Нет хуже, чем лезть в чужие отношения, пусть и с благими намерениями.
— Это будет непросто.
— Как все, что чего-то стоит.
Цивилизация, таким образом, - наивысшая культурная общность людей и самый широкий уровень культурной идентичности, отличающей человека от других биологических видов.
Да уж, когда за разбитое вдребезги сердце отдувается попа - это смешно. Обхохочешься.
Мозг – моя самая главная эрогенная зона.
– Вообще-то я всегда стараюсь говорить правду, – пропуская дочь в огромную пещеру, которую он использовал как тренировочный зал, усмехнулся Экард. – Вот только правда – это очень сложное и постоянно изменяющееся понятие. Лишь люди с негибким, прямолинейным мышлением считают её чем-то незыблемым вроде гранитной глыбы, забывая, что и из скалы можно выточить памятник ангелу, а можно – и жертвенный круг.
Незнание прошлого не только вредит познанию настоящего, но ставит под угрозу всякую попытку действовать в настоящем.
- Когда делаешь больше, чем начальство ожидает от тебя, знай, от тебя будут требовать этого и дальше.
– Во всем наш климат виноват, – скрестив руки на груди для убедительности, продолжила честно врать, чтобы стыдно было только наполовину. – Они у нас жили в ту пору, пока людей еще не было. Понимаете?
Монах не понимал. Пришлось продолжить:
– Та погода, которая подходила… людям в моем мире, не подошла драконам. А потом еще и гигантский метеор прилетел и ка-ак трахнет об землю – всех драконов в труху! Трагическое стечение обстоятельств, так сказать!
— Есть прекрасное правило, ему лет триста: не тяните за хвост, если неизвестно точно, что на другом конце.
Скука является неотъемлемой частью ритуала, и если церемония не скучная, то это и не церемония вовсе.
человеческие страхи не исчезают сами со себе, не растворяются в небытии и не пропадают бесследно.
— Джон? Вы меня слышите? — Стив, мне гораздо приятнее, если вы сейчас будете называть меня Евгением. — Хорошо, Евгений, как вам удобнее. В положении умирающего, оказывается, и хорошее есть. Можно нагло наплевать на американизацию самого святого: имени.
Говорили ... декабристы: "Не страшен нам царский гнев. Упаси нас от царской милости".
В иных делах стыдливость и молчанье Вреднее откровенного признанья.
Старость — это кораблекрушение. Особенно когда она протекает в большой бедности.
кияшечка ты моя!
– То, что написано на бумаге, и является законом, не всегда соблюдается в реальной жизни, и не всеми.
Правды не защитишь, когда прячешь ее от других.
– Боль проходит. А вот унижение и предательство – нет. Ты выбрал ложь и обман вместо честности. Это твое решение, и теперь ты живешь с последствиями.
Капканов, что ли, ещё купить? Хотя нет, я с моим везением сама же в них и угожу.
Мы никогда не должны были встретиться, но неизбежно встретились. Полюбили друг друга, пережили расставание, разрушили стену между двумя мирами. Мы заслужили свое счастье, пусть и дорога к нему оказалась неблизкой.
Жан Ги Бовуар любил свою работу. Но сегодня, в первый раз в жизни, он кинул взгляд в сторону кухни и увидел в дверном проеме Анни, которая смотрела на него. И с удивлением обнаружил, что любит не только работу.
начинаешь ценить время, когда у тебя его мало
есть вещи важнее успеха, денег и даже личного счастья... Есть достоинство. Честь. Право быть собой, а не тем, кем тебя хотят сделать другие.