– Учитесь у МИ-6, штафирки! Поводком для собаки трудно? Шарфиком, б**ть, трудно? Или чтоб сердечный приступ… Вот как надо! Ну в крайнем случае купи у дилера на углу фентанила и подсыпь в компот… А если экзотики хочется, так замути ее, б**ть, нормально! Засунь клиента голым в сумку – а общественности скажи, что он туда дрочить полез, закрылся изнутри и умер от счастья… Ни у кого на планете вопросов не будет… Нет, б**ть, эти магистры убийств хотят в**бываться. Полоний, х**оний, нервный газ с почтовым индексом… Еще только осколком кремлевской звезды в сердце не пробовали…
— Ирассяимасэ! — повторяю я в точности тем же тоном, с поклоном принимая корзину. И в этот миг впервые в жизни ощущаю себя шестерёнкой Вселенной. Которая только что появилась на свет. Да, я — безупречная деталь механизма этого мира, и сегодня мой день рождения.
Мужчины похожи на вина – с годами становятся только лучше. А женщины, увы, лишь гроздья винограда, из которых вино и делают. Не успеешь оглянуться, как они становятся высушенным изюмом.
Вообще, ничего странного в странностях нет. Странности есть у всех. Просто потому что мы не произведены конвейерным способом, как бы ни хотелось обратного государству. На душе, как и на теле, тоже есть родинки. Они делают нас личностями.
Власть над жизнью и смертью в буквальном смысле; она приносит куда больше удовлетворения, чем просто убийство, позволяет ему контролировать процесс, самому решать, когда и как увеличить давление, чтобы убить жертву.
Мне неинтересно то, чего я не только не понимаю, но и не надеюсь когда-либо понять.
Все противоречие критики и массы сводится к следующему прекословию: «Вы – эгоисты!» – «Нет, мы не эгоисты!» – «Я вам это докажу!» – «А мы перед тобою оправдаемся!»
Я уверен, что где-то есть человек, который станет для тебя целым миром. И, поверь мне, это не Тео. Потому что никогда, слышишь, никогда - Джонас наклонился ниже, произнеся последние слова у самого лица принцессы, - никогда я не соглашусь с тем чтобы ты отдала сердце человеку который пытался убить тебя.
Это меня расстраивает, потому что напоминает мне о невидимой, но непреодолимой границе между людьми. Невозможно до конца понять другого человека. Или во всем полагаться на него.
Ведь, вообще говоря, без начальников ни в каком деле не может получиться ничего хорошего и полезного, а в военном деле и подавно: известно, что хороший порядок здесь спасителен, а беспорядок уже многих погубил.
Власть и защищённость хороши на словах, а так-то они легко превращаются в оковы и зависимость.
Смертные любят предсказания, когда они сладки, когда им обещают победу и любовь, сулят золото и удачу - а другие пророчества терпеть не могут.
Лесть открывает любые двери.
Ответы, которые мне меньше всего нравятся, это обычно ответы, которые больше всего меня учат.
Мне врать - все равно что дышать, вообще никаких проблем не доставляет.
Секс по сути своей – дуэт, а ему всякий раз казалось, что в койке кто-то лишний.
— А ты тоже погадать хочешь, сердешный? — гадалка заинтересованно сверкнула взглядом на парня. — У меня сегодня скидка пятьдесят процентов, давай, не теряйся. — Спасибо, не надо, я и так знаю, что меня ждет казенный дом. Я ж отчет по свидетельским показаниям не доделал, вернемся, буду в отделении сидеть до вечера, — это он пояснил уже мне.
Изменчивая, как фортуна, свободолюбивая, как ветер, гибкая, как змея, чья татуировка украшала её от стройной лодыжки до шеи.
Нина выползла на улицу с очередного собеседования как выжатый лимон. Когда последний раз присутствовала на подобных разговорах, никто не спрашивал как она позиционирует себя среди окружающих? Это что за вопрос, вообще? Хотя, пожалуй, самое замечательное — просьба описать себя как работника. Хоть раз кто-нибудь додумался сказать, что он невнимателый, некоммуникабельный идиот с ограниченными познаниями в собственной профессии?
– Слушайте, – с утра пораньше за завтраком доставал всех Тавер, – подскажите какую-нибудь удачную рифму к слову «декан»! А то я тут поздравительную оду к свадьбе Вейнса пишу, но вот прямо застопорился на строчке «Решил жениться наш декан».
– Для храбрости поднял стакан, – тут же продолжил Гран.
– Но замер вдруг как истукан, – подхватила Аниль.
– Ведь покосился на диван, – Дарла тоже не осталась в стороне.
– А на диване таракан, – я не удержалась от улыбки.
– Он говорит «Забудь, друган!» – хохотнул оборотень.
– «Живи один, забыт и пьян!», – продолжала Аниль.
– Декан наш отшвырнул стакан, – добавила я.
– И стал прибитым таракан! – Дарла как всегда была на своей волне.
– Какой Тавер вас покусал? – настороженно поинтересовался стоящий в дверях кухни Реф, только сейчас спустившийся к завтраку.
– Да я сам в шоке, – артефактор даже головой помотал, мол, я тут не причём, и назидательно заметил: – Это был наглядный пример того, когда за важное дело берутся дилетанты.
– Ты красивая и смелая.
– Зато характер дрянной. Поверь.
– Но ты это признаешь, значит, можешь исправиться! – Какой замечательный, наивный оптимизм.
– Хочу исправиться, – призналась я. – Но мой дрянной характер мне тоже жалко.
Черный квадрат стал символом нигилистического отрицания культурного достояния – бремени, нажитого человечеством.
Война всегда преследует разные цели, а мы прикрываемся идеалами , но в основе лежат деньги.
Женщины! Скажи вам 'а', как вы придумаете целую историю в голове, которая с реальностью не имеет ничего общего!
от жизни надо получать то удовольствие, которое подходит именно тебе. Одним валенки удобны, а другим и калош достаточно