круга знакомых начали разводиться, я подошел к маме и спросил, как ей и моему отцу удалось столько лет оставаться вместе.
– Нет идеальных людей, – ответила она. – Твой отец всегда заботился обо мне, с первого дня, как мы встретились в Биркенау. Я знаю, что он не идеален, но для него я всегда буду на первом месте.
Люди всегда думают, что знают, как лучше жить другим. При этом их собственная жизнь может быть далека от счастливой.
– Неужели ты не боишься, Джереми? Не боишься возвращаться туда? – Боюсь, конечно. Но привыкаешь делать вид, что тебе не страшно.
... - Если бы я больше верила в себя и своего отца... - Если бы я вовремя сообразил... - Если бы никто из нас никогда не оступался, - печально заметил брат Кадфаэль, - все было бы прекрасно в этом большом мире. Однако мы спотыкаемся и падаем, все до единого. ...
В Японии самая «милая» полиция в мире. У многих японцев один лишь вид омавари-сан (буквально «глубокоуважаемые обходчик» – так называют полицейского на дежурстве) вызывает нежность и восторг, обычно адресуемые малышам или симпатичным зверушкам. И даже иностранцы умиляются и ностальгируют при виде аккуратной синей формы и громыхающих старомодных мотоциклов местных стражей порядка. Трудно поверить, что в револьверах на бедре настоящие пули, и невозможно представить, чтобы из такого оружия стреляли (его осмотрительно прикрепляют к форме шнурком, как детские варежки). А еще есть талисман токийской полиции, самой гордой и престижной структуры страны, – не суровый мастифф или зоркий ястреб, а веселый сказочный зверек оранжевого цвета по имени Пипо. Полиция придает Токио невинную притягательность в духе 1950-х: этакое племя честных бойскаутов, защищающих город от злодеев.
И часто я спрашивал себя: стоило ли бежать от бедности, чтобы оказаться в нищете? Потому что истинная нищета – это жизнь в одиночестве.
Наконец, в обширной области человеческих учреждений, обычаев и законов, суеверий, верований и идеалов такой свет был пролит антропологическими школами истории, законоведения и политической экономии, что можно уже с уверенностью сказать, что стремление к «наибольшему счастью наибольшего числа людей» уже более не мечта, не утопия. Оно возможно; причём также доказано, что благосостояние и счастье ни целого народа, ни отдельного класса не могут быть основаны, даже временно, на угнетении других классов, наций и рас.
Она не верила в случайности - ни в чем. Все имеет свою причину, смысл и конечную цель, считала она. И если какая-то там Странница в один прекрасный день появилась в ее квартале, в её магазине у подножия дома "Good Luck",это не могло не означать какой-то перемены в уже установленном порядке, помех в эфире, результатом которых станет в конце концов нечто непредсказуемое и в то же время пугающее.
Какое интересное ощущение, когда курицы защищают лису от человека. Он вас жрал, вы не заметили?
Мы каждый день чуть-чуть умираем, Малыш. Сами не замечая. Вот почему жизнь драгоценна. Нельзя ее растрачивать.
За двадцать пять лет мир изменился больше, чем за два минувших столетия. Конечно, скоро работать будут роботы. И уже миллиарды людей не способны оторваться от своих мобильников и высокотехнологичных игрушек, а производящие их фирмы с каждым днем делаются все могущественнее и все более властно навязывают свое влияние. А люди, как лунатики, отдают свои судьбы в руки все уменьшающегося количества правителей.
- И ты всегда так водишь? – спросила Софи. - А что не так? – искренне удивился Сет. - Ну, тебя полиция не останавливает? Или есть какой-то артефакт для отвода глаз? - Я просто плачу штрафы.
Всё хорошо! Всё прекрасно! Всё просто замечательно!!!
Дети – они же цветы жизни. Маленькие такие, хорошенькие, ми-ми-миленькие!
Дети – это счастье. Это то, ради чего и стоит жить. Всё для них. Всё для… для…
А я спокойна! Вдох-выдох, воображаем большой красивый тортик. Впрочем, нет. Тортик уже не помогает. Может, лужайка? Мм… нет, лужайка с зелёной травой и бабочками – этап уже пройденный. Постелька? Белоснежные простыни, абсолютная тишина, только лёгкий ветерок, который сквозь приоткрытое окно проникает.
Нет. Постелька тоже не катит.
Может быть, склеп? Темнота, покой и тишина… гробовая!!!
Я спокойна. Я флегматична и пофигистична. Дети опять-таки цветы жизни. Их невозможно не любить. Я тоже детей люблю. Очень. Очень-очень. До дрожи. До желудочных колик!
... вся наша жизнь - лишь череда совпадений или несовпадений, которые складываются в удивительный узор судьбы.
– Дай какой-нибудь пузырёк, – попросил Лорд, протягивая руку.
Табаки поморщился.
– Решил отравиться? Тогда лучше крысиного яду достань. Он надёжнее. И более предсказуем.